Геннадий Башунов – Продавцы мечтаний (страница 5)

— Рассказывай.

Я вкратце обрисовал свою старую жизнь, встречу с продавцом мечтаний и путешествия по пустырю.

— Бесполезен, — констатировала Капитан, когда я закончил. — Оружие в руках не держал, в механике ни черта не понимаешь, в медицине ещё меньше и вообще — увалень домашний.

— Угу, — кивнул я, покрываясь испариной.

— Не бойся, здесь не бросим, — усмехнулась моя собеседница, а вернее — мой допросчик. — Но у нас здесь не богадельня, сам понимаешь. Мне на корабль нужен стрелок, а нанимать профессионала — дорого. Особенно, если этот профессионал гибнет в первом же воздушном бою. Посмотрим, как ты справишься с оружием, в противном случае будешь помогать Эмене по кухне и полы мыть. За лекарства, лечение, еду и одежду с тебя две с половиной тысячи кредитов, ещё пять — за перевозку до города.

— Простите? — пробормотал я, лихорадочно облизывая пересохшие губы.

— Ну, ты же, будь у тебя деньги, покинул бы нас в ближайшем городе?

— Да.

— Ну вот, пять тысяч кредитов за доставку. Пока ты назначен стажёром на дирижабль. Жалование, с вычетом еды, пятьсот кредитов в месяц. Время стажировки — три месяца, плюс-минус, как себя покажешь. Справишься с оружием, будешь получать втрое больше, не правишься — станешь поломойкой с жалованием в триста кредитов. Всё понял?

— Да…

— Вот и молодец, — Капитан жёстко улыбнулась и, поднявшись с моей кровати, хлопнула меня по плечу. — Добро пожаловать в команду.

— Спасибо, — пробормотал я.

Итак, меня спасли, взяли в команду, отвезут в город. В лучшем случае мой долг исчезнет за семь месяцев… В худшем — почти через два года. И это если совсем не тратить деньги, но вряд ли мне это удастся.

— Антон, ты влип, — сказал я сам себе.

Здешняя луна была прекрасна. Я смотрел на неё не в первый раз, но только сейчас увидел её красоту. Возможно, дело в том, что я первый раз наблюдал за движением огромного по Земным меркам голубоватого диска сытым, одетым и отдохнувшим, впервые любовался им, а не проклинал.

Глубоко вдохнув холодный ночной воздух, я потянулся и громко выдохнул, издав при этом кряхтящий звук. Попробовал улыбнуться, и улыбка, пусть и не очень счастливая, выползла на мои губы.

Да, как бы то ни было, жизнь налаживается. Дрожащий диск луны будто бы подмигивал мне, соглашаясь. Интересно, от чего это дрожание? Из-за атмосферы? Может да, а может, и нет, я не очень-то разбираюсь в астрономии. Единственное, что я мог с уверенностью сказать, так это то, что приливы здесь, вероятно, ужасные.

Я сунул руки в карманы и, сгорбившись, поплёлся в бункер. Наверное, все уже спали, мне же, проспавшему почти неделю, в постель не хотелось. Поэтому, сев у входа своего нового пристанища, я принялся вспоминать события этого вечера.

Сначала появилась Орайя. Капитан на неё наорала, а потом они ещё долго ругались за закрытой дверью столовой. О чём они спорили — не известно, да я и не слишком-то хотел подслушивать. Примерно через четверть часа девушки вышли из столовой, раскрасневшиеся и злые. Ещё через полчаса была завершена разгрузка грузовика, и мне представилась возможность познакомиться с остальными.

Корос и Дерек — братья-близнецы, похожие друг на друга как две капли воды, белобрысые и голубоглазые. Они даже разговаривать начинали одновременно, и так же одновременно начинали орать друг на друга. Хотя, их постоянные склоки выглядели скорее шутками. Понаблюдав за ними некоторое время, я понял, что не так-то они и похожи — один был дёрганый, взбалмошный, другой наоборот спокойный, с холодными недобрыми глазами, но кто из них кто я так и не понял. По словам Крога ребята были опытными наёмными убийцами, но худые светлые лица не выражали никакой агрессии. Если бы не холодный взгляд одного из них, я бы никогда не поверил в то, что эти забавные задиры вообще способны кого-то убить.

Относительно них Авер выглядел настоящим головорезом. Высокий и широкоплечий, своими движениями он больше напоминал охотящуюся кошку, а два шрама на лице делали его вид ещё более устрашающим. Но, как выяснилось позже, оружие в руки он брал только сломанное и только для того, чтобы починить.

Дочь Крога Эмена оказалась смешливой приятной девушкой, невысокой и широкобёдрой. Когда я знакомился с ней, она сказала, что я могу считать их своей семьёй.

«Семья, — подумал я. — Что сейчас с моей семьёй? Наверное, переживают… Или, быть может, с ними всё нормально, и они считают своей дочерью некрасивую кривозубую девушку. Если она оказалась способна переместить меня сюда, то внушить это моим родителям будет несложно.

Семья, — повторил я, смакуя. — Могу ли я считать семьёй контрабандистов, убийц, пусть и спасших меня, но, фактически, взявших после спасения в рабство?

Наверное, нет. А значит, надо быстрее отрабатывать свой долг, чтобы у меня появился хоть один шанс на благополучное будущее».

Решив так, я поднялся с земли и, отряхнув штаны, забрался в бункер. Завтра же попрошу, чтобы меня начали обучать стрельбе. Пусть я по уши в долгах, пусть мне не очень-то нравится «команда», но я смогу стать хозяином самому себе и выбраться из всего этого болота, ведь моя жизнь только в моих руках и только я могу на неё влиять.

Глава четвёртая

— Ну, на кой хрен ты задерживаешь дыхание? — бубнил Авер. — На выдохе стреляй, на выдохе…

— Я стараюсь, — пытался я возражать, но каждый раз всё повторялось — я вновь задерживал дыхание перед выстрелом и начинал дышать во время спуска крючка.

— Десять целей из восемнадцати патронов, — констатировал Авер, когда я, наконец, закончил. — Я без прицела лучше выбью, чем ты с прицелом. Капитан сказала, что сегодня ты должен выбивать десять из двенадцати, а значит, стоимость лишних патронов будет вычтена из твоего жалования. За всю неделю это… это… Двести кредитов. Да сколько ещё сегодня настреляешь. Мыть тебе полы, парниша.

— Угу…

— Ладно, — мой учитель посмотрел на заходящее солнце. — Сегодня уже ничего не настреляешь. Пойдём, будешь помогать с погрузкой, так от тебя толку будет больше.

Сконфуженный, я забросил за спину свою снайперскую винтовку и поплёлся за Авером.

Уже три недели я учился пользоваться оружием. Сначала в качестве оружия мне выдали какую-то жуткую пневматическую рухлядь, из которой и воробья-то выстрелов с семи убить можно было. Тем не менее, уже через неделю я выбивал девяносто четыре из ста, и воодушевлённая Капитан выдала мне настоящую снайперскую винтовку с оптическим прицелом. И успех с пневматикой продолжился полным провалом со снайперской винтовкой. Слишком длинная и слишком тяжёлая махина с такой отдачей, что у меня на плече очень быстро образовался не сходящий синяк, оказалась для меня слишком тяжела в обращении. Большие проблемы доставлял слишком тугой спусковой крючок, который я постоянно слишком сильно дёргал, тем самым сбивая себе дыхание, я постоянно слишком долго выцеливал, не мог слишком долго находиться в одной позе… В общем, проблем была гора. Авер, мастер на все руки, говорил, что прошлый стрелок жаловался на полуавтомат — винтовка была снабжена магазином на шесть патронов — говоря, что во время захода второго и последующих патронов в дуло сбивается точность стрельбы, но, как мне сказал мой учитель, у меня проблемы со стрельбой начались куда быстрее.

— Ты уже дня три должен был учиться стрелять из пулемёта, — ворчал Авер, пока мы шли от стрельбища — стула, используемого мной в качестве упора, и ещё десятка, на котором стояли консервные банки — к дирижаблю. — Как мы посадим тебя за пулемёт во время боя? Как мы доверим тебе свои жизни?

Я уныло кивал, плетясь сзади.

— Чего соглашаешься? — раздражённо сказал мой тренер, останавливаясь. — Ты должен быть настроен на учёбу, должен говорить «Нет, я справлюсь, я научусь стрелять», а ты бессильно разводишь руки, будто говоря «Ну вот, такой я неумеха, что теперь поделать». Ты заранее настраиваешься на поражение, а должен идти к победе. Или ты хочешь ближайшие три года драить полы?

— Нет, — буркнул я, прочистив горло.

— Значит, пойдёшь сегодня стрелять после погрузки.

— Но…

— Никаких но! Трясущиеся от усталости руки смоделируют волнение во время боя. А бои иногда проходят и ночью, так что считай, что это последняя тренировка, максимально приближенная к боевым условиям.

— Угу…

Неожиданно Авер улыбнулся.

— Ты хороший парень, Антон, — сказал он мягче. — Хоть я и не верю во все эти сказки о другом мире, недоверия ты у меня не вызываешь. Тем более, Орайя сказала, что это возможно. Вообще-то, я и Продавцов Мечтаний считал за сказку… Но сейчас дело не в этом. Ты просто должен постараться, идёт?

— Да, — твёрдо сказал я.

— Вот и молодец. Но патроны я всё равно вычту из твоей зарплаты.

Погрузка совершилась уже под полночь, благо Крог сумел реанимировать прожектора бункера, иначе это было бы невозможно — близилось новолуние, и ущербный диск луны, обычно дававший достаточно света, едва позволял разглядеть пальцы вытянутой руки. В бункере остались только вещи, которые можно было утащить с собой — посуда, одежда, одеяла с матрацами да личное оружие, в том числе и моя винтовка.

Отремонтированный цеппелин выглядел, как огромный зверь, немного неуклюжий, но устрашающий и неостановимый, хотя ещё пару недель назад его изорванные пулями бока придавали ему вид раненого мастодонта. Теперь, залатанный и выкрашенный, с новой пулемётной будкой, торчащей под днищем, дирижабль стал настоящей крепостью.