Гай Орловский – Рейд во спасение (страница 44)
– Зарана не оказалось, – пояснил Азазель. – Иначе… даже не знаю… Ты давай дыши глыбже! Вон канат антисфироты, соси, как теленок самую толстую корову.
Михаил чувствовал, как колени подгибаются, сполз по стене и, сидя, скорчился, опустив голову, нащупал черную стену недоброй силы, от которой идет такое радостно злое чувство и желание выказать свою мощь…
Азазель тревожно поглядывал, как постепенно исчезают трупы, через несколько минут испарились даже те, что в доспехах и с оружием в руках, точно не челядь, элитная охрана. Пусть не лучшие в аду воины, но красивые и представительные, даже Зарану в каких-то случаях нужны не столько умелые в бою, как красивые и нарядные…
Михаил наконец-то ощутил, как его застывающее в холоде тело начинает разогреваться. Пошел жар, пришлось сосредоточиться, не выпуская его наружу, иначе начнет плавиться стена, в которую уперся спиной. Он снова ощутил себя большим комом ваты, куда тонкой струйкой падает кипящая вода.
Азазель поглядывал искоса, посоветовал вполголоса:
– Торопись! И сразу не давай себе отяжелеть. А то от ощущения своей силы начнешь двигаться, как черепаха Галапагосских островов, красивая такая, величественная, вообще королева!.. Ты и похож на нее, если вот так, в профиль…
Михаил слышал его голос, но не улавливал слов, тело продолжает наливаться мощью, в ушах грохот водопадов крови, пальцы подрагивают от жажды сдавить в ладони рукоять меча и крушить все, наслаждаясь силой и властью, когда ему все можно.
Азазель украдкой выглядывал в широкий проем окна, на него то и дело падает отблеск красного неба, делая лицо зловещим и неприятным.
Михаил сам не знал, сколько просидел вот так, наслаждаясь чувством прибывающей силы, наконец в сознание прорезался неприятный голос:
– Все еще или уже в нирване?.. Вставайте, сэр, вас ждут великие дела! А если и не ждут, все равно вставай, поднимайся, рабочий народ. Мы все, кстати, рабочие на великой стройке прогресса.
– Встаю, – буркнул он. – Уже встаю…
– Так стремительно встаешь, – заметил Азазель, – что практически лежишь. Нам все еще везет. Заран… хотя да, вон там трое… Эти вроде бы рангом повыше…
Михаил поднялся, повел плечами. Непривычная мощь переливается в теле тяжелыми плотными волнами, накатывает жар, быстро сменяясь лютым холодом, и тут же снова радостное тепло от кончиков пальцев ног до кожи на голове.
Азазель сказал негромко:
– Иди сюда… Но не высовывайся.
Михаил осторожно приблизился, в теле странная тяжелая легкость, словно может подпрыгнуть и пробить собой верхние этажи с такой же легкостью, как крупный кузнечик рвет тонкую паутину.
– Заран?
Азазель сбоку от окна указал пальцем.
– Ты вон туда посмотри, – выпалил он жарким шепотом. – Да не в ту сторону, ворона! Вон, не видишь?
Далеко по красиво расчерченной на крупные квадраты площади двигаются в сторону дворца с величавой неспешностью трое могучих демонов. Двое на голову выше Михаила, а тот, что посередине, даже на две, широкий, весь в буграх мышц, то ли каменных, то ли металлических, голова крупная, квадратная, а на ней…
Азазель сказал счастливым шепотом:
– Рога, ты посмотри, какие рога!.. В рюкзак влезут? Или не влезут? Нет, ты прикинь, как нести будем?
Головы всех троих демонов увенчаны мощными рогами, но у среднего не рога, а сказка, толстые у основания, изящно изогнутые и красиво истончающиеся дальше, багровые внизу, пурпурные посередине и с ярко-алыми кончиками.
– Посередине Заран? – спросил Михаил тихо.
– Он, – ответил Азазель с ликованием. – Видишь, как все просто? Вини, види, вици.
– Какие рога, – прошептал Михаил с тревогой, – при чем тут рога! Это же башня из стали, а не демон! Он весь в броне, не видишь?.. Эта броня – броня или его шкура?..
– Броня, – успокоил Азазель. – Правда, под нею шкура тоже броня. Таким уж уродился, генетический урод!..
– Что такое генетический?
Азазель отмахнулся.
– Это не военный термин, а про Менделя попозже. Этих троих хорошо бы как-то разделить.
Михаил согласился быстро:
– Да-да. Этих троих не осилить, чувствую всем своим… Это кто?
– Есть такой ранг, – сообщил Азазель, – называется Сильные Демоны. В нем не просто сильные, а владеющие чем-то еще помимо грубой, как говорят, рафинированной, силы… Но рога, посмотри, какие рога!.. Концы прямо светятся, как красные бриллианты!.. Все ахнут!
Михаил перебил зло:
– Чем еще владеющие?
– Знать бы, – ответил Азазель, – это сразу взять половину победы!.. А потом добрать остальную. Увы, Мишка, нам такое счастье не светит, как вон те рога на халяву… Но добыть надо.
– Добудем, – пообещал Михаил, он в самом деле чувствовал, что хотя и выдохся, но для последнего боя набрался черной силы, а потом останется только доползти до дивана в квартире Азазеля. – Говори, как.
– Ты еще не вошел в возраст, – ответил с огорчением Азазель. – Я имею в виду в полную силу элементаля. С другой стороны, драке учатся в самой драке. Стой здесь, у самого входа, но будь наготове!..
– А ты?
– А я пошел, пошел…
Он исчез, не договорив, только эхо метнулось следом. Михаил судорожно вздохнул, пистолет в руке показался бесполезной игрушкой против таких противников, сунул обратно в кобуру, сосредоточился и представил как можно отчетливее черный меч…
Однако в ладонях все так же пусто, а в это время по ту сторону стены раздался испуганный вскрик. Вдоль стены ко входу в замок мчится Азазель, лицо перепуганное, визжит, как поросенок, спотыкается и отмахивается от чего-то незримого…
Михаил дернулся, через несколько секунд Азазель промчится мимо, а за ним разъяренный демон, а то и все трое…
Ладони обожгло вселенским холодом. Пальцы сжали черную рукоять. Он торопливо вскинул меч обеими руками на уровень плеча, топот приближается.
В дверной проем влетел и пронесся мимо Азазель все еще с искаженным от ужаса лицом. Михаил не рискнул выглянуть, вслушался в топот, рассчитывая скорость, а когда из-за края каменной стены еще и пахнуло жаром нечистого тела, с силой ударил мечом, держа лезвие горизонтально, словно рубит им дерево.
Ему показалось, что поторопился, громадный демон только-только показался из-за угла, но острие меча все же с силой врезалось в его тело на уровне груди. Рукоять рвануло в крепко сжатых ладонях. Он сдавил ее изо всех сил, демон сделал еще шаг, увлекая и его с собой.
Михаил все не мог отпустить меч, но и не удавалось выдернуть. Просчитался, рассчитывая снести голову, демон оказался еще выше, чем виделся издали, и сейчас делает второй и третий шаги с торчащим из груди мечом…
Азазель налетел, как буря. Багровый меч взлетел над его головой в мощном взмахе, однако демон споткнулся и тяжело повалился мордой вниз. Михаил не удержал на мече грузное тело, но, не желая выпускать из рук рукоять, упал рядом на колени.
Тело демона дрогнуло, начало расплываться, Михаил наконец-то освободил меч и с облегчением вскочил на ноги.
– Молодец, – сказал Азазель быстрым шепотом, – хороший удар! Глупый, но доблестный, что тебя характеризует.
– Ну, спасибо…
Азазель покачал головой.
– Ты его почти рассек пополам! Еще бы чуть, и за мной бежала бы только нижняя половинка, а зачем она мне?.. Давай быстрее обратно. Если повезет…
Михаил оглянулся, тело демона расплющилось и ушло из виду, словно просочилось сквозь щели между каменными плитами.
Часть третья
Глава 1
Второй демон, как они увидели в щелочку, выслушал Зарана и по нетерпеливому взмаху его руки пошел в эту же сторону.
– Давай и этого на чем-то поймаем? – сказал Азазель лихорадочным шепотом.
Михаил не успел даже рта открыть, как Азазель охнул и рухнул на пол, красиво раскинув руки. Михаил с остановившимся на миг от неожиданности сердцем едва успел отступить к стене возле самого входа, как с грохотом вбежал второй демон, увидел распростертого Азазеля и бросился к нему.
Михаил поспешно подбежал со спины, демон поднял ногу, намереваясь наступить Азазелю на голову, но лезвие меча Михаила, на краткий миг полыхнув светом Первого Дня Творения, с хрустом рассекло спину почти до позвоночника.
Демон с ревом извернулся, Михаил не успел поднять меч, как громадная лапа ухватила его поперек туловища, сдавила так, что дыхание вырвалось, как у зарезанной свиньи с кляпом во рту.
Он не успел пикнуть, как демон с огромной силой ударил его о каменный пол.
Михаил охнул, все кости затрещали от удара. Демон навалился сверху, ужасающая пасть приблизилась, оттуда вырвался хрип, голова бессильно опустилась, придавив Михаила, как могильной плитой.
Он с трудом выбрался из-под ужасающе тяжелой туши, тяжело дышал, уткнувшись лицом в каменный пол. Разбитые губы чувствовали вкус своей крови, а избитое тело, где уже и кости превратились в желе, молило о пощаде.
Над ним появился Азазель, сказал хриплым голосом: