Галлея Сандер-Лин – Тайная помолвка тёмного архимагистра (страница 37)

Вин целыми днями пропадал в лазарете, и Аль тоже помогала ухаживать за ранеными. Там она заметила Нэсту, подругу Ривариэль, которая ловила каждое слово магистра Соул и с энтузиазмом вливала в пациентов целебные чары. А ещё… очень тепло поглядывала на сына главной целительницы, который нередко захаживал к матери, но Логан, кажется, этого не замечал, слишком был хмур и сосретодочен на работе.

Верманд и Сирион, которые раньше относились друг к другу с прохладцей, теперь, кажется, сдружились и на пару левитировали пострадавших, которым была оказана первая помощь, в порталы, что должны были доставить их в специализированные лазареты закрытого типа, где врачевали пациентов, которые могли нести в себе опасность для окружающих. Ибо, как бы ни хотелось это отрицать, все бывшие зачарованные несли в себе остатки тёмной магии, и никто не мог предсказать, что будет и как они себя поведут, если снять печать с их сознания.

Как ни странно, большая часть адептов всё же вернулась в академию, чтобы продолжить обучение. Да, многие вели себя настороженно, но Аль знала, что у них нет выбора: здесь обучение бесплатное, да ещё и со стипендией, поэтому им оставалось или рискнуть, или остаться без магического образования, которое откроет в жизни немало дорог. А недоучек не любят нигде, к ним относятся свысока.

Правда, некоторые адепты, которые принадлежали к более обеспеченным семьям, всё же перевелись в другие магакадемии. Эти сведения по секрету сообщила сестра Лелии Далия, которая, работая в ректорате, как раз и занималась документацией переведённых адептов. Кстати, сама Лия тоже приехала, хотя семья поначалу не хотела её отпускать. Но дриада упёрлась рогом и настояла на своём. Ещё бы, тут же остался её обожаемый Вин, который явно не собирался поддаваться всеобщей панике.

Ох, а как они миловались, когда встретились после разлуки… Если бы деревья в парке умели краснеть, то их стволы и молодые листочки уже давно побагровели бы от смущения, настолько пылко обнималась эта парочка, даря друг другу долгожданные поцелуи. Альвинора вовсе за ними не подсматривала, просто случайно считала информацию, когда направлялась в теплицы.

Пообщавшись с растениями, она навестила зверинец. Любимый трёхглазый волчик обеспокоенно ходил по клетке туда-сюда и, увидев Аль, тут же поспешил к ней. Ух, она и не осознавала, насколько по нему соскучилась, пока не погрузила пальцы в мягкую шерсть на его загривке и не услышала довольное урчание.

Вечером в последний день новогодних каникул Лелия с открытым ротом слушала рассказы Диара о нападении на замок.

— Ой, чего тут бы-ы-ыло… — заливался чудо-цветок, в красках описывая происходившие события. Он тоже пообщался с растениями на территории академии, и «растительная почта» с удовольствием донесла ему все подробности битвы, даже те, которых Альвинора не знала.

К слову, на пару с магистрами Тиарской академии действительно сражались магистры из других академий, ведь когда ряды нападающих зачарованных стали редеть, по замку, ослабленному их атаками, ударили заплы мощных вражеских заклинаний. То были очень сильные тёмные маги, которые надеялись пробить брешь и проникнуть внутрь.

Наверное, именно в эти моменты Аль в ту ночь было особенно плохо, потому что, как и говорил дроу, большая часть защиты держалась на нём. И когда он расходовал слишком много сил на восстановление защитного купола, его подопечная тоже слабела.

Честно говоря, ей вовсе не улыбалось всё это вспоминать, но дриада слушала с таким вниманием, что Альвинора тихонько выскользнула из комнаты и решила прогуляться. Побродив немного по парку, где деревья уже вовсю покрылись листочками и молодая травка радовала глаз, она увидела Криса, который, кажется, целенаправленно шёл к ней.

— О, ты тоже решил вернуться? — поприветствовала его она.

— Мне здесь нравится. Да и Лэнд весь извёлся: просил лично проверить, что ты в порядке, — усмехнулся артефактор. — Поэтому я сейчас как приехал, сразу к тебе пошёл, а там цветок твой сказки Лелии рассказывает, одна другой страшнее.

— О да, это Диар умеет, — Аль тоже не удержалась от улыбки.

— Стил и Тир, кстати, приехали со мной, распаковываются сейчас. Ну, раз с тобой всё хорошо, пойду успокою Лоссдора.

— Крис, — окликнула она парня, — а почему он сам со мной не свяжется? Мог бы тебя не гонять.

— Думаю, обязательно свяжется, когда придёт время, — пожал плечами тот. — Ты же знаешь Лэнда: сложно понять, что у него на уме. Жизнь в Линнской академии совсем не та, что здесь, это единственное, что я знаю наверняка.

Глава 27

Первые дни учёбы прошли как в тумане. Аль готовила зелья, что-то во что-то превращала, развеивала тёмные чары и делала ещё много всего важного и нужного, но мыслями была далеко. Она одновременно и ждала, и боялась ритуала извлечения, который наконец позволит определиться с чувствами и в то же время может перечеркнуть столько месяцев взаимной симпатии. Архимагистр об этом пока не заговаривал, она тоже не поднимала данную тему и просто ждала.

Альвинора скучала по их совместным занятиям, но сейчас было не до того, слишком многих нужно было спасти, слишком многим помочь. А ещё, что совсем уж удивительно, она скучала по вредине принцессе, которая в академии пока не появилась. Вернётся ли? Отпустит ли король единственную дочь туда, где опасно?

Аль с тоской смотрела на свою группу, в которой теперь осталось всего четверо. Эльфы держались особняком и, кажется, тоже захандрили. Ещё бы! Столько месяцев быть вместе, а теперь… Если бы Рифалд и Гилия просто перевелись, от их отсутствия были бы совсем другие ощущения, но так… Где же они, что с ними, кому и зачем понадобились?

И только Лелия хоть как-то разряжала всеобщее мрачное настроение и пыталась создать более-менее рабочую атмосферу, ведь весенне-летние испытания никто не отменял.

— Лия, ты такая умница, — Альвинора обняла подругу. — А я, кажется, совсем расклеилась.

— И не удивительно: ты же во время нападения была здесь и пережила весь этот ужас, а я дома отдыхала и даже ни о чём не догадывалась.

В общем, поддержка подруги оказалась очень кстати и помогла пережить сложное время, но всё равно, глядя на пустующие парты, где обычно сидели пропавшие одногруппники, Аль не могла не думать о тех, по чьей вине всё это происходит. В душе поднимались злость, ярость, возмущение и желание стереть в порошок тех гадов, которые не считаются с чужими жизнями.

«Эй-эй, подруга, полегче! — осадила её тьма. — Не забывай, что светлым не полагается поддаваться таким чувствам».

«А я, кажется, уже не совсем светлая. Вон, с тобой, будто с лучшей подружкой, разговариваю. Может, я вообще уже никогда не стану прежней?!»

«Станешь, обязательно станешь! Хозяин уберёт из тебя тёмную сущность, не сомневайся, ещё скучать по мне будешь…»

И так от этого заявления стало грустно… Кажется, Альвинора уже настолько привыкла к своей внутренней тьме, помощнице и советчице, что теперь не знает, как сможет обходиться без неё. Достанет ли собственного стержня, чтобы наказывать обидчиков? С другой стороны, сила фэйри не потерпит рядом с собой чужой тьмы, это точно. Вот если бы в жилах Альвиноры текла тёмная кровь, тогда другое дело, а так… Нет, ритуал извлечения нужно успеть провести до совершеннолетия и инициации.

Сразу после нападения Аль послала маме магическую весточку и сообщила, что с ней всё хорошо, а та намекнула, что время встречи с фэйри-родственниками близится. И ещё просила не делать глупостей и до дня рождения не вступать ни в какие серьёзные отношения и не создавать нерушимых связей, будто чувствовала, что подобное может произойти.

Алакдаэр старался как можно скорее подготовить ритуал извлечения, но это оказалось сложнее, чем он рассчитывал. Мало того, что его постоянно отвлекали всё новые и новые проблемы, которые сваливались на голову, не говоря уже о нападениях на замок, так ещё и практического опыта в этом сложном деле пока не было. Теории — сколько угодно, а вот на практике проводить подобный сложнейший ритуал не доводилось. Так что всё это будет одним большим экспериментом.

Впрочем, Ал и так по жизни вечный экспериментатор, только на сей раз это будет самый важный и сложный его проект, где на кону стоят целых две жизни. Если ошибётся, если сделает что-то не так… Нет, не думать об этом, не думать! Всё получится, не будет никаких побочных эффектов, никто не пострадает. Он справится!

Когда архимагистр после занятий позвал Альвинору в свой кабинет, у неё ёкнуло сердце. И предчувствия оправдались: сегодня наконец состоится то грандиозное событие, которого они оба так ждали.

— А без ритуала никак? — спросила она, будто ребёнок, который в последний момент испугался и боится шагнуть в воду.

— Никак. Мы обязаны знать, что с нами творится на самом деле. Я должен извлечь из вас свою кровь, свою тьму, — декан открыл портал в лабораторию. — И разорвать эту двустороннюю связь, которая может убить нас обоих.

Аль послушно проследовала в лабораторию и присела на подготовленный алтарь.

— Знаете, мне… — и всё, дальше не могла говорить, лишь нервно расстёгивала мантию, глядя в пол.

— Ну что же вы замолчали? — наставник подошёл совсем близко.

Она выдохнула и продолжила:

— Мне почему-то стало страшно, страшно перестать чувствовать то, что я чувствую сейчас. Наверное, я уже привыкла обманываться, но… Если буду смотреть на вас, а вы вдруг станете совсем чужим и далёким…