Галлея Сандер-Лин – Жених для няни (страница 47)

И я сдалась. Пусть всё идёт своим чередом. Сердце подскажет, что правильно, а что нет. Дима сейчас здесь, со мной, а не в объятиях Рижской, он приехал, сделал свой выбор. Так почему бы мне не сделать свой?! Или как минимум не начать активное движение в этом направлении.

Раздобыв большое купальное полотенце молочного цвета (хотя у меня был соблазн слегка подшутить и дать начальнику розовое), протянула его шефу сквозь приоткрытую дверь, глядя в противоположную сторону. Не знаю, разделся он или ещё нет, но не хочу за ним подсматривать, у меня и так сердце не на месте. В глаза бросился оброненный Егором халат. Нет, не могу дать его Диме, только не после другого мужчины, пусть мне и нечего предложить взамен. Хм. Может, спортивный костюм?

Я потопала к шкафу, краем уха улавливая бурную деятельность, которую развёл Зарецкий в моём доме. Представила, как он, завёрнутый в полотенце, бегает с тряпочкой и убирает с пола воду, и усмехнулась. Ну а что?! Сам виноват! Нечего было устраивать бедлам. Хотя эффектно получилось, не спорю. А ещё я отчаянно молилась, чтобы полуголого Егора не застал кто-нибудь из соседей по лестничной клетке, иначе обо мне поползут нехорошие слухи.

Мне самой, кстати, тоже давно пора полноценно одеться. На этот раз я выбирала наряд куда тщательнее: к Диме хотелось прийти красивой. После напряжённых размышлений надела новое чёрно-голубое платье по фигуре, которое во время покупки окрестила «для свиданий», но, разумеется, не опробовала ещё ни разу. Угу, отличное у нас с Димой будет сочетание: полуголый он и разодетая я. Может, переодеться?

— Ангелина, я закончил, всю воду вытер, — посигналил Дмитрий из-за двери. — Куда мне мокрые вещи положить?

— В ванную, я разберусь. Потом возвращайся сюда.

Он прошлёпал босыми ногами прочь, затем притопал обратно.

— Эм-м-м… — и стоит у моей двери. — Что дальше делать?

— Можешь надеть это. Прости, это всё, что есть, — я через приоткрытую дверь просунула ему чёрный с белыми надписями спортивный костюм.

Признаюсь честно, на этот раз не удержалась и смерила взглядом завёрнутую в полотенце мужскую фигуру, стоящую в полупрофиль. Всего пару секунд, но эта картинка теперь долго будет стоять у меня перед глазами. Какой же Дима обалденный! Широкие плечи, рельефные бицепсы и грудь, подтянутый живот. Да-а-а, теперь-то у меня в доме был правильный мужчина и в очень правильном виде. Нет, не буду переодеваться, к такому нужно идти только в самом лучшем! Прикрыв дверь, снова осмотрела себя в зеркале, пригладила волосы, пощипала щёки и немного покусала губы, чтобы прилила кровь.

— Ангелин, если закончила, можешь выходить. наверное. — в голосе шефа послышалась неуверенность.

Я поспешила наружу, вне себя от волнения, и поняла, из-за чего босс говорил таким тоном. В первые секунды едва не рассмеялась, но сумела сдержаться. Он ждал меня посреди коридора и явно чувствовал себя не в своей тарелке. Как уже говорила, Зарецкий в меру мускулистый и совсем не грузный, но всё же молодой мужчина, один разворот плеч чего стоит. Ноги у него стройные, поэтому штаны налезли (хотя и обтянули их на грани приличий, вырисовывая, кажется, каждую мышцу), но превратились в бриджи (разница в росте как-никак немаленькая), а вот куртка.

Она на нём элементарно не сходилась, а рукава, подчёркивавшие рельеф бицепсов, достигали лишь середины предплечий. Некоторое время Дима пытался её хотя бы запахнуть, а потом бросил эту бесполезную затею, закатал рукава до локтей и продолжил светить голым торсом. Только теперь это уже не торс, а целый торсище! М-м-м, как же красиво у него прокачаны мышцы. То, каким Дима был в одиннадцатом классе, и то, каким стал сейчас… Две большие разницы.

«Мужик!» — сказали бы девчонки и одобрительно отогнули большой палец вверх.

«Мой!» — ответила бы им я и отогнала подальше.

В этом слишком тесном для него костюме он выглядел одновременно и забавно, и соблазнительно. Странное сочетание, очень странное.

Уловив веселье в моём взгляде, Дима нахмурился:

— Я сейчас снова в полотенце завернусь.

— Нет-нет, оставайся так, — сказала с самым серьёзным видом и отобрала у него полотенечко. — Иди на кухню, а я позабочусь о твоих вещах, — и, отведя глаза, поспешила уйти, чтобы не рассмеяться вслух.

Над мужчинами нельзя смеяться, они к этому очень чувствительны. Не знаю, как продержусь до конца вечера, но лучше пусть мама, которая скоро должна вернуться, застанет его в таком виде, а не фактически неглиже. Хотя я всеми силами постараюсь, чтобы к этому времени одежда Димы успела высохнуть.

Глава 36

Я сидела напротив Димы за кухонным столом и честно пыталась настроиться на романтический лад, но…. Какая уж тут романтика, когда передо мной такое чудо-юдо в костюмчике не по размеру?! Наверное, я переоценила себя и свою выдержку, потому что стоило глазам скользнуть ниже головы шефа, хотелось расхохотаться в голос. Поэтому я старалась не опускать взгляд, сосредоточившись на лице. Когда уже его вещи досохнут? Я сунула их в машинку на режим отжима, дополнительно завернула в сухую простыню и развесила на плечиках — всё ради того, чтобы Зарецкий поскорее нормально оделся и не испытывал мои силы.

Когда разбирала одежду Димы (лёгкие светло-серые брюки и светлую просторную рубаху), нижнего белья не обнаружила. Наверное, оно сейчас на нём. Видимо, в полотенце заворачивал, чтобы просушить. Носков не было изначально, босс пришёл в босоножках а — ля «спортивный стиль». В кармане рубашки я нашла подаренный мною платок. Выходит, он действительно регулярно носит его с собой, как некоторые мужчины фотографии любимых в бумажнике. От этого стало так тепло.

Я перевела взгляд на Димкины подсыхающие волосы. Ух ты, снова смогла назвать его Димкой, хотя бы мысленно. Наверное, из-за аляповатого внешнего вида, ну не катил он сейчас на Дмитрия Андреевича, ни капельки! Ещё бы щетину убрать — и вылитый Димка, Димочка, Димасик.

— Ангелин. — позвал начальник.

Ох, что-то я увлеклась подбором ему ласковых имён.

— Да, Дим?

— Я, как бы, без предупреждения пришёл, но. не накормишь страждущего?

— Ты голоден? — удивилась я.

— Как волк! — он, кажется, даже глазами блеснул. — Так что, найдётся, чем покормить хищника?

Что там у них за пикник такой, что мужик меня сейчас с потрохами стрескает?! Он что, целый день ничего не ел?

— Плов будешь? Ещё тёплый, — я была уже у плиты.

— Буду всё, что ты дашь.

Достала глубокую тарелку и насыпала плова с горкой, потом нарезала огурчиков и помидоров, слегка присолила и полила сметаной. Завершила сервировку импровизированного ужина тремя ломтями хлеба.

— Вы, госпожа Зарецкая, очень заботливы… — Дима взялся за вилку.

— Эм, я как бы Яснопольская. — напомнила ему.

— Сорри, оговорился, слегка опережаю события. — а глаза озорно блеснули.

Кажется, у кого-то хорошее настроение. Я уж было собралась порадоваться, но Димка вдруг опустил вилку, так и не донеся до рта.

— ЭТОГО пловом кормила? — спросил несколько напрягшись.

Ну не врать же ему.

— Кормила. Скажу даже больше: Егор помогал его готовить.

Зарецкий тут же брезгливо оставил тарелку. Ну вот, снова ведёт себя как мальчишка, хотя только что был взрослым и здравомыслящим. Ох уж эта ревность. Глупый! Когда была с Егором, я не чувствовала и десятой доли того, что ощущаю сейчас, когда рядом ты.

— Так, господин начальник, давайте только без детского сада, — я придвинула тарелку обратно к Диме. — Егор овощи чистил, я готовила, пока его вещи сохли. Зато теперь мне есть чем утолить голод дражайшего босса, — и посмотрела взглядом, который говорил «Попробуй только не съесть!»

— Боюсь, мой голод не утолить каким-то там пловом. — ответил он многозначительно.

Я сделала вид, что не поняла интимного намёка, хотя от чисто мужского взгляда Дмитрия основательно пробрало. И как ему удаётся так причудливо сочетать в себе и ребёнка, и взрослого?!

— Не «каким-то там», а очень вкусным, — сказала со знанием дела, насыпала пару ложек и себе и принялась активно уминать свою порцию. — Или хочешь сказать, что тебе не нравится, как я готовлю?

Если честно, я после трапезы с Киреевым была сыта. Но Зарецкому сейчас ревность в голову бьёт, так что пусть немного успокоится.

— Очень нравится! — он снова взялся на вилку.

Димка ел, а я смотрела на него и тоже клевала по рисинке. Как же здорово кормить СВОЕГО мужчину! Это особое чувство, которое. Неосторожно опустив глаза на его несуразный наряд, чуть не выплюнула плов и закашлялась, подавив приступ смеха. Из глаз потекли слёзы.

Дима тут же подскочил и, перегнувшись через стол, похлопал меня по спине. О нет, зачем ты встал?! Я сотряслась от ещё одного приступа кашля-хохота.

— Ангелина, да что с тобой?! Где у вас чашки? — Зарецкий уже подхватил со стола кувшин с водой, а я показала ему нужный шкафчик, потому что говорить была не в силах и еле сдерживала очередной приступ. Господи, да сядь ты уже, умоляю!

Пусть бы лучше Димка оставался в полотенце, чем сидел в моём костюме. Но тогда он испытывал бы меня несколько в другом плане… Ладно, надо отвлечься беседой и ни в коем случае не смотреть вниз, только в его глазищи! Я выпила целую чашку и кое-как пришла в себя.

— Теперь всё в порядке, Дим, в порядке, — успокоила его. — Просто неудачно перец-горошек раскусила. Ты и себе водички налей, мало ли.