Гарет Браун – Книга дверей (страница 17)
Как же Кэсси любила это все! Наблюдать за другой частью мира, занятой своими делами, чувствовать, как все здесь звучит и пахнет. Подъев с тарелки последние крошки круассана, она осознала, что любит наблюдать за
Она достала из кармана Книгу дверей и, глотнув кофе, принялась ее листать, задерживая взгляд на набросках, которые раньше не встречала, на фрагментах нечитаемого текста. Всякий раз, открывая книгу, она как будто обнаруживала там страницу, которой до этого не замечала. Или, возможно, сама книга постоянно менялась и в ней все время появлялось что-то новое – например, места, которые Кэсси успела посетить.
Кэсси допила кофе, расплатилась карточкой и вышла из-под укрытия на освежающий утренний дождик. По дороге обратно к гостинице она поняла, что начало светлеть, однако этот мрачновато-зимний свет был неспособен полностью разогнать тени. Она пробиралась сквозь людской поток, сталкивалась со встречными пешеходами, но уже много лет не была так счастлива и спокойна. У входа в отель она нащупала в кармане Книгу, а затем открыла дверь в свою нью-йоркскую спальню по другую сторону океана в нескольких часовых поясах отсюда. На парижской улочке за спиной у нее обернулась молодая пара – возможно, они заметили мелькание радуги в кармане у Кэсси или же кое-что необъяснимое в проеме, – однако Кэсси захлопнула дверь раньше, чем они опомнились и осознали, что именно видят. Через минуту она рухнула на свою кровать, опустошенная, возбужденная, и уснула, прижимая к груди Книгу дверей, как прижимает ребенок любимую игрушку.
Когда на следующий день Кэсси притащила свое измотанное тело на работу, миссис Келлнер, смерив ее быстрым взглядом, спросила:
– У тебя не грипп? Ты будто помираешь.
Кэсси ответила ей сонной улыбкой:
– Со мной все хорошо. Просто засиделась допоздна с книжкой.
Возможности и ограничения
На следующий день после ночных прогулок по Венеции, Праге и Парижу Кэсси, вернувшись с работы, вновь захотела отправиться туда, где бывала восемь лет назад. Она скинула пальто и заскочила на кухню, чтобы на дорожку подкрепиться сандвичем. Распахивая холодильник, она наткнулась взглядом на открытку, прилепленную к дверце так давно, что никто ее уже не замечал. Прислали ее несколько лет назад родители Иззи из путешествия по Египту, на ней была изображена церковь с распахнутой дверью и двориком. Кэсси какое-то время спокойно разглядывала картинку, держась за ручку холодильника.
И вдруг в животе у нее будто взорвался фейерверк: она осознала, какие возможности теперь ей открыты. В голове крутился вопрос: «А получится ли?..»
Кэсси никогда не бывала в Египте. И никогда не проходила через дверь с открытки. Но ей стало интересно, получится ли? Почему вдруг она решила, что Книга действует только на двери, которые Кэсси трогала и открывала в реальной жизни?
– Всякая дверь – любая дверь, – пробормотала она.
Забыв про сандвич, Кэсси сняла открытку с холодильника, проскользнула в спальню и закрылась. Потом, взяв Книгу дверей в одну руку, а открытку – в другую, вгляделась в картинку с дверью в далеком уголке земли.
– Ну давай же, – попросила она и, закрыв глаза, попробовала представить,
После нескольких неудачных попыток Кэсси все-таки открыла дверь, за которой ее встретили темнота, теплый воздух и двор с пальмами. Слева в конце двора возвышались башни-близнецы Висячей церкви в Каире, устремляя в небо одинаковые кресты. Вдали слышался шум города, совсем не похожего на Нью-Йорк. Кэсси вышла под каирское небо и обернулась: за старой деревянной дверью виднелась ее спаленка с мягким светом ночника и кроватью под зашторенным окном.
– Вот это да, – произнесла она.
Книга дверей даже лучше, чем казалось прошлым вечером. Ей доступен целый мир, любой город, любая улица, куда угодно можно теперь попасть в мгновение ока, лишь бы там была дверь.
Кэсси еще раз взглянула на открытку у себя в руке, потом осмотрелась вокруг и хихикнула, не веря в происходящее.
Она могла попасть
Ее всю трясло от возбуждения, в глазах стояли слезы; она никак не могла взять в толк, почему мистер Уэббер подарил книгу именно ей. Чем она заслужила это чудо?
Кэсси замотала головой, отгоняя сомнения, дабы не впасть в меланхолию.
– Ты же в Каире! – приструнила она себя.
На континенте, куда прежде не ступала ее нога. Она глядела на церковь, восторгаясь ее спокойной, простой красотой, наслаждалась новизной этого места.
Всю ночь Кэсси провела в поисках фотографий дверей из разных уголков мира, где никогда не бывала, чтобы затем отправиться туда, раздвигая границы возможного. Она переносилась в новые для себя города Америки, открывала двери то на обзорную площадку в небе над Токио, то в пекинскую библиотеку, то в гостиницу Рио-де-Жанейро, где пересекла вестибюль и через другую дверь снова попала в свою спальню. Она испытывала Книгу дверей, желая найти пределы этого чуда. И пределов не видела.
Кэсси могла попасть
На следующий день Кэсси вернулась с работы поздно. Дома ее ждала, сидя на диване, Иззи.
– Ты как? – спросила Иззи, меряя Кэсси взглядом.
– Отлично, – небрежно ответила Кэсси, скинув на край дивана пальто.
Потом, пройдя на кухню, поставила сумку и достала оттуда купленные по дороге сандвич и фрукты. Перед путешествием она собиралась наскоро перекусить.
– Выглядишь уставшей, – заметила, поднимаясь, Иззи. – Тебе бы выспаться.
Кэсси кивнула, откусила яблоко и вытряхнула содержимое сумки на диван рядом с пальто.
– С фруктами негусто.
Иззи вежливо улыбнулась.
– Что не так? – спросила Кэсси чуть резче, чем собиралась.
Иззи со вздохом отвела взгляд.
– Да ладно уж, говори, – смягчилась Кэсси. – Я не обижусь.
– Сядь сюда.
Они уселись на диван друг напротив друга. Иззи заговорила не сразу, будто с трудом подбирала слова.
– Ты ведь продолжаешь пользоваться книгой, да? – спросила она.
Кэсси не ответила, не подтверждая, но и не опровергая обвинение.
– Это небезопасно, – продолжила Иззи.
– Ты не можешь этого утверждать, – возразила Кэсси.
– Ты не знаешь, что это такое, откуда появилось и что оно делает! – затараторила Иззи. – Ты думаешь только о приключениях, которые книга тебе открывает. Но ты не знаешь, какова цена!
– Что еще за цена?
– У таких штук всегда есть цена!
– Никаких таких штук не существует! – неожиданно для себя разозлилась Кэсси. – Ничего подобного больше нет, Иззи. Речь о магии!
– Она пугает меня, – тихо призналась Иззи. – И меня пугает то, что тебя это не пугает.
На мгновение Кэсси задумалась над словами подруги, попыталась рассмотреть их под разными углами, понять, действительно ли она действует неразумно. Ей не хотелось огорчать Иззи, но отказаться от Книги дверей было немыслимо. Книга дала ей то, чего не смогла дать вся предыдущая жизнь – игру за гранью возможного, восторг, загадку, чудо. Она не понимала, как Иззи этого не видит.
Еще раз откусив яблоко, Кэсси задумалась, как помочь Иззи увидеть, понять.
– Давай покажу тебе кое-что? – предложила она.
Иззи прищурилась, словно подозревая ловушку.
– А от меня потребуется проходить куда-нибудь через дверь?
Кэсси отложила на столик наполовину съеденное яблоко и протянула Иззи руку, предварительно вытерев ладонь о джинсы.
– Просто пойдем со мной. Один разочек? – попросила она. – Ну пожалуйста.
Иззи вгляделась ей в глаза и уступила.
– Ладно. Только за липкую от яблока руку я, чур, не буду хвататься.
Через дверь Кэсси провела Иззи в просторное круглое помещение со стеклянными стенами. Рядом неспешно бродили люди, слышались негромкие разговоры, но столпотворения не ощущалось.
– Где мы? – спросила Иззи, вглядываясь в лица других людей.
– За мной, – махнув, позвала Кэсси.
Они подошли к прозрачной стене, внизу простиралось бескрайнее море зданий и улиц под дымчато-голубым небом. На горизонте возвышалась огромная геометрическая фигура – идеально симметричный треугольник с белой шапкой на вершине.
– Вау! – воскликнула Иззи. – Где это мы?
– В Токио, – ответила Кэсси, разглядывая сетку улиц под ногами. – Если точнее, на смотровой площадке токийского столичного правительственного здания. А это, – она постучала пальцем по стеклу, указывая на фигуру на горизонте, – гора Фудзи. Видала когда-нибудь более горную гору?
Иззи улыбнулась.
– А я думала, лучший город земли – Нью-Йорк. Но это… – она медленно покачала головой, – это Нью-Йорк в десятой степени.
– Ага, – согласилась Кэсси.