Гарри Килуорт – Мыши-вампиры (страница 31)

Джайд подсчитал:

– Да, получается, что все мы! Больше в деревне нет никаких чужеземцев, кроме валлаби, а он сегодня вечером уезжает, так как свой проезд уже отработал. Великолепно! – Он что-то записал в блокноте. – В таком случае просто необходимо пойти и поддержать Ракки, не так ли? Иначе нас бросят в кипящую лаву. Не очень приятная перспектива, согласитесь?

Как раз в этот миг началось затмение солнца. Мир на несколько минут погрузился в темноту. Воцарилась жутковатая тишина. Но вот постепенно солнце начало показываться из-за луны. Сначала вернулись сумерки, затем полный дневной свет, потому что близился полдень.

– Ах, мы упустили прекрасную возможность! – воскликнула профессор Франтиха. – Жаль, что затмение не произошло в момент поединка. Тогда мы могли бы выдать себя за богов и направить борьбу в пользу Ракки-Такки. Какая жалость!

– Они бы вам не поверили. Не надо считать их глупее себя только потому, что они живут в джунглях, – возразил профессор Джайд. – Кстати, многие исследователи пострадали от подобных ошибок.

– А вдруг произойдет еще одно затмение? – предположила профессор Франтиха.

– Нет, это невозможно.

Закончив диспут, два профессора и анархист-натуралист направились по тропе к полю боя. Оно представляло собой ровный участок земли, заросший травой. На дальнем его конце торчали три странные палки. На ближнем была воткнута в землю еще одна. Меж ними располагались два огромных квадрата, утрамбованные белой глиной, и маленький белый домик с крыльцом.

Профессор Джайд предположил:

– Я думаю, те три палки представляют мистическую триаду богов джунглей, Вайна, Крипера и Брамбела. Бог-обманщик, Манки, представлен единственной палкой, тень которой, шутя и насмехаясь, показывает в сторону торжественной триады. На пространстве между ними и проводится бой, поддерживаемый таким образом всеми четырьмя языческими богами…

– А по-моему, это просто поле для крикета! – возразила профессор Франтиха.

– Я полностью согласен с вами. И более того, мне кажется, что мы в полной безопасности, – поддержал ее Баламут.

Он оказался прав. Игра в крикет уже закончилась. Ракки-Такки одержал заслуженную победу и стал вождем. Икки-Укки незаметно исчез.

– Когда же ваше племя освоило игру в крикет? – спросил Баламут нового вождя. – Не все же обучались в школе-интернате на Поднебесном?

– О нет, мы научились по книгам, – весело ответил Ракки-Такки. – В старину мы обычно боролись до смерти, железными дубинками и крюками. Зато теперь все споры мы разрешаем с помощью крикета: честная игра – это наш принцип. Стакан фруктового соку?

Затем Баламут спросил двух профессоров о сонной почве. Те отвели его в джунгли, где, достав из рюкзаков самодельные противогазы, надели их на морды. Только после этого ученые суслики подвели Баламута к цветущему гибискусу, вокруг которого лежало великое множество спящих зверей, среди которых он заметил медвежонка, целый пчелиный рой и пару огромных крокодилов.

– Вот, – указала профессор Франтиха на торфяную почву под растением. – Вот она, эта смертоносная земля. Нужно приложить все силы, чтобы она не попала в нечистые лапы!

– Совершенно верно, – согласился Баламут.

30

Вернувшись в Туманный, Нюх немедленно отправился к мэру. Он застал у него Эдди Сона, ласку-изобретателя пружинного механизма, и Джо Уля, придумавшего паровой двигатель. Изобретатели спорили, а мэр смотрел на них большими глазами, время от времени почесывая ухо.

– Говорю вам, мой обнаружитель и предсказатель вампиров лучше, чем ваш выслеживатель и хвататель! – вещал Эдди Сон. – Начать с того, что мой метод гораздо научнее.

Мой робот с пружинным механизмом выискивает зверей без тени, а обнаружив такого, набрасывает на вампира сеть и тащит его в ближайший полицейский участок!

– Ха! – Одним слогом Джо Уль опроверг всю аргументацию оппонента. – Мой ВХВ, приводимый в движение паром, выбрасывает перед подозреваемым зеркало в полный рост и, если в нем нет отражения, стреляет в вампира снотворным и тащит его в ближайший полицейский участок.

– Ваш ВХВ не идет ни в какое сравнение с моим ОПВ.

– Ваш ОПВ просто дурацкий часовой механизм!

– Ну и ну! – мечтательно вздохнул мэр.

Нюх решил вмешаться:

– По-моему, вы оба изобрели нечто неоценимое для будущих поколений!

– Что же? – повернувшись к нему, спросили изобретатели.

– Сколько удастся сэкономить времени. Какими удивительно короткими станут разговоры благодаря вашему изобретению.

– О чем это вы? – спросил Джо Уль.

– О сокращении слов до их начальных букв! – ответил Нюх. – Уверен, такое привьется. Вместо «сделай это быстро» – просто СЭБ. Не «Большой Торговый Центр», а БТЦ. Это сэкономит часы, месяцы, даже годы! Замечательно! Молодцы! Я просто восхищен!

Оба уставились на него.

– Послушайте, а не издеваетесь ли вы над моими определителями вампиров? – спросил Эдди Сон.

– Да, советую держать свое мнение о моих выслеживателях при себе! – грозно заявил Джо Уль.

– Господа, а что же будет ночью?

– Что?

– Что?

– Ночью темно, тени почти незаметны, а зеркало бесполезно, – объяснил детектив-ласка.

– Кого интересует ваше мнение? – возмутился Джо Уль.

– И по какому праву вы вмешиваетесь не в свое дело? – добавил Эдди Сон.

– Ну и ну! – тихо фыркнул мэр.

В этот момент в комнате появилась Сибил. Она тактично выставила за дверь обоих изобретателей и поинтересовалась у Нюха, что ему нужно. Все это время мэр Недоум с надеждой смотрел на сестру. Она уже заканчивала разговор с Нюхом, как он вдруг нетерпеливо спросил:

– Где мой морковный сок?

Нюх удивленно обернулся и уставился на мэра, а тот нетерпеливо перепрыгивал с одной лапы на другую. Он выпрямлялся в полный рост и, выпучив глаза и навострив уши, вертел головой в разные стороны. При этом мэр морщил нос, словно принюхиваясь.

– Что с ним? – спросил Нюх.

Сибил тяжко вздохнула:

– Толстопуз считает себя зайцем. Смотрите, он все время оглядывается, словно следит, не крадется ли за ним лиса. Видите? Сейчас он барабанит передними лапами! Ума не приложу, что с этим делать? Я в полной растерянности. Конечно, его можно бы поместить в Грачатник… Ах, не беспокойтесь, сейчас это лучшая лечебница… Но там мне не разрешат самой заботиться о нем.

– Чем это вызвано? – спросил Нюх.

– Ему сделали пересадку меха на груди. Узнав, что это мех зайца, он погрузился в потусторонний мир, где и пребывает до сих пор. А эти изобретатели, которых я только что выставила, пользуются его бедственным положением. На днях мы были с визитом у королевы Крошки, так она попросила оставить его во дворце, потому что ей, видите ли, гораздо более интересен сумасшедший мартовский заяц, чем мэр-горностай!

– Гм. Понимаю, вас это очень огорчает, – сочувственно произнес Нюх. – А не могла бы помочь ему Бриония Живорез? Она не специалист по психическим болезням, но, уверен, она лучше нашего знает, к кому его направить. А теперь о другом. По городу бродит ужасное чудовище!

– Чудовище? – спокойно переспросила Сибил. – Какое? Дракон, великан или что-то в этом роде?

– Нет, вампир, но совершенно непохожий на тех, с какими мы сталкивались до сих пор. Это вампир-мастер, тварь настолько хитрая и умная, что нам придется очень постараться, чтобы поймать ее! Граф Рянстикот. Вы когда-нибудь слышали о нем?

– Нет, кажется, не слышала.

– Где мой морковный сок? – раздался капризный голос мэра. – Я же ослепну без него!

Сибил повернулась к брату:

– Это неправда, Толстопуз, и ты это знаешь. Морковный сок улучшает зрение, но и без него ты не ослепнешь! Будь паинькой, иначе этот справедливый, почтенный ласка отберет у тебя вкусные листья латука.

Мэр перевел взгляд на Нюха:

– Я могу побоксировать с твоими ушами! Или поколотить тебя задними лапами!

– Полагаю, вы можете даже перегнать меня на беговой дорожке, но я не собираюсь соревноваться с вами, мэр! – вежливо ответил Нюх.

Толстопуз Недоум надулся и подскочил к окну.

– Как же нам избавиться от этого графа Рянстикота? – спросила Сибил.

– Надо мобилизовать все силы полиции, тщательно обыскать все погреба, чердаки, заброшенные дома, кладбища – словом, весь город! Он где-то здесь, и мы должны его найти!

В этот момент в комнату вошли шеф Врун с констеблем Бабабой.

– Мое почтение, мэр! – проигнорировав Нюха, воскликнул Врун. – Я все время шел по его следу. Вот мой отчет. Я оставлю его на вашем столе? Особо надлежит отметить заслуги констебля Бабабоя…