Гела Бахтина – Падший ангел. Часть третья (страница 3)
Всё в наших руках и в хмельном мёде!
– Ну, ну! Дерзай!
На этот раз усмехнувшись, вымолвил Челузский воевода.
Четвёртая глава
Клятва
Норман и Тор, мудро поступили, поставив в дозор надёжных и верных им людей. Более десяти человек за одну ночь из Челузского войска пытались тайно покинуть лагерь. Дабы известить Голора о случившемся на границе его земель с Элером. Под утро обоз с провиантом достиг пределов лагеря и на заре Норман в свой шатёр вызвал своих сотников:
– Ну что. Братцы! Начинаем Великое дело!
Начал он, лишь только воины разместились в шатре. И в вкратце рассказал весь разговор с Тором.
– Я всегда чувствовал, что ты умнее нас. Дело и впрямь Великое!
Одобрительно закивав головой, произнёс Зинала.
– Да! Дело не пустяковое! А как поднимется войско его против этого? Что тогда?
Задал интересующий всех вопрос Огонис.
– Вот по этому поводу я и собрал вас.
Нахмурив брови, ответил ему молодой воевода и продолжил:
– Я думаю, надо поступить так! Выкатить пару бочек хмельного мёда и поставить у входа в шатёр Челузского воеводы. А за тем, собрать всех его сотников для беседы с воеводами. И наливать по ковшу в честь праздника. Кто желает больше, пусть пьёт. А мы немного повременим с беседой. Ну а дальше, в шатре я изложу всё так, чтобы те поняли, что речь идёт о Великом Рустонском войске, но затуманенными брагой мозгами не поняли истинного смысла сказанного. За тем, взять у всех клятву верности. Я посмотрю, опосля, кто посмеет её нарушить?
– Последнее предложение он сказал так яростно и жёстко, что некоторые сотники вздрогнули. А Норман, тем временем продолжал:
– За тем, очередь, по той же схеме, дойдёт и до войска. Но вас, други мои, убедительно прошу не прикасаться к мёду. И воинам дайте тот же наказ. Наши головы должны быть светлыми. И в дозор, на двое суток, ставить только наших молодцов. С Тором я договорюсь! Зинала, ты в ответе за дозор! А ты Огонис, со своими людьми, прикрой всё же нас с Тором у его шатра. Всем остальным быть на чеку. Следить, чтобы пьяные Челузцы не помёрзли. Чтобы не было драк. В общем, порядок на вас, други! Если все поняли задачу, то начнём, пожалуй!
Сотники разошлись к своим воинам, а Норман, тот час, отправился в шатёр Тора. Дабы посвятить его в план действий.
К ночи всё было сделано, как и задумал молодой воевода. Хмельные головы Челузских сотников не поняли подвоха и с пылом дали клятву в верности Рустонскому войску и его Воеводам. А на утро назначили общее построение. И лишь забрезжила первая зорька, воеводы построили войско полукругом. Так, чтобы все видели их. Первым с речью к воинам, обратился Тор:
– Други мои! Вот там, стоят бочки полные хмельного мёда и выставлены закуски!
Он указал рукой в конец лагеря, где суетились сотни людей, выкатывая на всеобщее обозрение большие, промазанные дёгтем бочки и мастерившие для закуски длинные столы. А Тор, в это время, продолжал:
–Это вам, други мои! В этот славный день я хочу поздравить вас с братанием верных сынов Рустонии. Это великое начало пути к её единству. Это начало Великой Рустонии! Которая, устала от унижения и набегов! Доколе наши матери будут лить слёзы по своим полонённым сыновьям и дочерям? Доколе страждущая земля будет изнывать от пожаров и разорения. Только мы можем и должны остановить это. Я призываю вас к единству! Ибо только в единстве наша сила! Вот тот
Он указал рукой на Норманна.
– Кому я поверил искренне! И вас призываю к этому!
Тор замолчал, уступая место для речи Норману. А по Челузскому войску пробежался недовольный шумок. Молодой воевода повернул голову в их сторону и шум тут же затих. Тогда он вытащил свой меч из ножен и громко закричал:
– Вы все видели, как верна мне моя тысяча! Она верна мне не потому, что я воевода или без малого Князь! А потому, что я один из них! Я думаю как они, я живу как они! Потому что я готов умереть за них! За это мои воины отвечают мне преданностью! А с этого момента я уже один из вас! Потому, что уверен, в отважных сынах Рустонии! В их слове! В их клятве! Потому что знаю, что среди нас нет предателей и извергов! Среди нас нет трусов! Ибо мой меч может одинаково карать как врагов Рустонии, так изменников её и трусов! Я хочу, не таясь, обратится к вам, отважные сыны Рустонии. Вы со мной?
– Да! Громко завопила тысяча Воинов Нормана.
– Да! Поддержал её рядом стоявший с ним Тор
– Да! Следом за ним прогремело тысяча голосов преданных Тору и его сотники.
– Да! Откликнулись остальные!
Челузский воевода, в запале, вынул свой меч и, перекрикивая строй, заорал, надрывая глотку;
– Веди нас Норман! Мы с тобой!
– Веди нас Норман! Мы с тобой!
Повторило за ним тысячами голосов Рустонское войско.
После этого воеводы распорядились открыть бочки с медовухой и лотки с закусками. Дабы начать празднество. Оно продолжалось весь день. И к закату, многие воины не держались на ногах, устало падая под деревья, находившиеся на его территории. Одни лишь воины Нормана не притронулись к медовухе. Следуя его приказу. Зорко наблюдая за порядком и перетаскивая пьяных в тёплые шатры.
Пятая глава
Князь
Но не все были рады братству воинов. Не все радели за Великую Рустонию и согласились идти за молодым воеводой. Через день в его шатёр словно буря ворвался Зинала и с входа яростно закричал:
– Норман! Мои люди не справляются с потоком бегунков. Разреши мне убивать этих изменников?
– Остынь, мой друг! Пусть бегут! Не мешай им. Теперь уже, безразлично. Они делают этим лишь хуже себе!
Спокойно вымолвил тот. Начищая до блеска свой меч.
Зинала не понял ничего из слов Норманна, но успокоился. Приказав своим воинам не задерживать боле беглецов. И когда на третий день воеводы вновь построили войско, обнаружилось, что сбежали всего одиннадцать сотников и две тысячи Челузских воинов. Норман, услышав это, внутренне обрадовался. Отметив про себя:
– Слава создателю! Девять тысяч воинов со мной! Мой план удался!
Но внешне сделав грозный вид, прошипел;
– Очень скоро они будут молить о пощаде! И не каждому она дастся!
А за тем, вышел в середину строя и поднявшись на бугор, закричал, что есть мочи. Так, чтобы большее количество воинов услышало его голос:
– Ну что братцы повесили носы? Вы никогда не пожалеете о принятом вами решении. Ибо будущее за вами! Мы построим Великую Рустонию! Я приведу вас к славе и богатству! Поверьте мне, и я вас не подведу!
Войско замерло, прислушиваясь к словам молодого воеводы, а тот продолжал:
– Разве это счастье, питаться объедками Княжеского стола? Разве это счастье быть его холуями? Вы свободные люди! Вам, нужна свободная и единая Рустония! Где каждый будет за всех, а все за одного! Где жёны будут смело рожать детей, не боясь за их будущее! Вам нужна такая Рустония?
– Да! Гулко ответили воины.
– Тогда вам нужен смелый воевода! С кем можно будет пойти ради этого насмерть! Среди вас множество таких воинов! Выберите его! И я склоню голову перед ним, став в единый строй вместе с вами!
– Норман!
Загудел строй.
– Веди нас Норман! Мы с тобой!
Молодой воевода оглядел строй и тихо прошептал:
– Теперь пути назад нет! Ни у вас, братья, ни у меня!
Но за радостными криками Рустонского войска этого никто не услышал. Все были опьянены его словами. Все, до единого воина поверили ему и готовы были идти за ним до конца!
Зайдя в свой шатёр, Норман, тут же вызвал гонца и отправил срочный пергамент Князю Элера. Где было сказано.
– «Дорогой отец! Как мы и задумывали путь по суши к Элеру отрезан для Князя Голора. Я соединился с войском Тора и они присягнули мне на верность. Эти вести, скорее всего, достигнут ушей Челуза раньше, чем ты получишь пергамент. И Голор отбросит идею спускаться вниз по Лане. Бросив все свои силы на разгром моего войска. Ибо здесь стоит вопрос его чести как Князя и правителя Челуза! Что из этого выйдет, знает лишь создатель! Мне, как и ему не остаётся других вариантов. Или меч. Или голова с плеч! Ваш покорный слуга и покорный сын, Норман!»
Как предсказывал молодой воевода, так и случилось. Узнав, что воевода Тор предал его вместе с войском, Голор в ярости, словно запертый в клетке лев, носился из угла в угол своих покоев. После чего позвал слугу и приказал:
– Мы не пойдём на Элер по реке. Пиши указ о дополнительном сборе войска! На Челуз надвигается Великая беда! Всех, кто в силах держать оружие необходимо поставить в строй. Даю на это две недели. К этому времени, я думаю, станет уже сухо! Мы пойдём навстречу войску изменившему мне! Я разобью этих наглецов! А за тем прилюдно, сам, отрублю голову голодранцу из Элера и предателю Тору!
И ровно через две недели грозно заскрипели железные ворота Челуза, и из них, на паромный мост высыпала армия Князя Голора в тридцать тысяч воинов. Женщины и дети, наблюдавшие за происходящим с крепостных стен, со слезами на глазах провожали своих мужчин. Пока те, переправившись на берег, медленно скрылись из вида в древних лесах Рустонии. Дабы победить или погибнуть.
Но ровно через неделю, подойдя к войску Нормана, занявшему выгодные позиции на высоте, она остановилась. Ни кто не решался начать первым кровопролитный бой. Да и не очень-то хотел этого. Воины Нормана, как и воины Голора, без ненависти смотрели друг на друга. Да и откуда ей было взяться, когда по обе стороны враждующих находились родственные души. Многие из войска молодого воеводы приходились сыновьями тех, кто пришёл с армией Голора. И наоборот. Это отлично понимал Норман, но не желал признавать Князь Челуза. Надеясь напугать противника численным превосходством, тот выдвинул ультиматум о сдаче в плен. Но, естественно, получил отказ. Так началось мирное противостояние двух армий, продлившееся месяц. К этому времени из Элера к молодому воеводе пришли обозы с продовольствием, а вместе с ними и ещё двадцать тысяч воинов во главе с воеводой Меланом. Встретившись, они обнялись как старые друзья. Норман, пригласив старого воина в свой шатёр, поспешил доложить о плане своих дальнейших действиях. Но тот, прервал доклад молодого воеводы словами: