Гай Хейли – Волчья погибель (страница 16)
Тридцать стратосферных автоматов «Вултаракс» развернулись в полиэдральное защитное построение. Коул, чьи машины находились в самой верхней части строя, увел свое звено в сторону. Баржи спустились сквозь брешь в защитном кордоне, рассредоточились и приготовились к сбору ресурсов. Коул вернул свои автоматы на позицию. Его усовершенствованное интеллектуальное ядро давало ему семипроцентный выигрыш в эффективности над своими товарищами из облачных всадников. Он сдержал свое желание покрасоваться. Подобный поступок мог привести к разоблачению.
Операция проводилась по этому плану каждый день. Баржи принимали построение, разработанное для максимизации добычи ресурсов. Как только включились магнитные установки добытчиков, плотная атмосфера засветилась ионизацией. Волоча коронный разряд из источающих статику рулей, баржи приступили к работе.
Коул оглядел бурлящие облака. В некоторых местах вихри проделали колодцы глубиной в несколько сот километров, и адепт всмотрелся в кипучее сердце планеты через жерла закручивающихся газовых потоков, увитых прожилками молний. При пролете через эти колодцы его машины сильно трясло, но их изображения оставались пугающе неподвижными благодаря благословению технологической мудрости людей – автоматической настройке. Каждый слой атмосферы трещал от света, вызванного трением. Мокрый снегопад из замороженного этана и метана накрывал бронеобшивку дронов. По вершинам облаков плясали, словно живые существа, причудливые формы молний. Эта картина доставляла удовольствие Коулу. И все же подлинные чудеса находились внизу, в недоступном центре газового гиганта, где огромное давление сжимало метан в диковинные сверхльды, а температура замерзания верхних слоев росла в большей геометрической прогрессии, чем на поверхности звезд.
Люди не должны были жить в таком месте, но они жили. Коул гордился этим достижением человечества. И он мог добиться того же.
Во время этих периодов покоя, автоматы могли выполнять большинство своих функций без вмешательства. Коул вполглаза следил за тем, что они делают. Он не особенно интересовался священной наукой о робототехнике. Она очаровывала, но его страстью оставалась биоинженерия. Ему еще много предстояло научиться у Легио Кибернетика и их понимаю искусственного разума. Он не мог пренебрегать ни одним аспектом Арс Механика, если хотел реализовать свое стремление к полному технологическому мастерству.
Все, чего жаждал Велизарий Коул – это знаний. Отсутствие у него интереса к политике и положению в обществе уже становилось известным. Время на постоянные смены ролей заканчивалось. Он размышлял над тем, что должен сделать далее. Возможно, наступил час полностью посвятить себя роли биологиста. Как только он приобретет немного власти и какой-то статус в этом субкульте, то сможет возобновить свои широкомасштабные научные изыскания. Это было разрешено.
Его размышления внезапно прервала аварийная сигнализация.
<Мои воины, приближаются враждебные ксеноформы,> сообщила домина. Ее голос достиг речевых центров мозга Коула прямой загрузкой. <Приготовиться к перехвату>
Сетка ауспика показала несколько сотен маленьких точек, сходящихся к позиции добытчиков. Они двигались быстро, прямым курсом против ветра, приближаясь по диагонали к арьергарду флотилии.
<Большая стая,> сказала на бинарике домина. <Манипулы с седьмой по десятую разворот для атаки. Остальным закрыть сеть. Пусть баржи работают как можно дольше.>
Длинный поток данных проинформировал Коула о запросе провоста-аквизитора, бессловно отправленном Асперции Сигма-Сигма.
– Отрицательно, – гласил ответ домины.
Коул повернул свою манипулу автоматов, чтобы закрыть брешь, после того как девять роботов покинули строй и направились в арьергард. Защитная зона вокруг добытчиков сжалась на двадцать процентов.
Сенсоры «Вултараксов» не могли развернуться в заднем направлении, и поэтому Коул не видел, что происходило позади строя. Но ветер доносил до аудиосенсоров машин звуки стрельбы автопушек.
Рев сигнала тревоги с ближайшего пульта управления полетом быстро замолчал, обозначив потерю первого автоматона. Менее громкие сигналы говорили о тяжелых повреждениях еще двух.
Второй сигнал предупредил центр о второй гибели. Затем третьей.
– Они прорываются! – один из коллег Коула нарушил протокол и заговорил вслух.
– Три боевые единицы уничтожены! Вы заплатите за их потерю, – прорычала в ответ Асперция. – Манипулы два и шесть, на усиление.
Коул ухмыльнулся. Вторая была его манипулой. Он был одним из лучших людей Асперции и знал, что она не смогла бы удерживать его долго от схватки, неважно насколько была зла на него.
Устройства под командованием Коула по его призыву покинули защитную коробку и устремились вниз, перестроившись в сомкнутый клин. Они двигались с идеальной синхронностью, разделенные всего несколькими метрами. На экранах адепта загорелись значки, указывая позиции, к которым его направила Асперция, но Коул просчитал ситуацию и уже действовал по собственному усмотрению.
Впереди была стая ксенотических жизненных форм.
Их принципиальной особенностью был газовый пузырь. Плотность атмосферы допускала определенную причудливость формы. Они были не прозрачными существами, но хорошо защищенными охотниками.
Прочные клатраты защищали верхнюю поверхность летающего пузыря и многосуставные ноги, которые тянули за ним. Внизу располагался дряблый рот и несколько бескостных сопел, которые выбрасывали газ высокоскоростной струей, позволяя существам с поразительной эффективностью управлять своим движением. Они летали подобно стремительным птицам, даже в ветрах, чья скорость достигала тысячу километров в час.
Никто не знал, что это за существа, разумны они или просто животные, местные обитатели или пришлые. У ксеногенеторов мира-кузни руки чесались получить образец для исследования, но до сих пор это оставалось трудной задачей. После их убийства большинство падало в бушующий хаос внутренних районов планеты. Редкие образцы, пойманные баржами, распадались во время перевозки на станции. Их клатратная броня была достаточно прочной, чтобы отражать снаряды автопушек, но после смерти она быстро дестабилизировалась, следом то же происходило и с мягкими тканями. Для Империума от них не было пользы, поэтому их изучение не являлось приоритетом и интересовало только помешанных на ксеносах чудаков. Попытки собрать образцы отвлекали от разработки облаков. Все, что нужно было Механикуму Трисолиана от ксеносов – чтобы они держались подальше или соизволили умереть быстро, и поэтому ксеногенеторы оставались в неведении об их тайнах.
Облачные существа были гораздо проворнее роботов и вопреки своей внешней хрупкости наносили могучие удары конечностями. Машина Один из Девятой манипулы потеряла гондолу турбореактивного двигателя, и хотя ее пастырь отменил заложенную программу, взяв управление на себя и отключив пустотные двигатели в попытке стабилизировать ее, она вошла в штопор и рухнула в клубящиеся облака.
Коул внимательно следил за своими роботами, когда те достигли позиции ведения огня по ближайшей группе ксеносов. Небо исчертили фосфорные трассеры автопушек. Ограниченный разум машин мог с легкостью следовать этим дистанционным маркерам, и вскоре последовал залп ракетами.
Существо содрогнулось под обстрелом Коула. Клатратная броня лопнула. Ракета пронзила мягкую плоть под ней и вышла с другой стороны, прежде чем взорваться в воздухе. Смертельно раненая тварь начала падать, истекая потоком яркого газа из пробитой оболочки.
– Не позволяйте им проникнуть за оцепление, – приказала домина на многочисленных языках. – Закрыть брешь, держать строй.
Коул остановил свои автоматы и развернул их, прежде чем они приблизились слишком близко к ксеносам. Один из них отделился от роя и ударил зазубренным лезвием на конце конечности по головной машине Коула. Он заметил это и увел робота в сторону с помощью маневровых двигателей. На такой дистанции его команде понадобилось полсекунды, чтобы достигнуть машины. Эта задержка была слишком большой. Существо промахнулось на считанные сантиметры. Коул бросил быстрый взгляд на размеры роя. Их глубин всплывали тысячи тварей, их кристаллическая броня отражала блеск бесконечных молний.
– Рекомендую немедленный отход, – доложил Коул, отправив пикт-снимок поднимающегося роя своей госпоже. – Смотрите, что поднимается, домина.
Асперция потратила пикосекунду на обдумывание. За этот короткий промежуток она лично оценила тактическую ситуацию и провела анализ работы добытчиков.
<Запрещаю>ответила она бинариком, чтобы каждый услышал ее отказ на предложение Коула. <Мы не достигли ресурсного паритета для этой миссии. Отход в данный момент приведет к чистому убытку Механикума. Остаемся. Сражаемся.>
Коул снова вмешался в действия роботов, вернув их в бой. Ситуация ухудшалась с каждой секундой. Тысячи существ атаковали, выбивая защитников добытчиков и приближаясь к большим машинам, грабящим их владения. Коул сконцентрировал огонь своей манипулы на самом крупном из ксеносов – пятидесятиметровом чудовище. Снаряды автопушек вырывали куски из его брони. Верхнюю часть накрыли многочисленные разрывы ракет. Оно продолжало приближаться к баржам, когда Коул снова повернул своих роботов и отвел их на безопасную дистанцию. Механикум даже не знали, почему эти существа набрасывались на добытчиков. Не было похоже, чтобы они могли поглощать плоть или металл. Конечно, причина могла быть исключительно территориальной. Это не имело значения. Они должны умереть.