Гай Орловский – Рейд во спасение (страница 29)
Михаил указал на рог посреди комнаты.
– Как ты мог? – спросил он строго. – Рога терять недопустимо. Лучше потерять полковое знамя, чем рог. Как будешь жить без рога? Хуже того, с одним?.. Потому я милостиво лишаю тебя жизни…
Он говорил и, рассматривая демона, прикидывал соотношение сил. Демон, как и предупредил Азазель, точно не из сильных, а это значит, можно обойтись без меча, благородное оружие по пустякам не обнажают.
Пальцы уже потянулись к рукояти пистолета, но странное ощущение силы, к которому еще не привык, начало заполнять с головы до ног, как горячая вода пропитывает вату, делая ее тяжелой и незнакомой. Незнаемое ранее и чуточку пьянящее чувство, что может, как предупреждал Азазель, очень быстро довести до беды…
Наблюдая за демоном, который стал очень осторожным, он наконец-то впервые сумел сконцентрировать часть силы, полуоглушенный демон наконец пришел в себя, сделал шаг вперед, поднимая обе лапы, и Михаил резко выбросил в его сторону руку.
Он сам ощутил, что сумел, впервые сумел, даже кулак разжал вовремя, выбросив из ладони нечто леденящее. Демон вздрогнул и застыл, на глазах превращаясь в сверкающую изморозью глыбу.
Михаил сам не ожидал, что демона охватит толстым слоем льда. Огромный и страшный, демон оказался в нем, как вмороженная в льдину неосторожная лягушка, Михаил видел распахнутый в беззвучном крике рот с двумя рядами острых зубов и вылезающие из орбит глаза.
В испуге, что натворил такое, он поспешно ударил кулаком по глыбе. Она не раскололась, а против ожидания разбрызгнулась мелкими блистающими осколками.
На миг показалось, что демон будет освобожден, сердце пугливо дернулось, однако промороженный насквозь демон успел стать частью льда, и в половине осколков оказались части его тела.
Михаил задержал дыхание, когда льдинки со звоном дорогого стекла обрушивались на пол, быстро расплывались лужицами и моментально испарялись.
Через несколько секунд не осталось и следа, а так комната, как обычная комната, не скажешь, что здесь обитал чародей, пусть даже не самый удачный, разве что на полу опрокинутый стул с отломанными обгрызенными ножками, на которых хорошо заметны следы острых зубов.
– Фу-ух, – сказал он вслух, сердце колотится, как у зайца в волчьих лапах, – в самом деле получилось…
На всякий случай прошелся по квартире, Азазель сказал бы, что здесь обитает человек творческий, судя по беспорядку, даже очень творческий, демон только добавил признаков творчества.
Уже собрался совершить скачок в квартиру Азазеля, представил себе тот чуланчик как можно отчетливее, это у Азазеля все легко, а ему приходится напрягаться так, что весь превращается в тугой комок нервов, как за спиной щелкнула входная дверь.
Он дернулся, быстро развернулся, рука метнулась к рукояти пистолета. В прихожей появилась молодая женщина с усталым нездоровым лицом, одета небрежно, очень миловидная, но явно и давно не следит за своим внешним видом.
Увидев Михаила, замерла в испуге и каким-то заторможенном голосом проговорила с трудом:
– А где… Яшка?
– Хозяин этой квартиры? – уточнил Михаил. – Его звали Яшкой?
Она медленно кивнула.
– Да.
– Почему?
– Не знаю, – ответила она растерянно. – Наверное, потому что он Яшка?.. А что с ним случилось? Где он?
– Он задолжал кое-кому, – пояснил Михаил. – И хотел еще обмануть. А такое не все прощают.
Она сказала трусливо скулящим голосом:
– Ой, я же говорила не связывайся с такими… Приторговывал бы спайсом, как раньше, за это теперь даже не сажают…
– А с кем связался? – поинтересовался Михаил.
Она взглянула на него пугливо.
– Когда вернется, прибьет…
– Не вернется, – заверил Михаил. – Такие не прощают.
– Братство Бафомета, – проговорила она тихо. – Больше ничего не знаю… У тебя спайса не найдется? А то у меня ломка… Да, уже пошла…
Он вытащил пару крупных купюр, опустил на протянутую ладонь.
– Купи себе что-нить сладкое.
И вышел, не закрывая за собой дверь, где на лестничной площадке вызвал лифт, а из уже двигающейся кабинки, сосредоточившись, сделал прыжок в чуланчик Азазеля.
Глава 5
На миг закружилась голова, чего не было, когда Азазель переносил, оперся о стену, вздохнул пару раз. Стены перестали покачиваться, он отодвинул засов и вышел в прихожую.
Из кухни донесся отвратительно бодрый голос Азазеля:
– А-а, вернулся?.. Ну как, развлекся?
– Таким не развлекаются, – заметил Михаил строго. – Что такое братство Бафомета?
Азазель на кухне, забросив ноги на стол, просматривает что-то на широкоформатном планшете, хмурил брови, но когда появился Михаил, поднял голову и всмотрелся с интересом.
– А как же насчет приятного с полезным?.. Еще не освоил?.. Или это коня и трепетную лань?.. О братстве Бафомета не слышал, но сейчас взгляну…
Он быстро-быстро потыкал пальцем прямо в экран, всмотрелся, на лице вместе с удивлением отразилось и торжество.
– Ого, какие голубчики… Эта дрянь множится, как поганки…
– Тайное общество?
Азазель отмахнулся с пренебрежением.
– Считается тайным, потому что тайное так таинственно, ха-ха, завлекательно для дураков… На самом деле что попало в Инет, уже не тайное. В Вики пока еще ничего, просто не успели, но будет. Там о придурках пишут чаще, чем о великих ученых или мыслителях… Так-так, структура, иерархия… блин, они себя масонами возомнили, что ли?.. Те могут обидеться. Но численность сторонников растет, что и понятно, у нас дураков на сто лет вперед запасено… Их хотя не сеют и не жнут, а каждый день откуда-то новые вылезают…
Михаил опустился за стол, ноги в самом деле ноют, а в теле усталость, словно трудно и тяжко работал весь день, пренебрегая обедом и завтраками.
Азазель придвинул ему блюдо со сдобными домашними пирогами, еще горячими, Сири старается, отрабатывает полученную платформу и надеется на бипедную, хотя, конечно, уже даже он понимает, что ничего она вообще не думает, но так самим представлять интереснее.
– Тоже черные мессы? – поинтересовался Михаил.
Он взял, как велит этикет, ближайший к нему, тот сразу смялся в его ладони так, что стал тоньше папиросной бумаги. Разозлившись на себя, он пренебрег правилами хорошего тона и выбрал самый крупный, хотя такой же нежный и сдобно воздушный, разве что с похрустывающей корочкой.
– Типа того, – согласился Азазель. – Сейчас какой только хренью не увлекаются, лишь бы не учиться и не работать!
– А что, – уточнил Михаил, – Бафомет в самом деле у них заправляет?
Азазель посмотрел, как на помешанного.
– Бафомет?.. Да Бафомет абсолютно земными людьми не интересуется!.. И никогда здесь не был, с людьми не общался. У него там работы полно. Он еще и повоевать любит, он же глава вида демонов Силы!
– Козел? – спросил Михаил и пояснил: – У этого неудачливого мага пентаграммы по всей квартире и рисунки с Бафометом в виде козла.
– Бафомет выглядит вполне по-человечески, – ответил Азазель. – Это на гербе козел да еще в пентаграмме… Потому дураки и решили, что он сам козел! Некоторые из них и меня козлом называют.
Намек был слишком прозрачен, Михаил поморщился.
– Сам сказал, все мужчины козлы. Вот в этом смысле и ты козел хермонской породы, что еще круче нубийской!..
– У Бафомета красавица жена, – сказал Азазель, – и куча детишек. Старшего зовут Локисором, сокращенно Локи. С такой семьей он не пойдет руководить каким-то братством молодых дураков, которым только стекла бить на остановках транспорта да покрышки жечь… Забей, они не стоят нашего внимания. Поиграются и начнут создавать что-то другое, вроде обществ любителей трамвайных билетиков… Справился легко?
– Даже кое-что опробовал, – признался Михаил.
– Что?
– Я же элементаль, – напомнил Михаил. – Должен владеть стихиями. Ты говорил, что могу поджигать и замораживать.
Азазель вскрикнул встревоженно:
– Ты что, полгорода сжег?
– Успокойся, – сказал Михаил быстро. – Я пробовал магию замораживания. Не поверишь, получилось!.. Не знаю, если бы был демон посильнее, то, может, и не удалось бы, но это – как жабу в лед!.. Моментально, и не пискнул. А потом просто разбил эту глыбу.
Азазель выдохнул с заметным облегчением.