Геннадий Башунов – Продавцы мечтаний (страница 57)

А света фонарика всё не было…

Неужели Корвел меня кинул?

Сразу три крысы. И все спереди. Я упал, сбрасывая их с себя, прокатился по гладкой поверхности диэлектрика и вскочил на ноги. Падать было нельзя, иначе меня загрызут. Но сейчас это было правильно. Инстинкт подсказывал мне.

А после, наконец, слева появился свет фонаря. Корвел освещал участок рельса, чтобы я знал, где выбраться на платформу.

Глава двенадцатая

— Быстрее! — сказали губы Корвела. Писк в ушах заглушал всё.

Я одним прыжком вскочил на платформу, и мы вместе бросились к выходу. Крысы встречались дважды, но разбегались при нашем появлении. Твари чувствовали, что здесь им ничего не светит.

Впереди замаячил свет. Мы перемахнули через турникеты. Я сорвал с пояса ещё одну гранату и зашвырнул её на лестницу. Она ударила прямо в грудь спускающегося человека и, упав на ступени, взорвалась.

«Минус два, — промаячил мне Корвел. — Два сверху».

По нижним ступеням хлестнула автоматная очередь. Это не мой союзник.

Вторая.

Значит, мы в ловушке. Позади крысы, впереди как минимум один автоматчик и, возможно, снайпер.

Сплюнув под ноги, я принялся швырять вверх по лестнице гранаты. Одна, вторая… Вторая взорвалась на поверхности. Сорвав автомат с плеча, я перезарядил магазин, выбросив начатый. Корвел сделал то же самое. Кивнув ему, я рванул к лестнице.

На середине первого пролёта меня встретил тяжёлый удар в грудь. Я свалился и покатился вниз. Корвел перепрыгнул через меня. Он дал по выходу автоматной очередью, но, кажется, без толку — наверняка снайпер засел в доме.

А я блевал у основания лестницы. Шевелиться не хотелось совершенно. Кажется, пара рёбер у меня сломана. Я стонал и проклинал себя, но очередной приступ рвоты остановить было невозможно.

Прошептала вторая автоматная очередь. Хоть услышал…

Не знаю, сколько я стоял на четвереньках, но мне таки удалось подняться. Отдышавшись, я вытер рот тыльной стороной ладони и заглянул наверх. Корвела нет. Сжав кулаки, я вытащил из внутреннего кармана предпоследнюю гранату.

И тут же раздалась автоматная очередь. Ей в ответ сухо протрещал выстрел из снайперской винтовки. Закрыв глаза, я всмотрелся во тьму. Одно красное пятно совсем рядом. Корвел жив. И два поодаль, довольно близко.

Снова очередь. Теперь она стучала непрерывно. Решив, что это знак действовать, я бросился вверх по лестнице. Надежда на то, что снайпер решил, будто убил меня.

Что ж, пора его разочаровать.

Солнечный свет резал глаза, но дело уже шло к вечеру, а я немного привык к освещению, пока валялся под лестницей. Рядом с выходом из метро в конвульсиях дёргался автоматчик, у него не было обеих рук, но он был ещё жив. Жалости я не почувствовал.

Корвел методично крошил из автомата окно четвёртого этажа дома, стоящего напротив станции метро. Я вытащил предпоследнюю гранату и зашвырнул её туда. Последнюю бросил в соседнее и сбежал вниз по лестнице. Раздались взрывы, уже более явственно. Левое ухо, обрубленное наполовину, возвращало чувствительность. А вот правое, увы, нет. Но это не самые мои большие проблемы.

Из укрытия меня позвал Корвел. Автомат висел у него за спиной, а сам он светился довольной улыбкой.

— Три! — проорал он и показал мне три пальца.

— Я слышу! — возопил я в ответ.

Устало положив лицо на прохладную ступеньку, я закрыл глаза. Чудовищно хотелось спать.

Мы разобрали оставшееся вооружение и наскоро перекусили.

— Думаю, они знают, что мы можем отслеживать их движение, — бурчал Корвел, перебирая свой автомат. — Глупо было бы думать, что не знают. Поэтому, скорее всего, засядут где-нибудь и будут сидеть, не высовывая носа.

— Или постараются перехватить по дороге.

— Я бы на это не надеялся. Что у тебя?

Я угрюмо уставился на остатки своего вооружения.

— Два пистолета с шестью обоймами, автомат с двумя полными магазинами, нож. Патроны в коробках. Гранат больше нет. Винтовку потерял, наверное, в метро.

— Не хочешь сходить? — усмехнулся Корвел.

Я покачал головой и усмехнулся в ответ. Соваться в метро было глупой затеей. Но мы живы… и на том спасибо.

— Что у тебя? — буркнул я вслух.

— Автомат, полтора магазина. Три ножа. Это всё.

— Датчики движения.

— Не самое лучшее наше оружие сейчас, — покачал головой Корвел. — К тому же, последний стоит в пятистах метрах от их лагеря. Подобраться слишком близко в прошлый раз не вышло.

Я кивнул, открывая и закрывая рот. Всё-таки слух понемногу возвращался и к правому уху. Хотя, уверен, слышать им я буду хреново до конца своих дней. Или дня…

— Бросаем всё, кроме оружия, — сказал я. — Идём налегке, как можно быстрее. Патронов хватит, чтобы убить пять человек. Даже более чем.

— И надеемся на мои тридцать секунд… — медленно произнёс Корвел. — Боюсь, они могут знать о моей способности, тогда ты станешь первой жертвой.

— Беспокоишься обо мне? — усмехнулся я.

— Боюсь, что без тебя мне не справится.

Я снова ухмыльнулся.

— Двинули? — предложил Корвел, поднимаясь с асфальта.

— Конечно.

Мы зашагали вперёд. Прямо в пасть расставленной нам ловушки. Навстречу смерти.

Впрочем, мы занимались этим ещё с прошлого вечера.

Мой спутник неожиданно остановился и посмотрел на меня.

— Ничего личного, парень, — сказал он. — Но я тебя грохну, как только мы устраним телохранителей пацанов.

— Я в этом не сомневался. Ты, кстати, тоже можешь не переживать, я сделаю то же самое.

— Просто хотел, чтобы ты знал, что ты мне нравишься. И мне будет чертовски жаль.

— Тоже не думаю, что убью тебя с удовольствием. Хотя сволочь ты редкостная.

— Да и ты не ангел, снайпер.

Вот так. Да, мы не ангелы. Мы — убийцы. Пусть я не выбирал… почти не выбирал свою судьбу, а Корвел понёс тяжелую психологическую травму. Можно винить кого угодно. Но прежде всего — нас самих.

— Тысяча метров, — сказал Корвел спустя пять минут.

— Снайперы?

— Вряд ли. Скорее, спецы в ближнем бою. Настоящие телохранители, а не убийцы.

— Значит, можно не прятаться.

И мы не прятались. До тех пор, пока до лагеря не осталось триста метров, а перед нами не открылся вид на площадь, заваленную битой боевой техникой и баррикадами из машин и мебели.

Корвел махнул мне рукой и свернул в один из домов крайних.

— Вот тот дом, — кивнул он в сторону большого здания, стоящего напротив площади. — Старое здание парламента. Теперь там музей. Резиденция Владыки так, в подвале. Вчера утром ребятишки сидели на третьем этаже. Боюсь, в здание соваться не стоит — многие проходы заминированы. Четыре килограмма им разрешено… по два на каждого. Такого правило. Что делать — я знаю.

— Выманить? — предположил я.

— Как? Штурм… тоже бесполезен. Я не знаю, что делать. Да и не думаю, что совладаю со специалистом в ближнем бою.

— Тоже так не думаю… Блин, ты не мог раньше сказать?