Гай Север – Я не брошу тебя (СИ) (страница 17)

Тучи сгущались. Ветер нес тяжелые клубья, которые, казалось, тяжелели с каждой минутой, стелились все ниже, давили, душили, отбирали последний воздух. Надвинулся полумрак, как будто наступали сумерки. Расстояния искажались; скала впереди растворялась в свинцово-фиолетовой мгле и казалось то далекой, у самого горизонта, то близкой, в пяти минутах ходьбы.

Саванна поднималась все выше, дышать становилось все тяжелее, идти все труднее — осколки валунов под ногами рассыпа́лись в труху, крошащийся гравий сбивал шаг. Чахлые скорченные деревца кончились, трава также сходила на нет. Буроватая почва, теряя растительность, голой отлогой плоскостью стремилась вперед; впереди мрачной стеной вырастал бастион серо-фиолетовых скал — теперь было ясно, что он уже близко, что скоро он преградит дорогу, что пора, наконец, поворачивать и идти вдоль основания на восток.

Было тихо и цепеняще спокойно. Ветер мягко скользил по крошеву камня. Нигде не было видно никакого движения. Наверху под толщей привычно желтых, сиреневатых туч застыли черные точки.

— Стоять! — вдруг приказал Хайдег и замер.

Гуммо и Хайдег остановились и обернулись.

— Что?

— Гуммо, не видишь? — Хайдег уставил на Гуммо панель стереомата. — Не видишь, что ли? Ослеп?

Гуммо нерешительно огляделся.

— Да вижу, заткнись! Желтое, сука, и рядом совсем, сто одиннадцать метров! Как это так?!

— А что должно быть? — растерялся Камбетэ, озираясь почти в панике. — Где?

— Красное, сука! — заорал Гуммо и закашлялся. — Но где оно, сука?! И что?! Просто кружок!

— Не стрелять! — крикнул Хайдег. — Не стрелять!

— Да что за...

Гуммо не договорил. Над ним возникла черная тень. Камбетэ задрал голову и остолбенел. Гуммо завертел головой, выронил карабин и стал подниматься в воздух. Камбетэ закричал, закашлялся, вскинул разрядник.

— Не стрелять! — заорал Хайдег, бросаясь на землю, в каменную труху.

Раздался глухой хлопок. Волна белесо-желтого пламени пронеслась по камням. Ветер снес горячую вонь; снова стало прохладно; вернулась обычная тишина.

— Я же сказал — не стрелять!

Хайдег поднялся. Камбетэ и Гуммо лежали ничком в центре черного круга. Хайдег подошел к Гуммо, ткнул в бок ботинком. Гуммо застонал и зашевелился. Хайдег ткнул Камбетэ; тот также застонал и зашевелился, поднялся на четвереньки, задрал изгаженное черно-серым лицо.

— Глаза целы?

— Да-а-а... Что это было?.. Хайде...

— Я же сказал — не стрелять, — повторил Хайдег.

— Что это было? — промычал Гуммо, тоже поднимаясь на четвереньки.

— Сейчас будет еще. Быстро на ноги и вперед.

Гуммо встал на колени, вцепился черными пальцами в стереомат. Хайдег вздернул Гуммо и Камбетэ на ноги, толкнул в спину. Они, едва держась на ногах, побежали.

— Я не понимаю, почему тебе так везет, — крикнул Хайдег Гуммо в спину. — Но долго так продолжаться не будет. Поэтому отсоедини систему и отдай стереомат Каму. Хотя бы железо останется.

— Что это было, Хайде?.. Вот! — Гуммо остановился и подскочил. — Опять красное!.. Сука!..

— Где?! — заорал Камбетэ и закашлялся снова.

— Не стрелять!

— Да что за дьявол! — заорал Гуммо и замотал головой, сверкая во все стороны стереоматом. — Что это, сука?! Что за сука такая?!

Хайдег сорвал с кольца нож и метнул в небо. Раздался второй хлопок. Затем последовал резкий шипящий свист; в пяти метрах за спиной Гуммо на россыпь камней шлепнулась непонятная масса. Гуммо подскочил, обернулся, замер. Камбетэ смотрел на черную груду с открытым ртом. Свист перестал, ком сжался и превратился в тряпку. Хайдег оттолкнул Гуммо, подошел к непонятной массе, наклонился, выдернул нож.

— Вот такого я еще не видел, — хмыкнул Камбетэ, с опаской подходя ближе. — Это еще что за дрянь? — он тронул ботинком членистую конечность, покрытую густыми ворсинками.

— Водородный паук, — сказал Хайдег, пряча нож. — Быстрее, они на охоте по несколько. Должны быть другие... Нам еще повезло, этот еще сопляк. Обычно они метра по три.

— У меня опять желтое, сука, мигает, — пробормотал Гуммо, пиная ворсистую оболочку.

— У меня тоже. Вперед.

— Смотри, сколько у него глаз!

— Кам, арахнолог, хочешь остаться — сдавай разрядник.

Камбетэ, не в силах оторваться, глазел на сморщенную оболочку и раскинутые конечности.

— Но почему меня? — Гуммо чуть не плакал. — Почему не тебя, идиот?

— Гуммо, если без твоих глупых шуток, — усмехнулся Хайдег, — потому что стереомат. Это не первый случай, когда они нападают на человека. Вообще они, как обычные пауки, питаются насекомыми. Большинство насекомых здесь — тоже мигранты. И все, как видишь, уже отвалили. Общий фон сейчас сильно снижен, и эти твари бросаются на все подряд.

— Не первый?

— На верховых рудниках это обычное дело. У охраны стереоматы, у нас маяки. Внизу этой сволочи нет. Поэтому никто не знает.

— Не понимаю, — Камбетэ, наконец, отвернулся от паука, догнал Хайдега. — При чем здесь стереомат?

— При том, что твари, которых они жрут, когда ползают, трутся об камни и создают какой-то заряд.

— Ну, а причем здесь стереомат? — разозлился Камбетэ.

— Камбетэ, ты тоже дегенерат.

— Сволочь! — завопил вдруг Гуммо, бросаясь на землю.

Хайдег и Гуммо распластались в грязно-сером каменном крошеве. Белая молния прожгла почву в десяти метрах. Обугленный камень разлетелся горячим фонтаном. Все стихло.

— Я не понял — откуда? — промычал Гуммо в камень. — Мы же ушли?

— Гуммо, пошевели там... Что у тебя вместо мозгов. После такой пачки... Нас теперь засечет любой крот, за два внешних радиуса.

— И что делать?

— Ползти, Кам. Задницу только не выставляй. Как вы мне на...

Хайдег вскочил на колени, на мгновение замер, обернулся на юго-запад, вскинул ствол. Излучатель вспыхнул красной звездой, горячей и яркой в наступающих сумерках. Хайдег ударил еще раз, обернулся и помчался к скалам, которые были совсем уже близко.

Гуммо вскочил и ринулся вслед. Новый разряд обжег землю между ним и Хайдегом. Гуммо шарахнулся в сторону, слетел с ног, воткнулся в камни, вскочил, закричал, в панике, ничего не соображая, побежал, спотыкаясь о камни и взметая тучи осколков.

Хайдег добежал до пары первых камней, россыпь которых протянулась вдоль подножия скальной стены, рухнул на землю. Гуммо, расставив руки словно слепой, кинулся вслед, упал рядом, влип ранцем в камень, закашлялся.

— Кам! — позвал Хайдег, отдышавшись и откашлявшись. — Кам!

— Я здесь, — донесся вопль. — Уроды! Бросили... Ур-роды!

— Советую доползти, все-таки.

— Хайде, — прохрипел Гуммо. — В аптечке... Есть что-нибудь?.. — он сплюнул кровавый комок.

— Куда мне, на хрен, ползти? Советник!.. Вы где?

— Сука, рожа еще горит...

— Вы где, твари?! Кретины!..

Тишину вспорол треск разряда и вопль. Донесся дробот шагов. Камбетэ влетел между камнями, упал, растянулся в серой трухе.

— Уроды!.. — промычал он в землю. — Уроды...

Гуммо отодрал клапан, выдернул аптечку, закашлялся, обрызгав кровью колени.

— Дышать не могу, — прохрипел он. — Горит все внутри, с-сука... Почему здесь нет ничего? — он ткнул локтем в бок ранца.