Гастон Д'Эрелль – Коллекционер Бездны (страница 3)

Ариадна двинулась дальше, стараясь идти как можно тише, хотя ее шаги по влажной поверхности все равно отдавались приглушенными шлепками. Каждый поворот, каждая ниша таили потенциальную угрозу. Она держала шип перед собой, готовая к удару. Разум лихорадочно работал, пытаясь анализировать, систематизировать несистематизируемое. Биологическая архитектура. Явно не эволюционная, а спроектированная или мутировавшая до неузнаваемости. Энергетический гул – возможно, термальный или кинетический, учитывая движение астероида. Звуки… свидетельство множества обитателей. Жертв? Частей системы?

Она миновала арку, образованную сросшимися сталагмитом и сталактитом, покрытыми блестящей слизью. За ней коридор расширился в нечто вроде грота. И здесь Ариадна впервые увидела Собирателя за работой.

Пространство было огромным, куполообразным. В центре зиял круглый шлюз в "потолке", окаймленный кольцом пульсирующей, мышечной ткани. Шлюз был открыт, и в него был виден клочок абсолютно черного, звездного неба – ледяная, бездушная пустота. От шлюза вниз спускалось несколько толстых, гибких щупалец, похожих на те, что были в ее камере, но крупнее, мощнее. Они были бледно-серыми, с темными прожилками, и заканчивались разнообразными инструментами: костяными клещами, присосками с острыми стилетами внутри, чем-то напоминающим дрель из хитина.

Щупальца были сфокусированы на объекте в центре грота. Существо. Оно напоминало гигантского, полупрозрачного головастика с перепончатыми крыльями, сплетенными из света и тумана. Оно билось в невидимых путах, испуская тихие, высокие звуки, похожие на звон разбитого стекла. Его эфирные крылья метались, но не могли поднять его. Космическая форма жизни? Плазмоид?

Щупальца двигались с ужасающей, бесстрастной точностью. Одно, с клещами, зажало "голову" существа, фиксируя ее. Другое, с присосой, прилипло к его боку. Ариадна увидела, как под полупрозрачной кожей что-то дернулось, и темная жидкость (энергия? кровь?) потянулась по трубке щупальца вверх. Третье щупальце с дрелеобразным наконечником приблизилось к крылу, коснулось его… и крыло начало распадаться. Не рваться, а именно рассыпаться на мерцающие частицы, которые втягивались в спиралевидный наконечник. Существо замерло в последней, беззвучной судороге, его свет гас. Процесс занял секунды. Холодная, безэмоциональная эффективность расчленения живого чуда.

Ариадна стояла, прижавшись к стене грота, затаив дыхание. Отвращение и ужас сковали ее. Это не была злоба. Это было процедурой. Сбор образцов. Каталогизация. Утилизация. Бесчеловечность процесса была страшнее любой жестокости. Оно просто делает свою работу, пронеслось в голове, и от этой мысли стало еще холоднее.

Щупальца втянулись, унося добычу в недра астероида. Шлюз сомкнулся с тихим хлюпающим звуком, скрыв звездную бездну. В гроте воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом и каплями слизи. Ариадна хотела бежать, но ее взгляд упал на то, что осталось на полу. Несколько полупрозрачных, быстро тающих чешуек и пятно темной, быстро испаряющейся жидкости. Все, что осталось от существа света. Мигрень сдавила виски.

Она выбралась из грота обратно в коридор, чувствуя себя оскверненной увиденным. Теперь каждый звук, каждый шорох казался предвестником нового ужаса. Она шла, стараясь держаться в тени выступов, ее ноги подкашивались от напряжения и страха. Костяной шип в ее руке казался жалкой зубочисткой против мощи Собирателя.

Впереди коридор снова сузился и раздвоился. Из левой ветви доносилось негромкое, но настойчивое царапание, как будто что-то скребло когтями по камню. Из правой – низкое, хриплое бормотание на незнакомом языке, прерываемое всхлипами. Ариадна замерла. Идти на звук – безумие. Но и стоять на месте – значит ждать возвращения шипящего чудовища или встречи с чем-то похуже.

Она выбрала правый коридор. Бормотание звучало… почти человечно. В нем была интонация, пусть и искаженная отчаянием. Возможно, другой пленник? Возможно, надежда на союз?

Коридор вел вниз, становясь сырее и темнее. Прожилки света здесь были тусклее, редкими островками в почти полной тьме. Запах гнили усиливался, смешиваясь с чем-то кислым, как уксус. Бормотание стало громче. Она различила отдельные слоги, но они не складывались в знакомые слова. Что-то вроде: "К'тхл… ф'нглуи… йа-йа… плач… всегда плач…"

Ариадна осторожно заглянула за поворот. Коридор заканчивался тупиком. В тупике стояла… клетка. Но не из металла. Она была сплетена из толстых, влажных корней или жил, которые пульсировали и медленно шевелились, как кишечник. Прутья были покрыты липкой слизью и острыми шипами. Внутри клетки, свернувшись калачиком на полу, сидело существо.

Его было трудно разглядеть в полумраке. Оно казалось гуманоидным, но непропорционально худым, с длинными, тонкими конечностями. Кожа (или что-то ее заменяющее) была серой, покрытой струпьями и язвами. Голова была большой, лысой, с огромными, совершенно черными глазами, лишенными белка и зрачка. Они были широко открыты и смотрели в никуда, отражая мерцающий свет стен. Рот был маленьким, безгубым щелевидным отверстием, из которого и лилось то самое бормотание, перемежаемое всхлипами. Существо обхватывало себя руками, его длинные пальцы с когтями впивались в собственную плоть, но, казалось, оно не чувствовало боли.

"Привет?" – прошептала Ариадна, замирая в нескольких шагах от клетки. – "Ты… ты меня понимаешь?"

Черные глаза медленно повернулись в ее сторону. Бормотание прекратилось. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом и всхлипами существа. Затем его рот искривился в нечто, отдаленно напоминающее улыбку, обнажая ряд мелких, острых зубов.

"Плач…" – прошипело оно. Голос был хриплым, скрипучим, как несмазанные шестерни. – "Все плачут… в Каменном Чреве…"

Ариадна сделала шаг ближе. "Каменное Чрево? Это… это место так называется?"

Существо кивнуло, его голова качнулась на тонкой шее. "Собиратель… он кормится… плачем… страхом…" Оно ткнуло длинным пальцем в свою грудь. "Голос… меня зовут Голос… или так было… когда помнил…"

"Голос?" – Аря попыталась сохранить спокойствие. "Я Ариадна. Как… как давно ты здесь? Ты знаешь, как отсюда выбраться?"

Черные глаза закатились, глядя в потолок. "Время… течет иначе… в кишках Собирателя…" Оно снова всхлипнуло. "Выхода нет… Только Покой… вечный Покой… в стенах…" Оно постучало костяшками по пульсирующему корню клетки. "Он придет… скоро…"

"Кто придет?" – спросила Ариадна, озираясь.

"Смотрители… или Щупальца… или Другие…" – Голос безучастно махнул рукой. – "Все едино… Все служат Чреву… Все ведут к Покою…" Он вдруг наклонился вперед, ухватившись за прутья клетки. Его черные глаза сверкнули странным внутренним светом. "Беги… Пока можешь… Ищи Лика… или не ищи… Все равно… Все равно…"

"Лика? Кто такой Лик?" – настаивала Аря.

Но Голос уже отстранился, снова свернувшись в клубок. Его бормотание возобновилось, еще более бессвязное: "…ф'нглуи маглв'наф… плач… свет погас… йа-йа…"

Надежда на информацию таяла. Этот узник был сломлен, его разум погружен в безумие. Ариадна уже хотела уйти, когда заметила деталь. На полу клетки, рядом с ногами Голоса, лежал предмет. Не обломок, не слизь. Что-то прямоугольное, плоское, размером с ладонь. Металлическое? Каменное? Слишком темно было разглядеть.

"Что это?" – спросила она, указывая шипом.

Голос проследил за ее жестом. "Знание…" – прошептал он. – "Боль… От прошлого… До Чрева…" Он толкнул предмет ногой к прутьям. "Бери… Не поможет… Но бери…"

Ариадна колебалось. Ловушка? Но отчаяние толкало ее вперед. Она осторожно протянула руку сквозь промежуток между прутьями (шипы на них были липкими и острыми, но не сомкнулись на ней) и схватила предмет. Он был холодным, тяжелым для своего размера, с гладкой поверхностью. Она сунула его в карман термокомбинезона, не глядя.

"Спасибо," – пробормотала она.

Голос не ответил. Он снова ушел в себя, бормоча о плаче и погасшем свете.

Ариадна развернулась, чтобы уйти, и застыла. В конце коридора, там, где он поворачивал, стояла фигура. Не шипящее чудовище из глины, а нечто иное. Человекообразное, но нечеловеческое.

Оно было чуть выше Ари, худое до костей, обтянутых серой, сухой кожей, покрытой шрамами и струпьями. На нем были лохмотья ткани неземного происхождения. Но самое ужасное было у него на лице. Вернее, того, что должно было быть лицом. Там не было ни глаз, ни носа, ни рта. Вместо них была лишь гладкая, безликая маска из той же серой кожи, без единой складки или отверстия. Существо стояло совершенно неподвижно, "смотря" в ее сторону безглазым ликом.

Ариадна вжалась в стену, сжимая шип. Лицегуб. Мысль пришла сама собой, отвратительная и точная. Аллегория на полную потерю индивидуальности, на стирание лица системы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.