Гарольд Роббинс – Соблазнитель душ (страница 51)
— Выпью с удовольствием, если вас это не затруднит.
Он наблюдал за ней, пока его соединяли с Черчлендом. Высокая девушка, на голову выше мужа, кожа чуть светлее, столь же курчавые волосы. Высокая грудь, полные бедра, обтянутые платьем. Полная противоположность изящной, грациозной Беверли. Конечно, у обеих были свои достоинства, но чувственность сестры Уиллард не вызывала сомнений. Он не мог понять, почему такая женщина вышла за пастора. Секретарь не смогла найти Пастыря. Джо попросил передать, что Уиллард подпишет соглашение. Он уже вешал трубку, когда миссис Уиллард поставила на стол чашечку дымящегося кофе.
— Доктора Толбота нет. — Джо сел.
— Жаль. — Она по-прежнему стояла.
— Ничего. Ему передадут все, что нужно. — Он посмотрел на нее, улыбнулся. — Почему бы вам не присесть, миссис Уиллард?
Она молча опустилась на стул напротив него. Джо пригубил кофе.
— Вы умеете варить кофе.
— Спасибо на добром слове. — Она смотрела ему в глаза.
— Похоже, дело пошло, сестра Уиллард. Если в церкви всегда будет столько народу, вы сможете бросить работу.
— Мне нравится работать.
— Даже если в этом нет необходимости?
Она кивнула.
— Работа отвлекает от мыслей.
Он отпил кофе.
— Каких мыслей?
Она замялась, отвела глаза.
— Дьявольских мыслей. Греховных.
— Всем нам иной раз приходят в голову греховные мысли.
Она не отрывала взгляда от стола.
— Иной раз — это ничего, но меня они преследуют постоянно. Пастор Уиллард — очень хороший человек. Когда я выходила за него замуж, я не была добропорядочной девушкой. Но я думала, после свадьбы греховные мысли уйдут. Однако они остались.
— Ты обращалась к Иисусу за помощью?
— Да. Каждый день. — Она посмотрела на Джо. — Но дьявол во мне слишком силен. Даже когда вы стояли у телефона, он заставил меня смотреть на выпуклость на ваших брюках. И мне казалось, что она становится все больше и больше.
— Вам это не казалось, сестра Уиллард. — Джо поставил чашку. — Дьявол был и во мне.
У нее округлились глаза.
— Так что же нам делать, брат Вашингтон?
— Встанем на колени и помолимся Иисусу. Попросим его помочь нам. Джо опустился на колени, она обошла стол, присоединилась к нему. Он услышала, как ахнула миссис Уиллард, когда соприкоснулись их плечи.
Джо сложил руки перед грудью.
— Иисус, посмотри на нас, несчастных грешников, и именем Своим прикажи дьяволу сладострастия покинуть нас.
Она повернулась к нему.
— Что, если Он нас не слышит?
Одной рукой Джо притянул ее к себе, а второй расстегнул молнию брюк.
— Есть много способов изгнать этого дьявола.
ГЛАВА 6
— Ниггеры! — пренебрежительно бросил Рэндл. — Поначалу твоя идея льгот показалась мне блестящей. Но тысяча четыреста негритянских церквей на пятьсот тридцать обычных баптистских — это уж чересчур. Еще немного, и они заполонят Черчленд, не оставив места для белых.
Пастырь посмотрел на него.
— Места тут достаточно, и вы это знаете.
— Может, и достаточно, — с неохотой согласился Рэндл. — Но какой уважающий себя белый захочет остановиться в отеле, зная, что в соседнем номере спит ниггер? Или что другой ниггер спал в этой самой кровати прошлой ночью?
— И ел в том же ресторане? — сухо спросил Пастырь.
Сарказма в его голосе Рэндл не уловил.
— И это тоже.
Пастырь покачал головой.
— Возможно, им это не понравится, но придется с этим примириться. Помимо того, что в подобном отношении к черным нет ничего христианского, в нашей стране приняты законы о равенстве людей независимо от цвета их кожи.
— Это те самые законы, от которых мы стараемся избавиться, — отрезал Рэндл. — И надеюсь, добьемся этого.
Пастырь молчал.
— Разве ты не понимаешь, сынок, — теперь Рэндл говорил куда спокойнее, — что этот путь ведет к крушению баптистской церкви?
— Я так не думаю, — возразил Пастырь. — Вам же известно, что из более чем восьмидесяти тысяч баптистских церквей почти половину составляют негритянские? Из каждых десяти баптистов четверо — черные. Мы прогнали через компьютер некоторые статистические данные и получили очень интересные результаты. Через десять лет черных среди баптистов будет больше, чем белых.
Рэндл вытаращился на него.
— Я тебе не верю.
— Могу показать вам распечатку. Программу готовила Джейн.
— Плевать мне на твои распечатки. Я не хочу, чтобы ниггеры бегали по моей земле.
— Вы имеете в виду Черчленд?
— Вот именно. Земля и все, что на ней построено по-прежнему принадлежат мне.
Пастырь ответил ему долгим взглядом.
— Вы хотите, чтобы мы перебрались в другое место?
— Я этого не говорил. Я лишь хочу, чтобы ты порвал с церквями для черных.
— Мне представляется, что это будет ошибкой. За год мы уже получили от них более полутора миллионов долларов, и наши успехи вдохновили других телепроповедников. Пат Робертсон уже готовит для своего помощника Бена Киншоу передачу, ориентированную на негров, Орэл Робертс помогает Фреду Прайсу из Лос-Анджелеса расширить круг телестанций, которые транслируют его проповеди, с тридцати пяти до ста.
— Джерри Фолуэлл в этом не участвует.
— Это не совсем верно. Я знаю, что выпускники и преподаватели колледжа Свободных баптистов все чаще и чаще появляются в церквях для черных, предлагают свою помощь. Они даже пообещали несколько стипендий неграм.
— Как ты это узнал?
— Ко мне поступило несколько жалоб из церквей, в которых они раздавали «Известия «Морального большинства». Мы провели расследование и выяснили, что многие черные недовольны, поскольку полагают, что политические цели, преследуемые этой газетой, направлены против них.
— Все потому, что они живут на социальное пособие, — фыркнул Рэндл. — И не хотят зарабатывать деньги.
— Это не так. Но я не стану с вами спорить. Некоторые негритянские церкви решили объединиться и издавать свою газету. Они обратились к нам за помощью.
— Это уж слишком. Я говорил тебе, что их цель — подмять нас под себя. Ты, разумеется, отказал.
Пастырь покачал головой.
— Я не мог. Откликаться на просьбу паствы — обязанность церкви. Это основной догмат баптистской веры. Каждая церковь имеет полное право определять свою политику в толковании Святого писания и участия в общественной жизни. Именно поэтому в нашей стране существует более двадцати баптистских течений.