Гай Орловский – Рейд во спасение (страница 61)

– Мы не самые бедные на свете, – ответил Азазель с достоинством. – Правда, мы простые искатели сокровищ, но и нам иногда удается отыскать нечто ценное.

– Хорошо, – ответил Азиабелис. – Можете не называть свои имена. Но за такую карту сто двадцать золотом и двести серебром.

– Идет, – ответил Азазель незамедлительно. – У меня бриллиант из сокровищ Паймона за триста золота. Годится?.. Хорошо. Но мне нужна карта с золотыми уголками.

Азиабелис отшатнулся.

– Что?.. Такие есть только у высших демонов!.. И стоят втрое дороже.

– Втрое? – спросил Азазель. – Это слишком. Не знаю, кто столько наберет…

Хозяин пожал плечами.

– Находят. У вождей крупных кланов такие карты есть. Не у всех, правда. Но это их трудности.

Азазель скривился, но махнул рукой.

– Ладно. Что деньги, честь рода превыше всего!.. Согласен. Несите карту.

Азиабелис смерил его испытующим взглядом.

– Уверены? Хорошо, ждите здесь.

Глава 11

Он пошел к дальней двери, обернулся, уже взявшись за ручку, очень уж оценивающий взгляд не понравился Михаилу, но тот лишь кивнул молча и, открыв дверь, переступил через порог.

Азазель проследил, как он плотно закрыл за собой, сказал негромко:

– Как он тебе, Мишка?

– Хитрый, – ответил Михаил.

– Все мы хитрые, – согласился Азазель. – Это достоинство, а не порок, как тебе кажется по небесной простоте и наивной дикости.

Он неторопливо сел в кресло у стены, Михаил старался не показывать своей настороженности, Азазель улыбается, но за эти дни удалось узнать его достаточно, чтобы понять, Азазель уже жалеет, что оставил кинжалы у входа в дом, а сейчас старается сесть так, чтобы видеть все, что происходит в комнате, а также держит в поле зрения обе двери, не позволяя зайти себе со спины.

Ждать пришлось долго, явно за картой пришлось спускаться в подземные тайники, а там еще и отмыкать сложные земли, но наконец дверь распахнулась, Азиабелис вошел с довольной улыбкой на лице, в руке небольшой цилиндрический футляр из коричневой меди, остановился и вытащил туго свернутый свиток.

– Последний экземпляр, – сообщил он с грустью, – так жаль расставаться… Если надумаете продать, выкуплю за ту же цену.

– Показывай, – велел Азазель.

Азиабелис сел напротив, Азазель взял из его руки свиток. Михаил с напряжением наблюдал, что же произойдет, но Азазель развернул свиток, действительно очень подробная карта с реками, горами, озерами магмы, а также все города и крупные поселки, между ними густая сеть дорог…

А еще он рассмотрел множество черных точек, незаметных поодиночке, но когда собираются вместе, то видно, как медленно переползает такая клякса с места на место…

– Все работает? – поинтересовался Азиабелис, он внимательно наблюдал за лицом Азазеля.

– Проверим, – ответил Азазель. Он сказал громко и отчетливо: – Нефтада!

Некоторое время он всматривался в карту, Михаил тоже смотрел, еще ничего не понимая, но первым указал пальцем Азиабелис.

– Да вот же!

Михаил рассмотрел наконец крохотную красную точку среди множества темных.

Азиабелис сказал с одобрением:

– Она неплохой жрец. Главное же, очень красивая, даже прекрасная девушка, которую абсолютно не интересует ничего, кроме ее окружения.

Азазель сказал отчетливо:

– Пиролета!

На этот раз он первым рассмотрел вторую красную точку совсем в другом конце карты, а Азиабелис сказал с одобрением:

– Исполнительница, а недавно была Собирательницей. Очень красивая девушка! Но с нею надо быть осторожнее! Поговаривают, что дружна с самим Сабриэлем.

Азазель сказал с довольным вздохом:

– Да, все работает… Впрочем, еще разок… Ниродола!

Даже Михаил увидел третью красную точку, теперь он понял наконец, что так можно отслеживать передвижения демонов по всему Гееному.

Азиабелис сказал почти весело:

– Третья красивая девушка!.. Да ты, брат, похоже, только ими интересуешься?.. Ниродола долгое время была суккубом, потом остепенилась и стала Собирателем, жила с Маланизибторокоеком, а недавно вышла замуж… так что будь осторожен. Насколько знаю, сейчас работает добросовестно, знает и ценит свое место.

Азазель свернул карту в трубку, спрятал ее в футляр и передал Михаилу.

– Спрячь и храни.

Михаил преувеличенно почтительно поклонился, сунул футляр во внутренний карман.

Обе двери распахнулись, в комнату ворвались четверо громадных демонов. Азазель, похоже, ждал, в обеих ладонях возникли рукояти пистолетов, загремели выстрелы.

Михаил опомнился, выхватил пистолет и даже успел выстрелить в одного, хотя тот уже получил пулю в висок от Азазеля.

Азиабелис закричал диким голосом, моментально раздулся, покрылся толстой пластинчатой шкурой и ринулся на Азазеля. Тот отпрыгнул, выстрелил трижды, однако Азиабелис повалил его и ухватил за горло.

Михаил дважды выстрелил в голову, однако пули рикошетили с визгом, тогда в страхе, страшась опоздать, поспешно ударил кулаком в голову, боль прокатилась от кончиков пальцев до плеча, будто со всей дури саданул по камню.

Азиабелис отмахнулся одной рукой, Михаила отбросило с такой легкостью, словно по нему с силой ударили бревном.

– Меч, – прохрипел Азазель через перехваченное сильными пальцами горло. – Меч…

Михаил вскинул руки, целую вечность ничего не происходило, наконец ощутил холодную тяжесть меча и тут же с силой ударил в спину Азиабелиса.

Черное лезвие с легкостью почти рассекло туловище пополам, но дальше застряло. Он тщетно пытался выдернуть, Азазель хрипел и никак не мог оторвать пальцы хозяина дома от своей глотки.

Наконец тело Азиабелиса очень быстро превратилось в раскаленный брусок металла, почти разрубленный пополам. Азазель с воплем спихнул его с себя, откатился в сторону и едва вытянул руку в сторону, как в ладони появилась рукоять его блистающего меча.

Тело Азиабелиса засветилось ярче, вспыхнуло багровым огнем. Комнату наполнил удушливый запах гари и горящего металла, потек было к стенам, однако на глазах испарился и пропал, только в комнате остался жаркий и пропитанный пожаром воздух.

– Хотел и бриллиант взять, – спросил Михаил, – и карту себе оставить?

Азазель сказал хрипло:

– Не думал, что пистолеты окажутся бесполезными так рано. И это еще если учесть, что он не знал, кто мы.

– Будет хуже? – спросил Михаил тревожно.

– Намного, – заверил Азазель, уже приходя в себя. – Рад? Вижу, счастлив. Все-таки в тебе так силен убийца, что даже стыдно за такого соратника-милитариста… Карту не потерял?

– На месте…

– Не помял?

– В таком футляре не помнешь, – буркнул Михаил. – Пойдем, что ты ищешь?

– Да так, – ответил Азазель, – для сувениров.

– Азазель!

– Мародерство почетно, – возразил Азазель. – Если само слово коробит, замени на «дроп» и «лут». Когда слово становится неприличным, его тут же заменяют новым, еще неонеприличенным.

Беженцы на привале успели перекусить, распластались на голой земле, отдыхая и переводя дух, Обизат выскочила навстречу, на лице тревога и счастье.