Гари Майерс – Тёмная мудрость: новые истории о Великих Древних (страница 29)

Мне, знаешь ли, известно, кто ты такой. Это оказалось нетрудно вычислить по оставленному тобой следу. Кусочки головоломки легко сложились вместе. Мне известно, кто ты такой и что задумывал, ныне и в твоей прошлой жизни три тысячи лет назад. Мне известно, какая цель привела тебя ко двору Нефрен-Ка. Известно, что ты превратил фараона в свой инструмент, чтобы легче было её достичь. Известно, что, когда инструмент сломался — фараон пал, ты отступился от своей цели и отправился в смерть следом за ним. Но смерть для тебя — не то же самое, что для нас, смертных. Она оказалась только ожиданием. Ожиданием более плодородной почвы, более удачного времени, когда ты смог бы посеять свои семена зла. Ожидание нынешних времён.

Неплохой был замысел. За три тысячи лет мир разительно переменился, большей частью тебе на руку. Твой мир — это маленький замкнутый край под пятой замшелого жречества. Мой же мир дарит религиозную свободу и неограниченные возможности глобального взаимодействия. Населяющие его люди пресытились старыми истинами и жаждут новых. Разве не сможешь ты заполучить в подобном месте и времени великих последователей? Разве не отважишься ты на великие свершения? Ты сумел бы очистить мир огнём и кровью. Ты даже сумел бы вернуть твоих пред-египетских богов.

— Но что-то пошло не так, верно? Произошло что-то, отчего ты задержался тут, скрываясь в музейном подвале. Нечто, куда сильнее, чем необходимость приспособиться к странной новой жизни в этом странном новом мире. Разумеется, дело в этих твоих жрецах. Может, в чём-то они и были мудры, но во всём прочем довольно невежественны. Они не знали, какие органы необходимы телу для успешного возрождения, поэтому не видели причин обходиться с твоим телом иначе, чем с любой другой мумией. Наверняка, это оказалось потрясением — очнуться вот так: жизненно важных органов нет, а в груди, животе и даже голове пусто, кроме горстки сушёных трав. Это определённо ударило по твоим замыслам, потому что теперь тебе не удастся прикинуться человеком среди людей. Вот поэтому ты и спрятался здесь, днём изображая мертвеца, а ночью разыскивая знания, нужные, чтобы исправить причинённые тебе бальзамировщиками повреждения. Знания, которые требуются, чтобы ты полностью возродился.

— Не знаю, сколько на это у тебя уйдёт времени. Не знаю даже, как давно ты это начал. Но одно я всё-таки знаю. Рано или поздно, имея в своём распоряжении все тёмные силы, ты достигнешь успеха. Нельзя сидеть сложа руки и позволить этому произойти, потому что я знаю, что это принесёт будущему моей цивилизации. Во я и пришёл покончить с твоими планами, а заодно и с тобой.

— Сперва поглядим, вправду ли твоя египетская магия помогает тебе вернуться из мёртвых. Я учёный, знаешь ли, и не могу упустить такую уникальную возможность пополнить человеческие знания. А затем…

Здесь Пол помолчал и нащупал ободряюще тяжёлый револьвер в кармане лабораторного халата.

— Затем поглядим, сумеет ли моя технология двадцатого века вновь отослать тебя в царство смерти. Потому что прежде всего — я человек.

7

Что за никчёмная неделя выдалась, — думал Говард следующим утром, когда вышел из своего кабинета, направляясь в рентгеновскую лабораторию. За две ночи ещё два взлома, а поймать грабителя так и не сумели. Некоторое время казалось, что поиски почти завершились, когда нашлось тайное логово грабителя, а его изображение запечатлелось на видеокассете Пола О'Нила. Но от изображения нет толку, если никто не сумел опознать вора, и нет толку знать, где его логово, если он туда не возвращался. Поэтому лучше от этих находок не стало.

На самом деле, стало даже хуже, учитывая, что случилось с Полом из-за его зацикленности на этой загадке. Говард всерьёз переживал за этого молодого человека. Беспокоиться он начал два дня назад, когда Пол в первый раз заявился к нему с нелепыми теориями насчёт Ньярлатхотепа и картеровской мумии. Вчера Говард встревожился ещё сильнее, когда слишком явно обнаружилось, что зацикленность молодого человека угрожает выйти из-под контроля. Но вряд ли могло оказаться иначе, если он связался со смертельной отравой оккультизма. Возможно, отчасти был виноват и Говард — что прямо не предостерёг об этом. Но Пол мог бы спросить, откуда ему это известно, а Говард не желал по прошествии стольких лет вспоминать ошибку своей молодости или не такую уж невинную роль, что она сыграла в гибели бедняги Бертрана.

Вдобавок, он до сих пор надеялся, что Пол всего лишь переусердствовал на работе и для восстановления ему требуется немного отдохнуть. Но эта надежда казалась довольно неразмной, учитывая утреннюю новость. Оказывается, Пол исчез. Его жена уже два раза звонила и спрашивала о нём. Она сообщила, что Пол вчера вечером ушёл из дома, объяснив, что идёт в музей, на какие-то поздние работы. Она сказала, что он не возвращался. Говард не знал ни о каких поздних работах, но в записях поста охраны указывалось, что Пол вчера возвращался около десяти вечера, а спустя час опять ушёл. Говарду оставалось только посоветовать миссис О'Нил сообщить в полицию. Однако он сделал себе заметку — если её муж найдётся, пусть она уговорит его записаться к психиатру.

Но сейчас придётся разбираться с другой проблемой. У дверей лаборатории поджидал рентгенолог в белом халате.

— Вот и я, — проговорил Говард. — Что тут у тебя? По телефону ты сообщил, что наш грабитель опять нанёс удар.

— Вроде того, — ответил рентгенолог, сопровождая Говарда в лабораторию. — Этим утром я сделал ещё несколько снимков головы картеровской мумии, на замену некоторым смазанным снимкам. Закончив проявлять, я повесил их рядом со старыми, сравнить результатов. Я обнаружил… Но сами посмотрите.

Говард изучал призрачные изображения, качающиеся перед флуоресцентным экраном. Даже его ненамётанный взгляд нашёл отличия.

— Не может быть!

— Вот и я так сказал, когда увидел. Но это очевидно. У этих двух черепов совершенно разная форма. Нельзя отмахнуться от факта, что это не та же самая мумия.

Но, казалось, Говард его не слышит.

— Дурак! — тихо произнёс он. — Несчастный проклятый дурак! — Потом он отступил на два шага и обрушился в поджидающее кресло.

— Доктор Говард, вам плохо? Могу ли я чем-нибудь помочь?

— Да. Позвоните в полицию. Пускай они прямо сейчас пришлют сюда кого-нибудь. Скажите им… скажите, что Пол О'Нил сбежал с ценной мумией. Скажите, что он ненормальный, возможно, опасный. Может, они сумеют его остановить. Ещё скажите им, чтобы они позвонили его жене и договорились забрать его зубные слепки.

— Зубные слепки? Пола О'Нила?

— Да, парень! Ты что, ослеп, что ли? Взгляни на челюсти! С каких это пор в зубах у древнеегипетских мумий современные пломбы?

Шоу ужасов

1

Подняв взгляд от бокала, Лайза увидела, что прямо у её столика стоит парень. Он оказался высоким, стройным и довольно привлекательным, на спокойный интеллигентный лад. Искреннее и дружелюбное лицо. Единственной уступкой клубу была футболка Мискатоникского университета. Во всём остальном он выглядел здесь так же неуместно, как и сама Лайза.

Парень выдвинул из-под столика стул и сел.

— Этим вечером я собирался встретиться с несколькими друзьями, но они немного задержались. Тут я заметил, что ты сидишь одна и выглядишь так, словно тебе позарез требуется компания. Меня зовут Аарон.

— Я — Лайза.

— Ты не ходишь сюда постоянно, Лайза?

— А разве не видно? Нет, я не готка, если ты об этом спрашиваешь. Раньше я никогда сюда не заходила. Наверное и сейчас бы не зашла, если б подруга не заставила. Она решили, что это мне поможет или что-то типа того.

— И это помогло? То есть, я имею в виду, помогло тебе.

— Как видишь, не очень. Но, наверное, я сама виновата. Когда моя подруга предложила такое, я поняла, что идея неудачная. Но, когда она посулила мне провести экскурсию и познакомить с несколькими родственными душами, то появилась надежда, что всё пройдёт сносно. Но, почти сразу же, как мы сюда зашли, она подцепила какого-то недоделанного вампира и смылась с ним на несколько часов обоюдного кровопускания. Как удачно, что я приехала на своей машине. Вот теперь даже не знаю, дожидаться её или пусть сама добирается домой.

— Понимаю, как это бесит.

— И это ещё меньше половины. Плюс такой пустяк, как родственные души, с которыми я собиралась встретиться. Вот эта часть меня реально вгоняет в депрессию.

— А? С чего бы это?

— И ты ещё спрашиваешь? — Лайза обвела рукой комнату. — Да посмотри на них! Все в чёрном, словно только что вернулись с похорон королевы Виктории. Волосы тоже окрашены в чёрный. Знаю, видела у них отросшие корни. Лица белые, потому что избегают солнца или, во всяком случае, размалёваны для такого впечатления. А уж гримасы на этих лицах! Могу поклясться, они часами сидят перед зеркалом, добиваясь идеальной смеси натужного страдания и унылой тоскливости. Но это всё ненастоящее. Всё это притворство и подделка. Под своим обликом они просто обычные люди, вроде нас с тобой, обычные люди, которые пытаются забыть, насколько обычные.

— Не скажу, что ты ошибаешься, — с улыбкой ответил Аарон. — Но, в конце концов, а чего ещё ты ждала?

— Ждала? — Такой вопрос оказался неожиданностью. До этого момента Лайза даже не сознавала, что чего-то ждёт. Однако, всё же…