Гарольд Роббинс – Соблазнитель душ (страница 55)

— Но я полагаю, что есть одно упущение. Я говорю о нашей компании льгот. Потенциально сотрудничество с церквями черных может приносить до трех миллионов долларов в год. И мы должны подчеркнуть значимость мистера Вашингтона для нашей церкви, назначив его заместителем пастора и введя в совет директоров. Если члены совета согласны с моей поправкой, я готов поставить на голосование предложение в целом.

— Поправка доктора Толбота более чем логична, — нарушил тишину голос Рэндла. — Предлагаю голосовать.

Предложение приняли единогласно.

Вновь поднялся Крэйг.

— Вношу предложение закрыть заседание совета директоров и провести специальное заседание через два дня, с участием новых членов.

Предложение поддержали, а затем приняли.

Маркус последовал за Пастырем в его кабинет. Заговорил, лишь закрыв за собой дверь:

— Вы что-нибудь об этом знали?

— Нет, — Пастырь направился к столу. — А вы?

Маркус покачал головой.

— Их предложение — как снег на голову. Им удалось сохранить подготовку в глубокой тайне.

— Похоже, что так.

— Происходящее можно истолковать как их желание избавиться от вас, — продолжил Маркус.

Пастырь улыбнулся.

— Попытаться они могут. Но у них ничего не выйдет. Дом Господний церкви триумфа христианской Америки зарегистрирован в Лос-Олтосе, штат Калифорния, и все акции на мое имя.

— Вы хотите сказать…

Пастырь кивнул.

— В Черчленде мы не более чем квартиросъемщики. Если дело дойдет до открытой стычки, я смогу провести собрание держателей акций и уволить весь совет директоров.

— Интересно, знает ли об этом старик?

— Должен знать, хотя, возможно, и думать об этом забыл. Он слишком занят собственными планами, чтобы помнить подобную мелочь.

— Вам понадобятся опытные юристы.

— Едва ли. Однажды, в моем присутствии Беверли консультировалась у одного нью-йоркского адвоката, и мне навсегда запомнились его слова.

— Какие же?

— Не отдавай то, чего не просят, — Пастырь улыбнулся. — А Рэндл никогда не будет просить меня. Иначе я, скорее всего, отдал бы ему все эти акции.

— Значит, все не так уж плохо, — улыбнулся Маркус. — У меня возникла интересная идея насчет передачи. Мы не так давно говорили об этом. Выслушаете меня?

— Разумеется.

— Вы помните Джимми и Ким Хикокс?

— А кто не помнит? Двадцать лет тому назад это был самый популярный дуэт. Их постоянно показывали по телевизору, а пластинки расходились миллионными тиражами. Потом совершенно неожиданно они канули в небытие и долгие годы о них никто ничего не слышал. Но лет семь тому назад они начали появляться вновь в религиозных передачах и теперь за ними гоняются все телепроповедники. Симпатичные, аккуратно одетые, чистенькие, они олицетворяют домашний уют, который так нравится людям.

— Я переговорил с ними. Им хочется сделать свою передачу. Пять раз в неделю. И они оба относятся к вам с большим уважением.

— Сколько это будет нам стоить?

— Они просят пять тысяч в неделю при годовом контракте. Еще десять тысяч в неделю уйдет на запись передач, двадцать — на оплату эфирного времени. То есть их программа обойдется нам менее чем в два миллиона долларов в год.

Пастырь посмотрел на Маркуса.

— Вы сможете привезти подписанный ими контракт к следующему заседанию совета директоров? То есть через два дня?

— Думаю, да. Но мне придется слетать в Лос-Анджелес. Они живут там.

— Так чего мы ждем? — улыбнулся Пастырь. — Я позвоню в аэропорт и распоряжусь, чтобы вам подготовили наш самолет. Возвращайтесь с контрактом. Преподнесем им маленький сюрприз. По крайней мере, они не смогут пожаловаться, что мы не пытаемся увеличить нашу аудиторию.

Когда Маркус ушел, Пастырь вновь пролистал документы из синей папки, которую принес из зала заседаний. Может, идея не так уж плоха? Люди хорошие, высококлассные специалисты. Если они возьмут на себя черновую работу, у него появится свободное время. И отношения с Джейн наладятся, она не будет так остро чувствовать свое одиночество.

Он позвонил домой. Трубку сняла служанка.

— Позовите, пожалуйста, миссис Толбот.

— Не могу, сэр. Она уехала с детьми.

— Сказала, куда?

— Нет, сэр.

Пастырь опустил трубку на рычаг. Что ж, он поговорит с ней позже. Нажал на клавишу аппарата внутренней связи.

— Слушаю, сэр, — ответила секретарь.

— Соедините меня с мистером Вашингтоном в Лос-Олтосе.

Не прошло и минуты, как в трубке уже слышался голос Джо.

— Поздравляю вас, преподобный Вашингтон. Отныне вы — член совета директоров и заместитель пастора церкви.

— С чего мне такое счастье? — рассмеялся Джо. — И я буду получать больше денег?

— Вероятно, — рассмеялся и Пастырь. — Главное в том, что ты стал первым черным пастором в церкви для белых.

— Ясно. У меня тоже есть новости.

— Какие же?

— Ты помнишь пастора из церкви Литл-Ривер, к которому мы ездили вместе?

— Конечно. Пастор Уиллард.

— Он самый. Помнишь, как он жаловался насчет того, что не может ублажить свою молодую жену?

— Помню.

— Он говорит, что в ночь первой телепроповеди произошло чудо. Толпа в церкви так вдохновила его, что прямо после службы он залез на жену и сделал все, что от него требовалось.

— Это прекрасно, — улыбнулся Пастырь. — Как ты об этом узнал?

— Он позвонил мне, — Джо рассмеялся. — Его жена только что родила мальчика весом в восемь фунтов. Он даже хочет назвать его в мою честь.

— Почему в твою? — спросил Пастырь.

Вновь в трубке раздался смех Джо.

— Он говорит, что в ту ночь я вернул ему мужскую силу.

ГЛАВА 9

Пастырь закончил читать текст, написанный на листке бумаги, который он держал в руках, поло жил его на стол. Звукооператор прокрутил пленку назад, включил запись, чтобы режиссер мог ее прослушать.

Вот и режиссер поднял руку с сжатыми в кулак пальцами, показывая, что он доволен качеством, снял наушники.

— Думаю, это пойдет, доктор Толбот. Если вы снимете телефонную трубку, мы подключим магнитофон к вашей линии, чтобы вы сами услышали, как это звучит.

Пастырь кивнул и потянулся к телефону Звукооператор вновь прогнал пленку назад и включил запись. В ухе раздался его собственный голос: