Гай Хейли – Пришествие Зверя. Том 3 (страница 108)
Заявление Максимуса вызвало переполох.
— Вы — защитники Терры! Она — родной мир вашего ордена! — воскликнул Анвар. Он мотал головой, словно пытаясь найти Тейна взглядом пустых глазниц.
— Вы нарушаете установленный порядок и волю Императора, — добавил Экхарт. — Имперские Кулаки стоят на стенах Дворца со времен Ереси!
— Да, и пора прекращать, — сказал Тейн, кладя ладони на стол. Услышав весьма тихий стук керамита о камень, Верховные лорды мгновенно умолкли, словно Максимус выстрелил из болт-пистолета. — Прислушайтесь ко мне, господа.
— Даже если забыть о традициях и обязанностях вашего ордена, вы — лорд-жиллиман, — жестко произнес Верро. — Вы не можете просто так пренебречь исполнением долга.
— Но вам же удалось — верно, господа? — парировал Тейн. — Впрочем, я понимаю, что Сенаторум нуждается в руководстве. Слабый лорд-жиллиман — более серьезная угроза, чем самый эгоистичный член Совета, и нет политика слабее, чем тот, кто отсутствует на своем месте. Но я также обязан применить мои силы и полномочия для помощи осажденным планетам Империума: освободить их от тирании чужаков, ускорить их восстановление. Следовательно, мне нужно назначить одного из вас моим представителем — возвысить его над прочими и наделить всей полнотой власти, чтобы он правил от моего имени. Если же Терра окажется в опасности, Имперские Кулаки вернутся. Однако я полагаю, что мои труды будут долгими. Возможно, я больше никогда не увижу Тронный мир.
Вангорич решил, что ему придется опять уйти в тень. Максимус продолжал:
— Моим голосом и рукой станет Дракан Вангорич, великий магистр Официо Ассасинорум. Сим я передаю ему бразды правления. Внемлите и повинуйтесь ему, как мне самому.
«Ага», — подумал Дракан.
— Если кто-то из вас исполнился сомнений, не бойтесь. — Тейн сурово посмотрел на Вангорича. Виенанд опалила ассасина гораздо более злобным взором. — Угрозы моего возвращения хватит, чтобы держать его в узде.
Жаркие дискуссии продолжались еще пять суток. Верховным лордам отвели покои рядом с маленьким залом для совещаний. Их лишили почти всех помощников и вынудили жить по строгому расписанию Адептус Астартес. Изолированные, отрезанные от своих свит и совершенно беспомощные перед Максимусом Тейном, чиновники быстро сдали все позиции на переговорах. До того как уйти с заключительного собрания, изможденные и растерянные бюрократы решили множество вопросов. Они подробно и всесторонне обсудили восстановление Терры и создание новых полков; глобальную инспекцию, призванную выяснить, что уцелело в Империуме по итогам нашествия орков; прошение от Инквизиции о самостоятельной реорганизации; наконец, не в последнюю очередь — начало Четвертого основания. Прежде на разбор такой повестки ушли бы месяцы, и кое-что безнадежно застопорилось бы. Теперь сенаторы справились менее чем за неделю.
На следующий день состоялся пир, и недавно воссозданные Имперские Кулаки доказали, что умеют праздновать настолько же основательно, как и вести дела. Они распахнули бездонные кладовые «Фаланги», подали к столу кушанья изо всех уголков Галактики и провели гладиаторские бои, в ходе которых не только укрепили братские узы внутри ордена, но и развлекли повелителей Терры изумительным воинским мастерством.
После дебатов и банкета началась подготовка к отправлению «Фаланги». До отбытия крепости ее посетили владыки других капитулов, составлявших Последнюю Стену. Целые флоты висели в пустоте возле исполинского звездного форта, пока их командиры общались с Тейном. Впрочем, армады космодесантников значительно уменьшились. У некоторых братств сохранилась лишь горстка кораблей, но все они горделиво стремились в бой.
В течение следующей пары дней Максимус несколько раз отрывался от занятий, связанных с экспедицией его ордена, чтобы побеседовать наедине с каждым из Верховных лордов. Первым стал Кубик, и после встречи техножрец в одиночестве улетел на скоростной пентере механикусов.
Зек настаивал, чтобы его пригласили следующим, поскольку в нем уже нуждались на Терре. Лорд-жиллиман удовлетворил просьбу, и вскоре провост-маршал также покинул «Фалангу», как и оба инквизитора. Ланьсан, устроив перед цитаделью парад линейного флота сегментума Солар, присоединился к восстанавливаемой группировке на борту своего флагмана «Автокефалий извечный».
К тому моменту в крепости остались лишь немногие Верховные лорды. Экхарт и Гибран непрерывно старались задобрить Вангорича сладкими речами, прочие избегали его.
Наконец Максимус вызвал Дракана к себе. Магистр ордена уже переговорил со всеми чиновниками, кроме него, и с предыдущей встречи прошло столько времени, что обычный человек успел бы занервничать. Вангорич сохранял полное спокойствие.
Приглашение выглядело так: Дракан изучал редкие тексты в колоссальной библиотеке, когда к нему подошли три Имперских Кулака. Сказав только: «Сейчас вас примет Тейн», воины повели ассасина вверх по лестнице из сотни ступеней.
— Теперь я знаю, как чувствуют себя приговоренные к смерти, — сообщил Вангорич, тоскливо оглядываясь на книги.
Космодесантники промолчали.
Лорд-жиллиман ждал Дракана в личном стратегиуме на вершине одной из центральных башен «Фаланги». Из помещения открывался превосходный обзор, что напомнило великому магистру о Церебриуме на Терре. Снаружи, за бессчетными стволами орудий и стыковочными причалами, маневрировали многочисленные корабли. Увиденное почти убедило Вангорича в том, что у Империума еще сохранились силы.
Ассасин кашлянул, извещая о своем прибытии. Разумеется, Тейн слышал, как он вошел, но с нарочитой внимательностью изучал кипу бумаг на рабочем столе и гололит-изображение множества звездных систем, висевшее на уровне его глаз.
— Вы желали видеть меня, лорд-жиллиман? — спросил Дракан.
Магистр ордена поднял взгляд, и Вангорич понял, что ошибся: Максимус на самом деле ушел в работу с головой.
— А, вы пришли. Хорошо. Я не задержу вас надолго, лорд-защитник. Простите, что вам пришлось ждать столько времени: перед обсуждением тактических ходов следует подготовить почву.
— Я — ваш тактический ход? — беззлобно уточнил ассасин.
— Вы сами все осознаёте. На Терре найдутся игроки и помимо вас, великий магистр. Пора показать, чего вы стоите.
— Мне нравятся трудности, — отозвался Дракан.
Он осмотрелся в поисках кресла, но вся мебель в комнате предназначалась для Адептус Астартес.
— Пристально следите за Кубиком, — прямо сказал Тейн.
— Я и так собирался. События в его «империи внутри империи» указывают на тревожные сепаратистские тенденции. Но Кубик — самый могущественный из Верховных лордов, а неприятнее всего то, что мы нуждаемся в нем больше, чем он в нас.
Максимус одобрительно хмыкнул.
— Вот поэтому вы не разнесли его прилюдно, как других, — добавил Вангорич. — Вы все лучше справляетесь.
— Мне приходится ускоренно изучать искусство дипломатии. Адептус Механикус не полностью подчиняются Империуму, хотя мы обращаемся с ними так, словно дело обстоит иначе. Да, в итоге Кубик не стал разрывать древний союз Марса и Терры, но вполне мог пойти на это.
— Он принял решение лишь после того, как его планы раскрыли. А если бы мы не узнали?..
— Вы понимаете мои тревоги.
— О, я разделяю их, лорд Тейн! — воскликнул Дракан. — Однако же жрецы Марса собрали обширные сведения о ксеносах. Возможно, они удовлетворились тем, что успели узнать.
— Или передумали, когда сообразили, что не выживут в одиночку. На данный момент наши государства остаются взаимозависимыми, но я не доверяю генерал-фабрикатору. Нельзя, чтобы механикусы скрывали полученные данные от Империума, — они и без того слишком многое сгребли под себя. Впрочем, Кубик согласился применить технологии чужаков для разрушения Улланора.
— Вы попросили его уничтожить планету?
— Она расположена слишком далеко от наших нынешних границ, и мы не сумеем надежно сторожить ее, — пояснил Максимус. — Я не позволю, чтобы о ней снова забыли. Если зеленокожие однажды возвратились туда, смогут вернуться и в будущем. Улланор нужно стереть с лица Галактики.
— Я удивлен, что вам удалось убедить Кубика, — произнес Вангорич. — По правде говоря, даже впечатлен. В том мире находятся горы ксенотеха, которым ему очень бы хотелось завладеть.
— Нельзя, чтобы техножрецы заполучили еще больше орочьих устройств, Речь даже не о том, что их мощь нужно держать в рамках. Механикусы рискуют осквернить себя, ведь каждая машина чужаков несет их пси-отметину. На Улланоре вожак ксеносов проник в разумы наших воинов и сокрушил их рассудок. Мои библиарии опасаются, что все артефакты зеленокожих навеки запятнаны остаточной энергией ярости Зверя. Такие объекты просто не должны попасть в руки адептов Марса. Вероятно, генерал-фабрикатор понимает, почему Галактику необходимо избавить от Улланора, но, какой бы позиции ни придерживался Кубик, разрушение планеты станет подтверждением его лояльности. Ему придется использовать новые устройства у всех на виду.
— Не сомневаюсь, Кубик делает только то, что хочет. Или то, что приносит ему выгоду.
Тейн посмотрел на Дракана:
— Проследите, чтобы он подчинился. В случае каких-либо отклонений от плана по уничтожению Улланора немедленно сообщите мне. Тогда я вернусь, и генерал-фабрикатор будет иметь дело со мной.