Гарольд Роббинс – Соблазнитель душ (страница 71)

Пастырь откинулся на спинку кресла. Старик далеко не дурак. Миллионные контракты под ногами не валяются, так что он позаботился о том, чтобы снять возможные возражения Пастыря. Оборудование уже установлено, не снимать же его. Однако контракты на столь большую сумму должны утверждаться советом директоров. И тут у старика был запасной ход. Он мог сыграть на том, что услуги телефонной компании обходились куда дороже.

Вновь зазвонил телефон.

— Пришли миссис Хикокс, мистер Линкольн и мистер Кэррол.

— Пригласите их в кабинет.

Дверь открылась, первой вошла Ким, за ней — мужчины. Пастырь поспешил им навстречу, поцеловал Ким в щечку, пожал мужчинам руки, пригласил их к дивану, стоящему у дальней стены, сам сел в кресло.

— Так как наши дела? — он улыбнулся Ким.

— Просто чудесно, доктор Толбот, — ответила та. — Маркус и Сэнфорд буквально носят меня на руках, а такой аппаратуры я не видела и в Голливуде. Мне просто не терпится начать работать. Если хотите, я даже готова сдвинуть оговоренные нами сроки.

— Это хорошая новость. — Пастырь повернулся к Маркусу. — А что вы думаете поэтому поводу?

— Сэнфорд и я полагаем, что это дельная мысль. Эту неделю мы использовали на все сто процентов. Определились, как будет строится передача, какие будут декорации. Два сценариста Ким быстро нашли общий язык с тремя их коллегами, работающими у нас. А Ким предложила блестящую идею, которая сразу выведет передачу на высочайший уровень. Пусть она сама расскажет вам об этом.

Пастырь посмотрел на Ким.

— Судя по его реакции, вы придумали что-то удивительное.

Она скромно потупила глазки.

— Да нет, ничего особенного я не придумала. Идея весьма проста, так что кто-нибудь обязательно наткнулся бы на нее.

— Возможно и так, — подал голос Сэнфорд, — но первой она осенила вас.

— Так не томите меня, — улыбнулся Пастырь.

— Как вы знаете, мы собираемся отснять пять передач в два дня. Две в первый и три во второй. На то есть много причин, включая финансовые, так что это наиболее практичный вариант. Опять же у нас остается время на планирование передач следующей недели. Вот тут у меня и возникла эта идея. Раз мы работаем только два дня, почему не сделать приглашенную нами знаменитость гостем недели? Во-первых, пригласить звезду на два дня куда проще, чем на целую неделю, а во-вторых, за каждый из этих дней мы можем предложить им очень высокое вознаграждение. Им это польстит, а нам избавит от лишних расходов, потому что гонорар за два дня будет меньше недельной оплаты по обычным расценкам.

— Фантастическая идея, — воскликнул Пастырь. — О каких звездах вы говорите?

— Не тех, кого вы обычно видите в религиозных передачах. Я уже позвонила своему агенту в Голливуде, а также моим близким друзьям. Думаю, мы сможем пригласить Чарлтона Хестона, знаменитого исполнителя роли Моисея и фильме «Десять заповедей», чтобы он прочитал отрывки из сценария. Кэрол Барнетт расскажет о борьбе с распространением наркотиков, о том, как ей удалось излечить дочь, Дэнни Томас — о работе в детской больнице святого Иуды. А певцы Арента Франклин, Джонни Кэш, Тамми Уайнетт исполнят нам религиозные песни из своего обширного репертуара.

— Потрясающе. Когда мы начнем?

— С удачей и Божьей помощью, мы могли бы начать через две недели. Но есть одна загвоздка. Если мы начнем раньше, получим ли мы эфирное время?

— Это не по моей части, — Пастырь повернулся к мужчинам. — Что скажете, господа?

Маркус перепасовал вопрос Кэрролу.

— Полагаю, в ситуации на рынке Сэнфорд разбирается лучше меня.

Кэррол откашлялся.

— У нас очень неплохие шансы. Начинается лето, когда воздействие экономического спада на продажу эфирного времени особенно велико. Дайте мне несколько дней и я представлю вам полную картину. Но действовать придется предельно осторожно. Не дай Бог телестудии подумают, что нам нужно лишнее время. Они задерут цены до потолка.

— Торопить вас мы не будем, — заверил его Пастырь. — А сами будем работать так, словно с выходом в эфир уже этим летом все решено.

Зазвонил телефон.

— Доктор Толбот, к вам пришли.

— Проводите посетителей в комнату для гостей. Я освобожусь через несколько минут. — Пастырь вновь повернулся к Ким и двоим мужчинам. — Я безмерно рад, что вы отнеслись к нашему проекту с таким энтузиазмом. А уже достигнутые результаты просто потрясающие. По-моему, ваша программа, Ким, обречена на успех.

Он поднялся, встали и гости.

— Пожалуйста, держите меня в курсе. Я хочу знать, как пойдут дела.

Он проводил их до двери, открыл ее.

— Надеюсь, мы встретимся вновь в самое ближайшее время.

Маркус и Сэнфорд уже вышли из кабинета, когда Ким внезапно повернулась к Пастырю.

— Завтра утром я улетаю в Лос-Анджелес. Мы сможем пообедать сегодня?

— Почему бы и нет? — улыбнулся Пастырь. — В восемь вечера у меня?

— Я приду, — прошептала Ким. — Мне хочется прямо сейчас попробовать на вкус твой конец.

Ким ушла прежде чем он успел ответить. Открылась дверь комнаты для гостей. Чарли и Мелани вернулись в приемную в тот самый момент, когда Ким покинула ее. Пастырь подождал у двери, пока они пройдут в его кабинет. Закрыл дверь, поцеловал из обоих в щеку.

Отвел девушек к тому же дивану, сам сел в кресло.

— Работы вам хватает, дети?

— Ее могло бы быть и побольше, — ответила Чарли. — Не знаю, то ли здесь особо нечего делать, то ли нам не дают перетрудиться.

Пастырь промолчал.

— Часто видишься с этой дамочкой, Пастырь? — спросила Мелани.

— Случается.

— Будь осторожен. Хорошего от нее не жди.

— Это точно, — поддакнула Чарли. — Она специализируется по пасторам. Говорят, перетрахала всех, в чьих передачах выступала, и им пришлось выкладывать крупные суммы, чтобы отделаться от нее.

Он посмотрел на одну, на другую, встал.

— Как насчет того, чтобы прогуляться, девушки? Что-то мне захотелось подышать свежим воздухом.

Из телефона раздался голос миссис Хилл.

— Звонит доктор Соренсен. Он хочет с вами поговорить.

— Я сам перезвоню ему через пятнадцать минут. — Он указал на новый аппарат. — Эти телефонные звонки не дают спокойно поговорить.

Девушки, похоже, все поняли.

— Свежий воздух нам не повредит, Пастырь.

Они спустились на его личном лифте, зашагали по дорожке к фонтану.

— Красиво, не правда ли? — он указал на сверкающие на солнце струйки воды.

— Великолепно, — согласилась Мелани.

— С холма вид еще лучше.

Молча они поднялись на холм. Пастырь повернулся, посмотрел на фонтан, затем на здание церкви. Тонированные окна не позволяли заглянуть внутрь.

— За этой рощицей есть скамья.

Деревья закрывали скамью от любого, кто следил за ними из окон. Он сел, девушки последовали его примеру. На их лицах отражалась озабоченность.

— Я хочу, чтобы вы мне помогли.

Девушки молча кивнули.

— Буду краток, у меня сегодня тяжелый день, масса каких-то встреч, заседаний, совещаний, поэтому слушайте внимательно. Вы обе должны уехать отсюда, одна завтра, вторая — через несколько дней. Никому ничего не говорите. Просто соберите вещи и уезжайте. Встретитесь в Сан-Антонио. В отеле поселитесь под вымышленными фамилиями. После того, как вы снова будете вместе, позвоните Беверли в Лос-Олтос. Она переведет пятьдесят тысяч долларов на ту фамилию, которую вы ей назовете. На эти деньги купите наиболее комфортабельный «Уиннбаго»[38], достаточно большой, чтобы в нем хватило место нам троим. Зарегистрируйте фургон на вымышленную фамилию и поставьте его на стоянку. Снова позвоните Беверли и скажите, где вы находитесь. Я вас найду.

— Что все это значит, Пастырь? — спросила Чарли.

— Объяснять у меня нет времени, но можете не волноваться. Опасность нам не грозит. — Он оглядел девушек. — Вы поняли, что мне от вас нужно?