Гай Орловский – Ричард Длинные Руки. Удар в спину (страница 65)

Я переспросил скептически:

– Это важно?

– Ваше величество, – сказал он проникновенным голосом, – это то, что на поверхности. Но глубже кипит схватка за сферы влияния. Сцепились могучие кланы! Каждый старается продвинуть свою избранницу. Если она займет оставшееся место, это автоматически усилит позиции тех, кто за нею стоит!.. А вы, уж простите, хоть и гениальный стратег в военных действиях, раз уж впервые в истории дошли со своей армией до Южного материка, но абсолютно несведущи в изощренности местных интриг!

Я пробормотал:

– Ну, с этим трудно спорить. Особенно насчет моей гениальности.

– Мы подготовили, – сказал он, – и рассмотрели несколько сот кандидатур.

– На место в Государственном Совете? – спросил я.

Он ответил строго и значительно:

– На единственное вакантное место, ваше величество!.. У вас по штатному расписанию идет герцогиня Херствардская, леди Мишелла и маркиза Жанна-Антуанетта Пуансон… Старшая любовница, младшая и официальная… Осталось только одно место, потому мы поторопились с этим заседанием, пока вы по неосведомленности не совершили опрометчивого шага…

– Э-э, – произнес я в затруднении, – значит, Совет собрался по этому поводу?

Лорд-канцлер почти всплеснул руками, во всяком случае начало жеста было обещающим.

– Ваше величество! Вы не представляете опасности необдуманного шага! Вы император, и каждое ваше слово, жест, взгляд или приподнятая бровь становятся предметом жарких дискуссий и предположений, что бы это могло значить!.. Потому какая женщина будет делить с вами постель – очень важно. Это вы можете предполагать, что сами выбрали понравившуюся вам, но не предполагаете, какой труд был приложен и в каких сферах, чтобы все подготовить к этому моменту…

Сэр Норберт, что слушал внимательно, хоть и с некоторым брезгливым выражением, обронил:

– Лорд-канцлер прав. Могут подставить шпионку. Даже не могут, а наверняка проведут эту операцию. Я вообще-то не уверен и насчет леди Мишеллы, хоть она в самом деле очень милая.

Я запротестовал:

– Сэр Норберт, Мишелла вне подозрений! Я ее выбрал, когда она еще не знала, что я и есть император.

– Никто не вне, – ответил он суховато. – Возможно, к ней позже нашли ключи. Такое бывает, вспомните Жанну-Антуанетту! Хорошо, сразу призналась вам ввиду особенностей женского ума, что равен утиному в двухнедельном возрасте, но могла бы выполнять их задания.

Сэр Джулиан поклонился сэру Норберту:

– Моя благодарность, сэр! Вы все прекрасно обрисовали. Чтобы не углубляться в детали, сразу сообщу, что, перебрав сотни кандидатур, вычленили десяток, а оттуда после длительных дискуссий выбрали двух…

Он говорил на полном серьезе и с такой важностью, что я тоже начал проникаться серьезностью ситуации.

Принц Кегельшир произнес с чопорностью:

– Ваше величество, мы решили предоставить вам кандидатуры принцессы Герсенды и королевы Эрмессинды. Первая – дочь короля Ротхера, сюзерена Бертгольма, а вторая – жена короля Адантера, он правит огромным и стратегически важном королевством Эммагальдом, что выходит к озеру Иссинейское, хотя оно таких размеров, что омывает земли шести королевств!

– Ого, – сказал я, – это же море, хоть и озеро. Но одно смущает… Вы предлагаете мне взять в любовницы жену короля? Живого?

– Живого, – ответил сэр Джулиан почтительно, – иначе бы она именовалась вдовой. Кстати, я сам за ее кандидатуру! Их королевство обладает немалым флотом, а это важно в стратегическом смысле…

Я покачал головой:

– Не знаю, по мне, как-то нехорошо брать в любовницы жену живого короля…

Грейгер Армстронг воскликнул:

– Ваше величество, не убивать же хорошего человека ради такой малости?

– А он точно, – осведомился я деловито, – хороший?

– Но вы же говорили, – напомнил он, – любого человека нужно считать хорошим до тех пор, пока не докажет обратное?

Альбрехт пробормотал едва слышно:

– А почему и нет, если это доставляет неудобство императору?

Все промолчали, только сэр граф Никлас Томандер тихонько покашливал и поглядывал на меня поверх листа бумаги в его руках.

Я сказал с укором:

– Сэр Альбрехт, вы инсвинируете мне вообще-то черт знает какую людоедность!.. Нет, я против. Нехорошо обижать человека, даже незнакомого, просто потому, что мне восхотелось его жену.

– Не вам, – уточнил лорд-канцлер со строгой важностью, – а империи. И не восхотелось, а понадобилось. У империи только интересы и притязания, а не хотения. Это другой уровень приоритетности и важности интересов. Интересы державы всегда выше личных, ваше величество. Если надо, то надо.

– Для вас, ваше величество, – уточнил сэр Альбрехт. – Для крестьянина, конечно, личный огород важнее всего на свете. Хотя, конечно, и для него жена соседа… гм…

– А для императора, – добавил лорд-канцлер, – вся империя – личный огород. Если нужно, то нужно. Все мы в тисках сложной и очень сбалансированной системы, которой подчиняются жены королей, сами короли и даже вы, ваше величество!..

Я взглянул на него в упор.

– Почему я, властелин Багровой Звезды Зла, должен подчиняться?

Он терпеливо уточнил:

– Потому что это проще. Что предпочтительнее для достижения великой цели, разрушить ряд королевств или переспать с какой-то женщиной?..

Я пробормотал:

– С какой-то?.. Ну да, в постели все одинаковы, хотя и разные. Почему бы и нет… Однако не хочу обижать короля Адантера! И, уж поверьте, не стану.

Лорд-канцлер воскликнул с досадой:

– Ваше величество!.. Какие обиды?.. Все давно расписано, регламентировано и узаконено. Хотите, покажу документы и законы, хотя там слой пыли выше ваших сапог!

– Верю на слово, – ответил я. – Но давайте этот важный для державы вопрос пока отложим. Это не горит, а вот насчет целостности империи надо решить быстрее.

Никлас Томандер сказал с некоторым намеком на лесть:

– Императору Скагерраку не удавалось признать свою власть в тех королевствах и прочих землях, где не возжелали строить причальные пирамиды!.. Или где разрушили раньше, чем прислали императорские войска.

– Нам удастся, – пообещал я. – И без всяких постелей с женами чужих королей!

– Почему чужих? – спросил сэр Джулиан. – Они ваши, если входят в вашу империю. Вы можете предоставить королевствам и лично королям разные привилегии, но сперва все свои вольности и права королевства смиренно сдают новому императору, а уж потом распределяете, кому что и сколько. На этом мир держится, ваше величество!.. Багровая Звезда может помочь захватить власть, но удерживать ее могут только законы и строгое их соблюдение.

Члены Совета заговорили громче, на их лицах я отчетливо читал неприятие моих слов, почти бунт, я покусился на устои, к тому же в самом деле из-за незаполненной вакансии могу подставить всю империю под удар.

Хрень какая, подумал я с досадой. Безобидная, но хрень. Надо прервать как-то повежливее это заседание, что-то в упор не вижу в нем катастрофической важности. Это им заметно, в империи все было отлажено еще три-четыре тысячи лет тому, еще тысячу сглаживались оставшиеся заусеницы, сейчас все идет настолько гладко, что любое малейшее отклонение от общепринятости вызывает ужас в стабильнейшем обществе…

Со стороны двери раздался оглушающий треск, все вздрогнули, кто-то вскочил в испуге.

Обе половинки распахнулись с такой силой, что с грохотом врезались в стену. В зал, нарушая все правила, вбежал, громыхая металлом, гигант в стальных доспехах с головы до ног, сильно помятых, и с опущенным забралом, которое, похоже, заклинило от сильного бокового удара.

– Сэр Ричард, – вскричал он громовым голосом тамплиера, – тревога!.. Неведомые маги подняли из бездн темный ужас и потребовали покорности и сдачи!

Я покосился на соратников. Сэр Альбрехт гордо выпрямился, Нортон подкрутил ус, а прямолинейный сэр Келляве опустил ладонь на рукоять меча.

Лучше бы длилась безобидная хрень, мелькнула тоскливая мысль. Зажрался…