Геннадий Башунов – Продавцы грёз. Том второй (страница 14)
Впрочем, Ивалле было еще тяжелее. Но иногда лучше перерубить весь узел проблем одним ударом, чем пытаться распутать его. Тем более, делать это, рискуя угодить под мчащийся на всех парах поезд.
Уже вечерело, и неподалеку от стадиона несколько молодых работорговцев суетились около четырех больших костров. Над двумя висели огромные котлы, у двух других установили большие вертела. Длина каждого вертела была достаточной, чтобы насадить на него взрослого мужчину. Тела убитых на арене рабов сложили рядом, и одного из них уже начали свежевать.
Подготовка к праздничному ужину для работорговцев и их почетных гостей шла полным ходом.
— Чтобы я еще раз поверила, что кто-то из этих ублюдков не жрет человечину, — процедила Ивалла сквозь зубы и сплюнула в сторону костровых.
Ее жест заметили, но никак на него не отреагировали. Лишь Зах, руководящий процессом, усмехнулся и проводил их долгим взглядом. Впрочем, совместному бизнесу и так пришел конец.
У экипажа Корос все же подал Ивалле руку, иначе бы она не забралась. Оказавшись в карете, она тяжело уселась на диванчик и рявкнула:
— Трогай!
Какое-то время они ехали в тишине. Но в конце концов Корос неуверенно заговорил:
— Слушай, Кэп, я никогда не обсуждал твоих приказов… но… Черт побери, мы проделали такой путь, ты угробила столько денег… и в итоге…
Ивалла тяжело вздохнула.
— Девчонка не лгала. Он действительно связан с Продавцами грез. И Авер связан. А Орайя вообще была одной из них. Любая детская сказка говорит: если твои пути пересеклись с Продавцами грез — ты покойник. Если бы мы сейчас забрали Алекса отсюда, мы бы не то что попали в сферу интересов всех Продавцов грез Нейи, мы бы встали у них на пути. А мы и так потеряли слишком много людей за этот год. К тому же… — Она не договорила, лишь непроизвольно положила ладонь на живот.
— Ясно, — угрюмо сказал Корос, откидываясь на своем диване. — Я знал, что человек в таком состоянии просто не в силах быстро прийти в себя, не говоря уже о том, чтобы так скакать по арене и драться.
Он на какое-то время замолчал, думая о своем. А когда заговорил, Ивалла вздрогнула от неожиданности.
— И что теперь будем делать?
Капитан думала недолго. В конце концов, эти мысли крутились в ее голове уже давно, еще до того как появилась эта призрачная надежда вернуть… нет, не так. Призрачная надежда если не вернуть все назад, то хотя бы попытаться помочь любимому человеку. Но сейчас уже точно все потеряно.
— Вернемся на острова — мне осточертел материк с его дикарями и людоедами. Не на Анару, конечно же, на любой другой. Думаю, Клири подойдет. Денег у нас достаточно, откроем бизнес. К тому же… ребенок не должен расти без отца. И врачи там гораздо лучше. Да и образование можно получить, сделать карьеру… И мы сами, конечно, не пропадем с нашими-то ресурсами.
— Острова так острова, — кивнул Корос. — А ребенку, естественно, нужен покой и отец. И что, есть претенденты на роль?
— Кто знает, — устало ответила Ивалла, закрывая глаза.
От пережитого за сегодня ее клонило в сон. Лекарство от этого состояние было одно, вернее, два — хорошенький глоток крепкой выпивки и сигарета. Но ей нельзя ни того, ни другого.
Есть вещи важнее любви. К тому же, разбитое сердце всегда лечится временем.
* * *
Не в пример холодам, выпавшим на конец октября, ноябрь выдался сухим и теплым. Настолько теплым, что даже растаял снег, укрывший всю равнину. Но стоило снежному покрову сойти, а земле как следует раскиснуть, погода взяла свое: ударил почти зимний мороз, и грязь превратилась в ровную твердую поверхность, ехать по которой было одно удовольствие.
Если бы не это обстоятельство, Ивалла никогда бы не решилась на крюк. Но по такой дороге они могли потерять не больше двух дней. А значит, стоило рискнуть.
«Непобедимого» они увидели задолго до того как добрались до бункера, где они буквально несколько недель назад оставили Орайю и Алекса. Дирижабль висел в нескольких метрах над землей, напоминая больше раненое животное, чем нечто, сотворенное человеком.
— Не может быть, — только и сказал Корос.
Ивалла лишь печально улыбнулась.
Дирижабль никто не тронул. Люк не был взломан, веревочная лестница спокойно болталась под брюшиной.
— Не все же время нам будет не везти, — бормотал убийца, буквально запрыгивая на лестницу. Он за пару секунд взлетел на те несколько метров, что отделяли днище дирижабля от земли и принялся изучать люк. — Замок действительно целый, а ключи могут быть в бункере.
Капитан вошла в холодный полумрак убежища. Он был мертв, как и все годы до этого. Ивалла бродила по пустым комнатам и видела лишь холодный металл. Алекс и Орайя забрали все, что могло сгодиться в дорогу — одеяла и матрацы в том числе. Лишь кучка мусора, аккуратно собранная в углу кухни, и стоящая на столе пара открытых консервных банок с остатками желе и жира на стенках говорили о том, что здесь недавно кто-то был.
Да записка, лежащая между банками.
«Ушли на восток», — прочитала Ивалла.
Значит, они хотя бы ушли вместе. Как союзники или вынужденные спутники — не важно. Что было дальше, она никогда не узнает. Но в то, что Алекс хладнокровно убил девчонку, с которой провел в одной команде столько времени, она не поверит никогда.
И пусть дорога Орайи закончилась где-то на этой застывшей и мертвой равнине, Алекс, несмотря ни на что, еще жив.
Ивалла сложила бумагу пополам и положила себе в карман. В конце концов, эта записка предназначалась им, команде «Непобедимого». И лично ей, Капитану.
— Нашла ключи? — спросил Корос, входя на кухню.
— Да, рядом с кроватью Орайи.
— И чего, раз уж мы его нашли, будем дальше летать на «Непобедимом», только уже между островами? Тогда нам понадобится несколько человек в команду. Ну, после того как ты…
— Нет, — покачала головой Ивалла. — Я его продам. И такой команды, как была, у нас уже никогда не будет. Нам всем нужен покой. Спокойная работа.
— Как знаешь, — пожал плечами наемник, — но это дерьмо не для меня. Я привык жить так. Рутина рутиной, но пострелять тоже иногда нужно. — Он ухмыльнулся, но ухмылка быстро сошла с его губ. — Пойду, холодно здесь.
Он вышел из кухни, а Капитан на миг задержалась, оглядывая стол. Она, наконец, поняла в поисках чего бродила по бункеру. Глупо было надеяться, что он оставит какую-то записку ей лично. Тем более, кровать она уже проверила.
Что ж, пусть тогда эта записка, написанная его рукой, будет принадлежать только ей.
Ивалла опустила ладонь в карман и осторожно прикоснулась пальцами к бумаге.
«Ушли на восток».
— Счастливого пути, Алекс, — едва слышно прошептала она и вышла.
Глава сорок шестая
За последние несколько дней сознание возвращалось к Алексею не больше пяти или шести раз. Как-то не слишком уверенно, на непродолжительные временные промежутки, в конце концов каждый раз пасуя перед полусонным-полубредовым состоянием. В этом состоянии стрелок не понимал — спит ли он или в очередной раз посещает Отражение: яма с трупами сменялась темными коридорами подземных бункеров, зеленый сад — серовато-ржавыми травянистыми равнинами, усыпанными остовами боевых машин.
Орайя, пару секунд назад умолявшая его использовать Слепок, превращалась в Аларию, обещающую в случае его победы в Игре неземные блага, а потом приказывающую не быть идиотом и вытащить Слепок из раны.
— Мне некуда будет спрятать его, — каждый раз отвечал Алексей обеим.
— Некому будет воскресить меня, если ты не выживешь, — умоляющим шепотом говорила Орайя. Взгляд ее бездонных зеленых глаз буквально пронзал стрелка насквозь, сердце замирало от одних звуков голоса любимой.
— Ты должен использовать любые средства для победы, — очень убедительным тоном произнесла Алария, сменившая Орайю. — Если ты угробишь себя у работорговцев, не используя Слепок, Орайе не помочь. Вытащи его из раны, спрячь куда-нибудь. Пусть шанс отыскать его после победы будет мизерным, ты хотя бы не доконаешь себя. Слепок — сложный биомеханизм, он пытается прижиться в новой среде, но не в состоянии сделать это, ведь среда неподходящая. Отсюда большая часть твоих проблем с раной. Слепок просто не дает ей зажить.
— Ты же знаешь, Алария — Продавец грез, — горячо шептала ему на ухо уже Орайя. — Используй Слепок, приведи ее к победе, а она отплатит тебе. Воссоздаст мое тело до мельчайших подробностей. Сделает меня более покладистой, услужливой и благодарной. Похотливой. Просто сделай это.
— Это будешь не ты.
— Пусть так. Но ты быстро позабудешь об этом, обещаю.
— Ты просто умрешь, если не избавишься от Слепка.
— Возьми его. Возьми, выживи, победи. Получи все, чего захочешь.
Все эти доводы были хороши. Алексей осознавал их правильность… или, скорее, циничность и меркантильность. Зачем умирать, ведь Орайе все равно не помочь. Зачем идти в драку, лишая себя мощнейшего оружия.
В короткие моменты, когда сознание возвращалось к нему, он лишь зажимал воспаленную рану ладонью, даже сквозь повязку чувствуя насколько она горячая, но не пытался что-либо сделать.
— Почему? — спрашивал женский голос, и неясно было: Орайя с ним разговаривала или Алария.
— Потому что я здесь не по своей воле, — огрызнулся Алексей. — Да, я хотел изменить свою жизнь, но не таким образом. Мне не нужны были ни эти руины, когда-то бывшие нормальным миром, ни Продавцы грез, ни их разборки. Мне не нужны были сверхспособности, дарованные Слепком. Я просто хотел получить достойную цель, можно сказать — мечту. И если уж у меня не получалось выдумать ее самому, кто-то должен был подсказать мне ради чего жить.