Геннадий Башунов – Продавцы грёз. Том второй (страница 52)

Из укрытия меня позвал Корвел. Автомат висел у него за спиной, а сам он светился довольной улыбкой.

— Три! — проорал он и показал мне три пальца.

— Я слышу! — возопил я в ответ.

Устало положив лицо на прохладную ступеньку, я закрыл глаза. Чудовищно хотелось спать.

* * *

Мы разобрали оставшееся вооружение и наскоро перекусили.

— Думаю, детишки знают, что мы можем отслеживать их движение, — бурчал Корвел, перебирая свой автомат. — Глупо было бы думать, что не знают. Поэтому, скорее всего, засядут где-нибудь и будут сидеть, не высовывая носа.

— Или постараются перехватить по дороге.

— Я бы на это не надеялся. Дважды уже пытались, и у них не вышло. Что у тебя?

Я угрюмо уставился на остатки своего вооружения.

— Два пистолета с шестью обоймами, автомат с двумя полными магазинами, нож. Патроны в коробках. Гранат больше нет. Винтовку потерял. В метро, скорее всего.

— Не хочешь сходить забрать? — усмехнулся Корвел.

Я покачал головой и усмехнулся в ответ. Соваться в метро было глупой затеей. Но мы живы и на том спасибо.

— Что у тебя? — буркнул я вслух.

— Автомат, полтора магазина. Три ножа. Это все.

— Датчики движения?

— Не самое лучшее наше оружие сейчас, — покачал головой Корвел. — К тому же, последний стоит в пятистах метрах от логова южан. Подобраться слишком близко в прошлый раз не вышло.

Я кивнул, открывая и закрывая рот. Все-таки слух понемногу возвращался и к правому уху. Хотя, уверен, слышать им я буду хреново до конца своих дней. Или дня…

Эти две стычки с телохранителями приобретали смысл. Их отправили на верную смерть, но вытянули из нас ресурсы. Окажись я или Корвел менее удачливыми, кто-то из нас мог сильно пострадать или даже погибнуть. Словно шахматисты, жертвующие пешками, южане гробили своих людей, но наращивали свои шансы в финальной драке. И кто знает, какие еще сюрпризы они приберегли для нее.

Закрыл глаза. Саргха и Представитель Хаггиора уже близко, буквально в паре километров от нас, хоть они и снизили скорость движения. Осторожничают, зная, что Корвел может обмануть их Слепки?

Наверняка.

Причем, очевидно, главными противниками главы южных кланов считали именно нас с Корвелом. Вероятно, из-за количества Слепков, которыми мы могли обладать на двоих. Мне будет даже немного жаль их разочаровывать.

А вот Саргха и Представитель Хаггиора наверняка собираются встретить нас в открытом поле. То бишь посреди городских развалин. Тоже рассчитывают на то, что мы измотаны драками с телохранителями?

Вмешаются ли южане в наши разборки? Или продолжат выжидать, надеясь, что мы окончательно друг друга измотаем? Не окажется ли лучшей стратегией банальное ожидание?

Возможно. А может оказаться и так, что эта стратегия станет худшей, и обладатель всех наших Слепков просто уничтожит трусливо отсиживающихся в сторонке врагов. Шесть Слепков у него — или у меня — будет.

Шансы, как всегда, пятьдесят на пятьдесят: либо да, либо нет.

— У нас на повестке дня драка с одиннадцатью противниками, я прав?

— С пятью, — покачал головой глава одиннадцатого клана. — Если верить датчикам, конечно. Видимо, Саргха выступила в драку без телохранителей. У этой бабы есть яйца.

— Бросаем все, кроме оружия, — сказал я. — Идем налегке, как можно быстрее. Патронов хватит, чтобы убить пятерых человек. Даже более чем. А потом… будем надеяться на новые Слепки и трофейное оружие.

— Отличный план — медленно произнес Корвел. — Для психов и самоубийц.

Я снова ухмыльнулся.

— Тогда двинули? — предложил Продавец грез, поднимаясь с асфальта.

— Конечно.

Мы зашагали вперед. Чтобы сразиться сначала с наверняка превосходящим в боевой мощи противником, а потом — с противником, наверняка расставившим нам ловушку. В общем, шли навстречу смерти.

Впрочем, мы шли к смерти еще с прошлого вечера. Или я делаю это уже почти год?

Мой спутник неожиданно остановился и посмотрел на меня.

— Ничего личного, парень, — сказал он. — Но я тебя грохну, как только мы устраним всех стоящих врагов.

— Я в этом не сомневался. Ты, кстати, можешь не переживать, я сделаю для тебя то же самое.

— Просто хотел, чтобы ты знал, что ты мне как будто бы даже нравишься. И мне будет чертовски жаль.

— Тоже не думаю, что убью тебя с удовольствием. Хотя сволочь ты редкостная.

— Да и ты не ангел, дружочек.

Вот так. Да, мы не ангелы. Мы — убийцы. Пусть я не выбирал… почти не выбирал свою судьбу, а Корвел понес тяжелую психологическую травму. Можно винить кого угодно. Но прежде всего — нас самих.

— Тысяча метров, — сказал Корвел спустя пять минут.

Я прикрыл глаза. В почти все мое внутреннее зрение закрывали два огромных красных пятнища. Нет, в этом деле я сейчас практически бесполезен.

— Снайперы есть?

— Вряд ли. Скорее всего, спецы в ближнем бою. Настоящие телохранители, а не наемные убийцы.

— Значит, можно не прятаться.

И мы не прятались. До тех пор, пока до противника не осталось триста метров, а перед нами не открылся вид на площадь, заваленную битой боевой техникой и разваливающимися баррикадами из машин, кусков стен и мебели.

Учитывая неспособность отслеживать врага, это место — лучшее поле для битвы. Хаос уравнивал шансы. И мне это даже нравилось.

Корвел махнул мне рукой и свернул к одному из крайних домов.

Я отпустил боевую ярость, не дожидаясь появления противников. Спина главы одиннадцатого клана начала выглядеть, как предложение немедленно в нее выстрелить, и, наверняка, когда-то я бы так и сделал. Но сейчас я владел Слепком, а не он мной, и желание стрелять не пересилило понимание, что Корвел — мой единственный союзник.

Отвернувшись, я осмотрел баррикады и осторожно двинулся к одной из них. Это нагромождение фонарных столбов и кусков стены, опирающееся на две полицейские машины, выглядело чуть менее хрупко, чем другие. Я пробрался в щель между одной из машин и столбом и замер, вслушиваясь в тишину. Продолжалось это пару минут.

На другой стороне площади раздался грохот, а затем — «ш-ш-ш-ш-ш» — словно кто-то начал спускать пар из трубы. Коротко хлопнуло, через секунду раздался дребезг бьющегося стекла и звон металла о металл, а после лязганье железа, ударяющего о камень. Я совершенно не понимал, что происходит, лишь осознавал — нечто движется ко мне.

Но я был не один.

— Саргха, грязная ты шлюха, где ты, мать твою, взяла экзоскелет? — заорал Корвел откуда-то из домов.

Ему ответил звук выстрела. Причем, стреляли как минимум из противотанкового ружья. Следом застрочили автоматы. Четыре автомата, как я мог предположить.

Лязганье ног экзоскелета об асфальт, до этого момента неумолимо приближающееся ко мне, начало забирать куда-то левее от меня. Я прикрыл глаза, проверяя противников, но проще было смотреть на Солнце, находясь к нему раз в двадцать ближе Меркурия. Что ж…

Можно посмотреть на врага обычным зрением.

Я вывернулся из своей щели и, пригибаясь, рванул вдоль баррикады. Вскочил на нее у самого края, за долю секунды оглядел площадь и спрыгнул вниз, сразу же бросаясь к очередному укрытию — поваленной на бок десантной машине.

Вовремя.

Железная махина метров двух ростом, скорее, впрочем, напоминающая скафандр космодесантника, шедшая до этого момента ко мне боком, молниеносно развернулась и выстрелила из своего чудовищного ружья. Полицейскую машину, на которой я стоял, порвало едва не пополам и отбросило на добрых пару метров, развалив половину баррикады. Четыре человека, плетущиеся следом за экзоскелетом, тоже повернулись в мою сторону и принялись палить из автоматов. Я заметил, что на них такие же бронежилеты и каски, как и на телохранителях южан. Больше рассмотреть мне не удалось: я вжимался в асфальт, слушая как пули молотят в мое укрытие. Пусть мощность автоматов не была насколько убойной, зато скорострельность у винтовки никакая…

Выстрел пришелся в правую часть броневика. Снаряд прошил его насквозь и опасно накренил. Но я уже рванул дальше, все еще не рискуя даже стрелять во врага. Теперь пришла очередь Корвела вступать в игру в кошки мышки.

Наверное, это странно, но я был абсолютно уверен в этом психопате. В то, что он меня не бросит одного на растерзание врага. Потому что иначе он пропустит все веселье.

Один из автоматчиков начал опускать ствол автомата, прекратив стрелять. Его пошатнуло, руки повисли хлыстами, автомат упал на асфальт. Он склонился вперед, хватаясь за сердце, упал на колени, а затем сразу обмякнув, как кукла, завалился на бок.

Никак сердечный приступ? Так вот какая вторая способность Корвела?