Гарет Браун – Книга дверей (страница 11)
Лунд наблюдал, как Азаки взял книгу в руку. Появились огоньки, вокруг книги заплясал разноцветный вихрь. У Лунда отвисла челюсть: впервые в жизни он был действительно потрясен.
– Смотри. – Азаки кивнул на пустую тарелку Лунда, на которой вновь лежала еда.
Лунд потрогал – на ощупь еда была как настоящая. И выглядела как настоящая.
– Она не пахнет, – сказал он.
– Это иллюзия, – ответил Азаки и улыбнулся, распираемый гордостью.
Потом Азаки расслабился, положил книгу на стол, и вихрь огоньков исчез, словно кто-то взял и выключил свет, а тарелка Лунда вновь опустела.
– Взгляни-ка, – сказал Азаки, открывая книгу.
Он пролистал несколько страниц и, найдя, что искал, повернул книгу к Лунду – там был грубый набросок тарелки с едой, которую Лунд только что видел, трогал и нюхал.
– Охренительно, правда?
Лунд лишь кивнул в ответ: это было охренительно, по-другому не назовешь.
Он не знал, зачем Азаки раскрыл ему свой секрет, но предположил, что тот считает его дурачком. Лунд к такому привык. Сначала все подмечали его рост, потом – неразговорчивость и в итоге решали, что он тупой. Лунду нравилось, что его недооценивают, и как бы ему ни был симпатичен Азаки со своей непринужденностью, у Лунда не возникало ни малейшего желания его разубеждать.
Когда они вернулись в гостиницу около порта Антофагасты, Азаки заявил, что пойдет выпить в бар один. Лунд понял намек и поднялся в свой полулюкс на верхнем этаже. Взял в минибаре пиво и встал у окна: ему нравился вид на порт. Нравилось наблюдать, как кипит работа и снуют люди.
Лунд отхлебнул пива и задумался об Азаки. Внутри тот был мягким и добрым. Лунд не считал это недостатком – именно по этой причине он, в общем-то, столько времени с ним и путешествовал.
Азаки вернулся в номер раньше, чем ожидал Лунд: прошло чуть больше часа. Достал из минибара пиво и, следуя примеру Лунда, уселся на один из диванов.
– Пора нам вернуться в США, – заявил Азаки. – Полетим в Нью-Йорк.
Лунд посмотрел на него. Во взгляде Азаки читалось, что мыслями он далеко. Такое бывало раньше, когда он грустил или выпивал, или же грустил и выпивал одновременно.
– Хорошо, – ответил Лунд.
Он был не против. В Нью-Йорке он бывал лишь раз, очень давно. И с удовольствием вернулся бы туда.
После нескольких бутылок пива они развалились на диванах – каждый в своем углу, – и Лунд попросил: «Покажи».
Азаки театрально вздохнул, но Лунд знал: тот любит демонстрировать свое мастерство.
– Так и быть, – согласился Азаки.
Он взял Книгу иллюзий и на мгновение закрыл глаза. Книга засияла разноцветными красками, а затем вся комната озарилась светом и с потолка на них обрушился водопад радужных искр. Лунд, откинувшись, созерцал иллюзию, постепенно проваливаясь в сон.
– Наслаждайся, – проговорил Азаки. – Завтра нас ждет новое приключение.
Лунд поднял бутылку, отвечая на тост, и снова повернулся к огням.
Он не верил, что на следующий день они с Азаки что-нибудь найдут. Они ничего не нашли за все девять месяцев путешествий, но Лунд будет рад отправиться в путь, рад узнать как можно больше о неведомом мире волшебных книг.
Квартира мистера Уэббера и расследование Иззи
Наутро после почти бессонной, но полной впечатлений ночи Кэсси прихватила Книгу дверей и отправилась на поиски ответов.
Начала она с дома мистера Уэббера – четырехэтажного кирпичного здания на Восточной девяносто четвертой улице, фасад которого расчертил черный зигзаг пожарной лестницы, укрытой толстым слоем снега. Кэсси подергала входную дверь, но та была заперта. Тогда Кэсси вспомнила про Книгу, нащупала ее в кармане, представила, как открывает дверь и проходит внутрь, затем вновь потянула за ручку – без толку.
– Ну почему? – с досадой воскликнула она, выпуская в воздух облачко пара.
Она удостоверилась, что поблизости никого нет, и, вытащив книгу, предприняла еще одну попытку: дождалась радужной ауры и дернула за ручку. Дверь дома мистера Уэббера по-прежнему не поддавалась.
– Что я делаю не так?
Она застыла в раздумьях. Все путешествия накануне начинались с незапертых дверей – в квартире, на террасе отеля. Дверь же мистера Уэббера была закрыта, и в этом – единственное отличие. Если Кэсси не смогла бы войти в нее без Книги дверей, то почему с книгой должно получиться?
– Нельзя открыть закрытую дверь, – заключила она.
Книга дверей могла превратить одну дверь в другую, только если первая не заперта.
– Хм, – произнесла Кэсси, осмысливая этот факт. Звучало правдоподобно. Чтобы пройти в закрытую дверь, нужно найти открытую. Гипотезу стоило проверить.
Она вернулась на Вторую авеню и, весело насвистывая, стала разглядывать дома на обеих сторонах улицы. На глаза ей попался обнесенный строительными лесами вход в «Ситибанк». Обычная квадратная комната с пятью банкоматами без сотрудников.
– То, что надо, – пробормотала Кэсси.
Одной рукой она взялась за Книгу дверей в кармане, а другой – за ручку двери. Вспомнила дверь в доме мистера Уэббера, как она выглядит, какова на ощупь. Холодный металл, закрытый замок. Вспомнила, прочувствовала все до мельчайших деталей, и книга начала изменяться, твердеть. Кэсси увидела у себя в кармане искорки, будто кто-то запустил фейерверк в пещере, и с улыбкой потянула дверь на себя. Вот только вошла она не в банк, а в подъезд дома мистера Уэббера кварталом южнее, за углом. Вокруг все стихло, нос вдыхал лишь тепло и запах дерева.
– Круто, – пробормотала Кэсси, захлопнув дверь, за которой осталась Вторая авеню.
Только сейчас она поняла, как сильно переживала, что дверь с улицы заперта и магия может больше не сработать.
В Книге дверей Кэсси нашла изображение той двери. Там, где прежде была цветочная поляна, а затем венецианская улица, она обнаружила картинку с подъездом, в котором сейчас стояла. Она то опускала, то поднимала взгляд, сравнивая рисунок с действительностью.
– Невероятно, – улыбнулась Кэсси и взлетела по лестнице на верхний этаж.
Дверь в квартиру мистера Уэббера, единственная на этаже, оказалась закрыта. Кэсси предусмотрительно постучала: эхо резиновым мячиком скакало между стенами и плиткой на полу. Она выждала, но никто не ответил.
Теперь нужно было попасть в квартиру мистера Уэббера. Кэсси уже увидела, прочувствовала его дверь, и теперь, чтобы открыть ее, оставалось лишь найти другую, незапертую.
Тут Кэсси озарило. Она повнимательнее присмотрелась, пощупала ручку, как до этого на улице. Затем спустилась по лестнице, вышла из дома, повернула за угол и снова оказалась у «Ситибанка»; ее слегка раздражало, что приходится возвращаться, но она с нетерпением предвкушала, как вновь сотворит то ли шалость, то ли магию и отправится навстречу новым тайнам.
Спустя несколько минут она во второй раз зашла в «Ситибанк» и через закрытую дверь попала в прихожую мистера Уэббера. Не удержавшись, заглянула в книгу и отметила еще одно изменение – теперь рисунок изображал квартиру мистера Уэббера.
– Волшебство, – произнесла Кэсси, медленно качая головой.
Она испытывала трепет – не меньший, чем накануне, когда впервые воспользовалась книгой. А то и сильнее – ведь она продолжала экспериментировать, раздвигать границы возможного. К своей книге Кэсси уже чувствовала некоторую привязанность.
Коридор вывел ее в просторную кухню-гостиную с двумя широкими окнами на улицу. Комнату разрезали лучи водянисто-серого утреннего света, вдоль стен тянулись полки, аккуратно заполненные книгами. У окна стояло старомодное кресло с банкеткой для ног, по центру комнаты – двухместный диван, а напротив – деревянная тумба с маленьким квадратным телевизором. Справа располагалась зона кухни. Пахло деревом, кожей, книгами и кофе.
Кэсси пробежалась взглядом по книжным полкам, увидела Диккенса, Дюма, Томаса Харди и Хемингуэя, а также партитуры, пьесы и труды по теории литературы. Были там и современные книги: фэнтези, научная фантастика и хоррор – яркие издания в мягких обложках, занимавшие целый отсек. Но ничего похожего на Книгу дверей, никаких других волшебных книг.
Кэсси пересекла гостиную и попала в другой коридор, покороче, где были три двери. Туалет Кэсси не заинтересовал, а вот в полутемную комнату справа она заглянула. Там у стены стояла одиночная кровать, а в углу – старый шкаф. За маленьким окошком виднелся задний двор. В шкафу Кэсси обнаружила одежду, только принадлежала та отнюдь не пожилому мужчине, а скорее молодой женщине. Получается, мистер Уэббер когда-то жил с подружкой? Или, к примеру, с родственницей? Здесь тоже были книги – они ровным рядком выстроились на подоконнике. Издания в мягкой обложке, классика, современные авторы – довольно эклектичная подборка. Кэсси, одобрительно кивая, водила пальцем по корешкам: ей определенно нравился вкус того, кто собрал эту коллекцию. Коридор уперся в спальню – комнату куда просторнее, с большой двойной кроватью у дальней стены и одиноким окном, вдвое шире окон гостиной. Слева от входа располагался набитый одеждой встроенный шкаф, возле него аккуратно стояла обувь. Одежда мистера Уэббера. Кэсси узнавала шарфы, пиджаки, тонкий аромат его туалетной воды. И вновь потеря этого едва знакомого человека вызвала в ней грусть, которую она тут же отогнала.
Кэсси закрыла шкаф и подошла к окну, где по заснеженной улице вперевалку полз грузовик службы доставки. Зачем она пришла сюда? В квартире нет ничего значимого.