Гайя Алексия – Татуированная любовь (страница 8)

Не хочу я больше этого дерьма, оно съедает меня изнутри. От этих воспоминаний меня тошнит, и каждый раз во мне появляется все больше ненависти.

Я резко сажусь и протираю глаза. Дорого бы отдал за ночь без такого вот пробуждения. Если бы я только мог забыть свое детство и все остальное.

Соскакиваю с кровати и выхожу на балкон. Но как только подношу сигарету к губам, картинки в моей голове всплывают вновь. Мои руки трясутся, когда я пытаюсь поднести зажигалку к сигарете. Тогда я закрываю глаза, чтобы не видеть своих рук, и крепко затягиваюсь парами токсичного дыма. Когда он наполняет мои легкие, я сразу ощущаю, как сердце начинает замедлять свой бешеный ритм.

Уже три дня как я живу в этом огромном доме, а видел только эту комнату, ванную и балкон. Я ничего не вижу и не слышу из того, что происходит вокруг. Ну почти. Слышу только, как с кем-то разговаривает эта мерзотная львица и хлопает дверями целый день.

Если я еще и сегодняшний день продержусь, то официально побью свой рекорд: на протяжении нескольких лет три дня пребывания в семье – это мой абсолютный максимум.

Снова думаю о том, что вчера пришло мне в голову: я делаю все это, чтобы избежать тюрьмы, но в конечном итоге все равно заперся в четырех стенах, чтобы ни с кем не сталкиваться. До тошноты ироничная ситуация.

Кто-то стучит в дверь моей комнаты.

Стервозная львица? У меня нет даже времени среагировать, как дверь открывается сама собой, и в проеме появляется сначала поднос со стаканом содовой и двумя сэндвичами, а уж за ним и голова матери.

Так вот кто оставлял мне все это время еду под дверью.

Я выхожу с балкона и встаю перед окном, пока она заходила.

– Я боялась тебя разбудить, – говорит она. – Держи. Ты, должно быть, очень голоден.

Я умирал с голоду, но не сдвинулся с места. Она, улыбаясь, поставила поднос на ночной столик.

– Знаешь, ты ведь здесь у себя дома. Ты можешь ходить везде, где тебе захочется. Внизу есть игровая комната, там стоит приставка Чеви, и я уверена, что он будет рад, если ты с ним поиграешь, – объясняет она мне.

Ага, мечтай.

– Елена отдала мне твое белье, и я решила его постирать. Не стесняйся, давай еще, если у тебя есть. Ты можешь спускать его вниз, в прачечную, а там я уже сама им займусь, хорошо?

Мое белье? То, что я утром скинул на пол в кучу после душа, как и во все предыдущие дни, что я здесь? Футболка, трусы… Вот дерьмо, там были же еще и мои джинсы. Надеюсь, она не шарила по моим карманам.

Мать, кажется, ждет ответа. Я же смог выдавить из себя лишь легкий кивок, но, похоже, она очень этим довольна, потому что улыбаться стала еще шире.

– Вот и отлично. Поешь, пожалуйста, ты почти ничего не ел три дня, – добавляет она.

Мать уже было почти ушла, но задержалась в дверях.

– Мы все очень рады, что ты здесь, с нами, Тиган. Не сомневайся в этом!

Никакой реакции с моей стороны. Я вот не очень доволен тем, что вынужден здесь быть, и знаю тут еще одну львицу, которая недовольна этим фактом так же, как и я.

Наконец, она уходит, и я чувствую, как в кармане вибрирует мобильник. Я достаю его и вижу эсэмэску от Бенито.

«Есть планы на вечер?»

Все планы за авторством Бенито – это лучший способ оказаться под арестом, а этого я себе сейчас никак не могу позволить. Терри, тот парень, который должен за мной следить, не упустит возможности избавиться от меня и сдать за решетку. Но в то же время мне необходимо встряхнуться. Три дня здесь взаперти, это, пожалуй, предел того, что я могу вынести.

Чтобы незаметно свалить есть только один способ: балкон. Я встал и в сотый раз пошел все осмотреть. Третий этаж. Спрыгнуть со второго для меня не проблема, но здесь совсем другая история.

Давно приметил выступ, примыкающий к балкону. Если спрыгнуть на него, то мне останется лишь проделать то же самое, прыгнув в сад, и готово – я на свободе. Осталось только узнать, достаточно ли он прочный, чтобы выдержать мой вес. Пора это проверить, чтобы знать наверняка. Я засовываю мобильник в карман и перелезаю через перила. Выступ с другой стороны достаточно широкий, чтобы поставить на него носки моих кроссовок. Крепко ухватившись за решетку, я оглянулся по сторонам.Не так уж, в принципе, и высоко.Я прыгаю назад и громко приземляюсь именно в том месте, что себе наметил. Выступ затрещал по швам во всех смыслах. Несколько мгновений мне кажется, что я сейчас провалюсь, но он держится молодцом. Ухватился поудобнее, смотрю вниз и снова прыгаю.

Земля оказалась мягкой, но колено все равно начинает болеть, поскольку я здорово повредил его прошлым летом, когда мы с Бенито пытались удрать от полицейских в Бронксе. Он там вообще зуб оставил.

Отряхнувшись, понимаю, что я уже в саду напротив дома. Сюда и выходят окна. Пересекаю его опрометью и осторожно обхожу здание. Ничего не слышно.

Я быстро оказываюсь на углу между двух гаражей. Передо мной ворота, через которые я заходил. Так и манят меня.Ладно, это классно. Вечером я через них и войду, перелезть через ворота – раз плюнуть.

Я поворачиваюсь и замираю на месте.

Прямо на меня в упор смотрит отец.

Вот дерьмо, они тут все в этой семейке возникают из ниоткуда?

Несколько секунд пристально смотрю на него. Чего он хочет?

– Куда ты идешь? – спрашивает он меня.

Я ничего не ответил.

Он шарит в кармане и вытаскивает оттуда одну вещь, которую я тотчас узнаю.Ну вот, неприятности начинаются.

– Шел к тебе наверх поговорить об этом, но увидел, как ты упал с неба и пролетел аккурат мимо окна моего кабинета. Ты знаешь, что это? – спрашивает он, показывая то, что лежит у него в руке.

Я сжимаю зубы. Конечно, знаю, ведь это мое.

Но отвожу взгляд.

– Моя жена нашла это в твоих джинсах, когда решила их постирать. Женщины всегда проверяют наши карманы, мой мальчик, тебе нужно бы это знать, – сказал он.

Его жена? Я же только что видел его жену.

Почему она ничего мне об этом не сказала?

Я никак не реагирую на его слова. Отец выразительно делает паузу и пристально на меня смотрит.

Что он хочет, чтобы я сделал? Чтобы я все отрицал? Это же было в моем кармане!Давай, порви его на мелкие кусочки, и закончим уже с этим.

Мне вовсе не хотелось его хранить, а вот выкурить сейчас же – очень.

– Держи, – он протягивает мой косяк, который изрядно так истрепался за несколько дней в кармане моих джинсов.

Я хватаю его без промедления.Я сплю или что? Или это какой-то тест?

– Не смотри так на меня, я тоже был молод и эта не та вещь, которая испортит о тебе впечатление, – добавил он.

Я хмурюсь и немедля засовываю свое добро в задний карман. Отец подошел ближе. По привычке я сделал несколько шагов назад. С годами научился не доверять никому, особенно тем людям, которые хотят казаться милыми.

– Хочу тебя предупредить: это для меня приемлемо, пока я не увижу у себя в доме какие-нибудь порошки, шприцы, таблетки – тогда пощады не жди. Идет?

Конечно же, я ничего не ответил. Смотрел на него, не моргая. Если он рассчитывает напугать меня, то пусть даже не надеется.

– Понимаю, что последние три дня были для тебя непростыми, и нужно было как-то расслабиться. Но, похоже, все пошло на лад, раз ты уже гуляешь. Сходи, искупайся в бассейне, ты бледный, как поганка. Но если решишь выйти за пределы дома, то нас обязательно нужно будет предупредить.

Он развернулся, держа руки в карманах, но вдруг остановился и снова посмотрел на меня.

– Знаешь, у тебя есть полное право выходить через дверь! Тот выступ, скорее всего, дважды твоего веса не выдержит, – добавляет он и уходит.

Да что же тут все-таки только что произошло? Он вернул мне мой косяк, но то, что он хотел мне сказать ясно, как Божий день: услуга за услугу. Ладно, поглядим. Этим вечером я отсюда свалю, и никто мне не помешает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.