Геннадий Башунов – Могильщик. Чёрные перчатки (страница 74)

Царила удушающая жара, непривычная для островов. С него градом катился пот. Дурной знак, — понял могильщик.

— Чего дерёшься? — пробормотала У" ри. Её голова возникла у бедра тотенграбера, и он дёрнулся, вспоминая сон. Но крови на губах девушки не было, а маленькие грудки были на месте, они проступали через ночную рубашку. Велион почувствовал возбуждение, но сон ещё был слишком рядом, он впивался в его мысли, вызывая тошноту. И возбуждение пропало так же быстро, как и возникло.

— Дурной сон, — пробормотал могильщик в ответ. — Просто дурной сон.

Но объяснение это напугало У" ри.

— Что ты видел? — прошептала она.

"Смерть", — чуть не сорвалось с губ Чёрного могильщика, но он с трудом выдавил из себя усмешку и сказал:

— Мне снился козёл, который забежал в мужскую баню, и принялся на всех прыгать.

Она не поверила, но со страхом, кажется, справилась.

— Оденусь и принесу тебе завтрак, — сказала девушка, поднимаясь и оправляя рубаху.

— А где остальные? — спросил Велион, оглядывая пустую комнату.

— Ушли. Дед, наверное, напивается, а К" ле на воротах. Скоро полдень, они не велели тебя будить, пока не начнётся бой — К" ле сказал, что ты долго не мог уснуть.

"Южане тянут себе на погибель", — подумал Велион, но сам себе не поверил — сон был ещё слишком близко.

— Драться на пустой желудок, — ещё раз улыбнулся он, на этот раз более уверенно и искренне. — Спасибо им за это.

— Пока южане штурмовали бы ворота, ты бы поел. И… — на щёки У" ри бросилась краска… — не только.

Она нуждалась в успокоении, пусть даже таком слабом. Но могильщику хватило сил только на то, чтобы обнять её и поцеловать в щёку.

— Когда всё закончится, мы поженимся, — прошептал он. — И будем делать всё, что нам захочется, и когда захочется.

У" ри с надеждой улыбнулась в ответ и, одевшись, вышла. Через четверть часа она принесла завтрак — вино с материка, говяжью отбивную, ломти пареной репы и кусок пшеничного хлеба. Наверное, Н" до хотел поднять этим боевой дух защитников. Что ж, по крайней мере, это подняло боевой дух могильщика. Он поделился с У" ри завтраком и почувствовал себя другим человеком. Сон будто бы ушёл. Поев, Велион усадил У" ри себе на колени и долго целовал, а после оделся и ушёл на стену.

Южане пока не торопились, и это вселяло всё больше и больше надежд. "Если мы продержимся до обеда, придёт подкрепление из полутора-двух сотен человек, тогда никто — никто! — не сможет взять Лепесток Вишни, даже если бы здесь стояла пятитысячная армия", — сказал ему вчера К" ле. Значит, всё будет просто прекрасно.

Велион уверил себя в этом.

А когда со стороны ворот послышался зов труб, он рассмеялся.

— Наши! — крикнул кто-то рядом, и ему в ответ зазвучали радостные крики.

Защитники башни бросились на другую сторону крыши, чтобы увидеть, как подходит подкрепление.

— Эти южные ублюдки сдались, даже не вступив в бой, — рычал незнакомый могильщику мальчишка лет пятнадцати. — Чёртовы трусы, только могли что хвастать.

Велион улыбнулся про себя. Наконец, он пересёк крышу башни, протолкнувшись к зубцам, уставился на ворота. Тишина, воцарившаяся на башне, ему не нравилась, но стяг клана Голг — ветвь вишни на белом фоне — на миг вселил ему надежду. Которая растаяла, едва Чёрный могильщик разглядел, что стяг изорван и покрыт кровью. А две сотни людей, шествующих за знаменем, явно были южанами — слишком бородаты и растрёпаны.

— Они разбили подкрепление, — прошептал тот самый паренёк, что обвинял южан в трусости. Он побледнел так, что его светлые волосы стали практически рыжими на фоне зеленоватой кожи.

— Им надо бежать с ворот к башням! — крикнул кто-то.

— Если они сейчас побегут, их вырежут на подходах…

Слова говорящего заглушили вопли. Дикие, нечеловеческие. Долгий продолжительный вой, вибрирующий и жуткий, срывающийся то на визг, то на низкий рёв.

"Берсеркеры, — мелькнуло в голове могильщика. — А это их песнь".

К двум сотням южан, вышедшим к воротам, присоединились ещё полторы сотни из рощи. Со скрежетом распрямились баллисты, повёрнутые в сторону острова, но несколько камней, пусть и угодившие в самую гущу атаковавших, даже не сломали ряды.

— Нам крышка, — едва слышно прокричал островитянин, стоящий рядом. Все звуки глушили вопли берсеркеров.

Могильщик бросился к противоположному концу башни. Корабли по-прежнему стояли вне зоны досягаемости баллист, даже не пытаясь сдвинуться. Это ловушка. Отвлекающий манёвр, настолько глупый, что даже никто о нём не подумал. Южане не хотели штурмовать замок с моря, как это делали обычно. Благодаря тому, что Н" до отменил патрули, они высадились на остров, разбились на два отряда. Один встал у ворот, второй разгромил подходящее к замку подкрепление. Глава клана Голг сам сдал свой замок. Бежать некуда — с берега им преграждают путь основные силы южан, с моря — корабли. Им действительно крышка. Только если не попробовать пересечь частокол с флангов и затеряться в роще… Наверняка, там патрули — Иргур обещал вырезать всех обитателей замка, но шанс есть.

Велион снова бросился к противоположному концу крыши. Ворота рухнули, остатки защитников были окружены, а большая часть двигалась к башне. К башне, на крыше которой сейчас стоял могильщик. К" ле поместил их сюда, думая, что башня, расположенная ближе к морю, куда опасней. Как он ошибся.

Выругавшись, могильщик бросился к люку. Плевать на всех. К" ле мёртв. Надо спасаться самому и спасать У" ри. Чёрный могильщик буквально свалился с лестницы и бросился к своей комнате.

В дверях он столкнулся с пьяным вдрызг Г" ра. Калека стоял, опираясь на свой костыль.

— Счастье, — сказал он и икнул. — Счастье, — повторил он, — было так близко. Беги, могильщик, беги.

— Заберу У" ри и убегу, — резко произнёс Велион, пробуя пройти мимо старика, но тот загородил дверь.

— Ты её не заберёшь. Её никто не заберёт.

— О чём ты?! Пусти!

— Ты не знаешь, что эти сволочи делают с женщинами, — сказал Г" ра.

Велион вздрогнул.

— Что?.. — прошептал он.

— Насилуют, едят заживо, отрезают…

Могильщик оттолкнул калеку и ворвался в комнату. Г" ра упал на пол и с руганью копошился сзади, а Велион стоял в дверях, не в силах шагнуть в комнату.

У" ри лежала на скамье. Её глаза были широко раскрыты, изо рта вытекала струйка крови. Но больше всего крови вылилось из перерезанного горла.

— Я оказал ей услугу, — пьяным голосом проговорил Г" ра. Он с трудом поднялся и стоял, опираясь на косяки. — Ты не знаешь, что эти сволочи…

Он не договорил. Ему помешал меч, разваливший его голову пополам. Г" ра обрызгал его кровью, и завалился назад. Кусок мозга калеки вывалился из обрубка головы, и могильщик наступил на него, выходя из комнаты. Он бил наискосок не специально, но сон вернулся к нему.

Выйдя из комнаты он столкнулся с белобрысым пареньком, которого так напугало нападение. Увидев могильщика и тело Г" ра, он открыл рот, чтобы закричать, но Велион заткнул его, вонзив в открытый рот меч. Кто-то бросился на него с мечом, но Чёрный могильщик даже будто не заметил этого. Он ушёл от удара и, выхватив из-за пояса кинжал, разделал нападавшему живот. Когда Велион переступил его, он увидел перебинтованную руку. Это был У" ст.

Больше ему никто не встретился. Наверное, остальные всё-таки остались защищать крышу. Или уже убежали. Могильщику было плевать на это. Он хотел убивать. Вцепиться в глотку Н" до или Иргура, другие жертвы его бы не успокоили. На крайний случай подошёл бы К" ле.

На лестнице, ведущей на второй этаж, шёл бой. Велион видел спины обороняющихся, но их было слишком мало — всего-то пятеро. Ещё двадцать должно было лить кипячёное масло и морскую воду с крыши. Интересно, человеческое мясо пахнет так, как и та говядина, что он съел на завтрак? Надо выйти и понюхать.

Но эта пятёрка мешает ему.

Чёрный могильщик… нет… убийца Велион вонзил меч в спину одного из них, стоящего позади всех. Спину жертвы прикрывала кольчуга, но меч прошёл сквозь неё, как через растопленное сливочное масло. Второму убийца смахнул голову, третьему вонзил в затылок нож. Кровь, хлынувшая ему в лицо, попала в рот. Она казалась сладкой и горячей. Как та, что мальчик Велион пил в детстве, когда после пятидневных блужданий по лесу и болотам всё-таки догнал свою первую жертву.

Убийца рассмеялся. Да, это не похоже на работу ключника, но приносит ему куда большее удовлетворение.

А их больше, чем пять. Отступая, защитники показали ещё три спины. Что ж…

Он не успел додумать. Один из защитников с воплем отлетал назад и врезался в него. Ловко высвободившись из-под тела, Велион сел. Но только для того, чтобы поймать на меч второго падающего. Его голова представляла собой сплошную мешанину из кости, крови и мозга.

И тут в его уши ворвался дикий вопль, ещё более громкий в замкнутом помещении. На второй этаж ворвалось окровавленное нечто, однорукое, с рассечённым лицом, но сжимающее в правой руке огромную булаву. Взревев ещё раз, оно обрушило булаву на последнего оставшегося на ногах защитника, а после бросилось вперёд, на могильщика.

Нет, не на могильщика, на того, что он держал на своём мече. Берсеркер обрушился на него сверху с такой силой, что Велион ударился о пол затылком.

В глазах померкло. Но окончательно из него выбил дух и желание сопротивляться раздавшийся вопль чудовища.