Гарольд Роббинс – Торговцы мечтами (страница 10)

Джонни быстро посмотрел на него краешком глаза. Лицо Петера оставалось бесстрастным, но его выдавали глаза.

— По-моему, он прав, — медленно ответил юноша. — Мы с ним все рассчитали. Однороликовые фильмы стоят около трехсот долларов плюс стоимость изготовления копий. С каждого негатива можно сделать сто копий. Каждую копию дважды как минимум можно продать по десять долларов. Это дает две тысячи долларов за картину. Не вижу, как здесь можно прогореть.

— Тогда что его останавливает?

— Деньги, — ответил Джонни. — Камеры и другая аппаратура стоят не меньше шести тысяч долларов, а их у него нет.

Они подошли к станции, и Джонни снял Марка с плеч.

— Знаешь, Петер, — задумчиво произнес он, глядя на Кесслера. — Неплохое дельце и для нас.

— Только не для меня, — рассмеялся Петер. — Я не дурак. Я знаю, чем стоит заниматься, а чем — нет. Что случится, например, если ты не сумеешь продать фильм? — И он сам ответил на свой вопрос: — Ты прогоришь.

— Не думаю, — быстро возразил Джонни. — Посмотри на нас. Мы покупаем фильмы везде, где можно, и все равно нам их не хватает. Не пойму, как в такой ситуации можно прогореть. — Юноша сунул в рот сигарету. — Все прокатчики находятся в таком же положении, как и мы. Они ждут не дождутся новых картин.

Петер Кесслер опять рассмеялся, только на этот раз не так уверенно. Джонни видел, что его заинтересовала идея.

— Я не жаден, — объяснил Петер. — У нас и так все в порядке. Пусть головы болят у других.

Через несколько минут Джонни, улыбаясь, сел в поезд. Он подал Петеру идею. Теперь достаточно напоминать об этом время от времени, и постепенно идея начнет созревать. Станция скрылась за поворотом. Джонни сел и, по-прежнему улыбаясь, достал газету. Может, к тому времени, когда Джо подготовится, Петер созреет.

Когда поезд тронулся с места, Дорис неожиданно заплакала, и Петер удивленно посмотрел на дочь.

— Почему ты плачешь, liebchen?

— Не люблю, когда уезжают на поездах, — всхлипывая, ответила девочка.

Петер озадаченно почесал ухо. Насколько он знал, она еще никого не провожала на поезд.

— Почему? — поинтересовался он.

Заплаканные голубые глаза девочки серьезно смотрели на отца.

— Я… я не знаю, папа, — тихо ответила она. — Просто становится грустно и хочется плакать. А вдруг дядя Джонни не вернется?

Петер Кесслер молча смотрел на дочь сверху вниз. Через некоторое время он взял девочку за руку.

— Какая глупость! — фыркнул он. — Пойдемте в парк.

6

Когда Джонни проснулся, уже стемнело. Он лежал в незнакомой комнате, голова раскалывалась от боли. Джонни застонал и потянулся.

На постели рядом кто-то зашевелился. Когда рука дотронулась до теплого мягкого тела, Джонни вздрогнул и повернул голову.

Он в темноте едва мог различить лицо девушки, лежащей рядом. Она лежала на боку, спрятав одну руку под подушку. Джонни медленно сел и попытался вспомнить прошлую ночь. Постепенно он начал вспоминать.

Все началось около пяти, когда он пришел на студию. Джо сказал, что сегодня они работают допоздна, потому что это единственный день, когда большинство артисток свободны. Остальные шесть дней в неделю они выступают в комическом шоу.

Войдя на студию, Джонни услышал, как на Джо Тернера кричит одна из девушек. Сначала Джонни не мог разобрать, в чем дело, но в конце концов он понял, что спор касается ее одежды. Билл Борден стоял рядом с встревоженным лицом. Выражение тревоги на лице, как позже узнал Джонни, является отличительным признаком тех, кто занимается кино. Джо спокойно ждал, когда артистка прекратит кричать. Никто не заметил Джонни, стоящего в дверях.

Наконец девушка затихла. Джо Тернер несколько секунд молча смотрел на нее, затем не обращая на нее ни малейшего внимания, повернулся к Бордену.

— Отдай ей сегодняшний заработок, Билл. Нам не нужны вспыльчивые артистки.

Билл молчал. Лишь выражение тревоги на его лице усилилось.

— Ты не имеешь права это делать! — опять закричала девушка. — Я должна играть в этой картине главную роль. Мой агент подаст на тебя в суд!

Несколько секунд Джо молча смотрел на нее, затем совершенно неожиданно взорвался.

— На кого, черт побери, ты собираешься подавать и суд? — завопил он. — Да мы за один день платим тебе больше, чем ты зарабатываешь в своем балагане. Посмей только обратиться в суд! Мы сделаем так, что тебя больше не возьмет ни один продюсер. — Он очень близко подошел к ней и принялся размахивать указательным пальцем перед самым ее носом. — Если хочешь играть главную роль, снимай свое чертово платье! Героиня должна играть в сорочке. И не вешай мне лапшу на уши о своей скромности. Я видел тебя в «Биджу» совсем без ничего! Только поэтому мы тебя и взяли!

Услышав такую неожиданную речь, девушка замолчала. Она несколько секунд задумчиво разглядывала Джо, затем сказала:

— Ладно, сниму. Только учти, я тебя предупреждала.

Девушка сделала шаг назад, сдернула платье через голову и бросила его к ногам Тернера.

У Джонни перехватило дыхание. Артистка оказалась абсолютно голой. Джо быстро поднял платье и бросился прикрывать ее наготу, Борден закрыл лицо руками и застонал, а сама виновница переполоха лишь улыбнулась.

— Вам придется одолжить мне сорочку, — ехидно сообщила она. — Сейчас стоит такая жара, что я хожу в одном платье!

— Ты должна была сказать это сразу! — едва выговорил сквозь смех Джо. — По крайней мере, сберегли бы друг другу нервы.

Через несколько минут она надела сорочку, и камера зажужжала. Джо заметил Джонни Эджа и, улыбаясь, подошел к нему.

— Видишь, в каких условиях приходится работать!

— Да, тут не соскучишься, — улыбнулся Джонни.

— Эти девчонки просто ненормальные. От них можно ждать всего, что угодно!

— Не пойму, чего ты жалуешься, — опять улыбнулся молодой человек.

— Пойди пока в просмотровый зал и посмотри что-нибудь, бессердечная скотина! — шутя, посоветовал Тернер. — Когда освободишься, съемки как раз закончатся, и мы поедем ужинать.

— О’кей. — Джонни направился к двери, но Джо его окликнул:

— Знаешь, у меня неплохая идея, — улыбнулся он. — Возьмем с собой пару этих крошек. В Рочестере, по-моему, у тебя слишком скучная и пресная жизнь.

— Очень мило, что ты заботишься обо мне, — насмешливо ответил Джонни. — Неужели ты не можешь обойтись без дам?

— Я-то могу, а вот ты?.. Помнишь, как в шестнадцать ты чуть не набросился на ту женщину-змею. Сантосу даже пришлось вмешаться.

Джонни покраснел. Он хотел что-нибудь ответить, но Борден повел его в просмотровый зал. Когда Джонни освободился, Джо уже ждал его с двумя девушками.

Одна оказалась той самой скандалисткой. Ее звали Мэй Даниелс. По тому, как она держала руку Джо, стало ясно, что они старые друзья. Вторая, миленькая блондинка небольшого роста по имени Фло Дейли, улыбнулась Джонни.

— Будь к нему добра, Фло, — расхохотался Джо. — Это один из наших самых крупных покупателей.

Ужинать отправились в «Черчилль». Джо Тернер закончил снимать картину и находился в хорошем настроении. После еды он закурил, откинулся на спинку стула и спросил у Джонни:

— Ну как, разговаривал с Петером?

— Да, сегодня утром, — проворчал Джонни. — Кажется, он клюнул.

— Будем надеяться. — Джо наклонился вперед. — Борден собирается открывать в Бруклине новую студию. Было бы очень неплохо, если бы Петер нам помог. Это сильно облегчило бы нам задачу.

— Поможет, — заверил его Джонни. — Я уверен.

— Хорошо. — Джо вновь откинулся на спинку стула и выпустил к потолку облако дыма.

— Вы, мужчины, только и знаете, что говорить о делах! — возмутилась Мэй. — Неужели нельзя хоть иногда забывать о них, чтобы повеселиться?

Джо Тернер ущипнул ее под столом за коленку. Он был слегка навеселе и чувствовал себя превосходно.

— Правильно, бэби. Давайте веселиться по-настоящему. — Он крикнул официанту: — Еще вина!

Выйдя поздно ночью из ресторана, Джо и Джонни заспорили, куда ехать. В конце концов отправились к Тернеру домой. Джо нахваливал деловые качества друга, называя его гением, а Фло удивилась, что такой молодой человек может быть таким удачливым бизнесменом.

Когда они зашли в квартиру Тернера, Джонни пробормотал:

— Ты здорово нагрузился. Тебе нужно идти спать!

Невзирая на протесты хозяина, гости отволокли его в спальню. Джо упал на кровать и сразу захрапел. Они попытались раздеть его, но Мэй остановила их, заявила, что слишком устала, растянулась рядом с Тернером и моментально уснула.

Джонни и Фло посмотрели друг на друга и засмеялись.