Галлея Сандер-Лин – Тайная помолвка тёмного архимагистра (страница 2)

— Хм, достаточно сносно, только действуйте мягче, осторожнее, плавнее, — наставлял дроу. — Здесь всё то же самое, как с вашей магией: нужно контролировать силу потока, научиться дозировать и распределять.

Да, архимагистр стал мягче. Раньше бы он непременно сказал что-то типа «И это вы называете полётом?!», ну, или что-то не менее ироничное. И заниматься с ТАКИМ наставником ей было гораздо приятнее. Хотелось его порадовать, вызвать в глазах одобрение, а на лице улыбку.

Аль поднапряглась и, стараясь сдерживаться, неторопливо полетела к люстре, на некоторое время зависла (всё же слегка дёрнувшись при торможении, но уже гораздо менее резко), осторожно взяла в ладошку полупрозрачный оранжевый цветок и полетела обратно. Постепенно снижаясь, она немного тяжеловато приземлилась и по инерции пробежала слегка вперёд.

— Перед тем, как стать на пол, старайтесь снизить поток до минимума, тогда приземление выйдет мягче и вы останетесь на одном месте, — подсказал декан, принимая из её рук иллюзию, которую тут же развеял. — Что ж, попробуйте снова, — и «вырастил» ещё один цветочек, но теперь на карнизе.

Двадцать два раза Аль летала за цветами, которые постоянно меняли дислокацию. Иногда нужно было успеть схватить цветочек очень быстро, пока не развеялся, иногда он неожиданно менял местоположение. В общем, они тренировали скорость полётов и манёвренность.

Устало опустившись на пол, Альвинора отдыхала под размеренную речь наставника, который давал ценнейшие наставления, а потом провозгласил:

— А теперь снимите браслет!

Аль старалась, очень старалась, но без браслета так и не удалось не то что взлететь, а и распустить крылья.

— Неужели снова прыгать с высоты? — обречённо спросила она.

Архимагистр посмотрел на неё так, как обычно смотрят на потерявшегося щенка, или как птица наблюдает за птенцом, делающим первые потуги к полёту. И из-за этого совсем не было обидно. Такой дроу казался невероятно близким, и появилась стойкая уверенность: сколько бы ни было у его подопечной неудачных попыток, он не отвернётся, не глянет разочарованно, а будет поддерживать до последнего, пока они вместе не достигнут поставленной цели.

— Адептка Арис, вы же не думаете, что столь специфическая и непростая магия дастся вам с первого или даже с десятого раза? — спросил Аркент’тар мягко. — Мы будем практиковаться с браслетом, пока вы не запомните ощущения, пока они не впитаются в вас, став неотъемлемой частью вашего существа. Только тогда вы сможете их «вспомнить» и возродить в своём теле. И да, ещё некоторое время придётся покататься по Архасе и попрыгать вниз. Зато в скором времени, я уверен, вы сможете полетать с ним наперегонки.

И снова захотелось обнять декана и рассказать, как ей важны его вера в неё и его поддержка. Нет, всё же быть на одной волне с наставником дорогого стоит. И могла ли Аль ещё какие-то четыре месяца назад подумать, что страшный тёмный декан, от одного упоминания которого дрожат первокурсники, будет ей нужен как воздух?! И она… Если она нужна ему хотя бы вполовину меньше, то это уже огромное личное достижение.

Прекрасно зная, что он практически никого к себе не подпускает, Альвинора ощущала свою, можно так сказать, избранность и исключительность. И пусть всё это временно, пока не разорвётся связь, которая тянет их друг к другу, можно ведь помечтать о том, что даже после ритуала извлечения между ними как минимум воцарятся тёплые отношения?! Потому что потерять его расположение и перестать видеть в разноцветных глазах улыбку очень не хотелось. Нет, не просто не хотелось, а было попросту страшно.

«Мы не должны снова стать чужими, не должны!» — мысленно приговаривала она, в точности повторяя всё, что говорил и показывал ей тёмный эльф.

— Кажется, вас что-то расстроило, — заметил он. — Неужели всё же соскучились по Архасу? Мы уже несколько дней не летали.

Аль покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. И как ему объяснить, что она бы с удовольствием наплевала на опасность и не стала разрывать связь?! Но это, конечно, глупость. Они оба должны стать свободны от посторонней магии, и только тогда смогут разобраться в собственных чувствах и начать строить что-то новое и настоящее.

— Ну, раз бедный Архас сегодня впал в немилость, предлагаю полетать другим способом.

В действительности дело было не в самой горгулье, а в том, что наставник регулярно сбрасывал Аль с огроменной высоты, но он и сам всё это прекрасно понимал, просто шутил. А вот его предложение очень даже заинтересовало.

— Вы ведь не станете сбрасывать меня вниз? — спросила подозрительно.

— Ни в коем случае! Вы слишком ценны, и не только потому, что наши жизни сейчас связаны, — ответил дроу и, набросив ей на плечи мантию и не дав опомниться, обхватил за талию и увлёк в портал, из которого они вышли на приличной высоте.

В первые мгновения Аль испугалась, что они сейчас упадут в озеро, над которым и оказались, но нет. Рука тёмного эльфа держала крепко, а потом их связала ещё пара воздушных лиан. И вместе с этим возникло потрясающее чувство парения. Подняв голову, Альвинора увидела, что они действительно парили на полупрозрачных крыльях, сотканных из тьмы.

— Ой, что это? — она смотрела на непонятную магию во все глаза.

— Всего лишь одна из возможностей моей силы и немного магии воздуха, — пожал плечами наставник. — Слишком долго мы так не пролетаем, но для важных миссий подобная техника незаменима. Как вам?

— Здорово! — с восторгом воскликнула она, глядя на припорошенную снегом поверхность озера, которая вскоре скрылась из виду, когда они направились в сторону леса. — Даже подземные создания могут оказаться в небе, а уж мне теперь будет попросту стыдно не освоить возможности своих крыльев.

— Очень рад, что вы уловили посыл, — хмыкнул дроу, — но назвать меня подземным созданием… это как-то… В общем, где же ваше уважение к наставнику?

— Моё уважение к наставнику растёт с каждым мгновением! — заверила Аль, прекрасно понимая, что он шутит и вовсе не сердится. — А если мы сейчас сможем собрать кору горечного дерева, которая обретает целебные свойства после наступления холодов, то эта прогулка станет не только приятной, но и полезной.

Аркент’тар расхохотался:

— Да, вы стали истинной ученицей тёмного декана. Всякие романтические штучки не вытесняют из вашего сознания возможность получить практическую выгоду от наших совместных предприятий.

— Нет, ну правда, как я могу упустить такую возможность раздобыть важные ингредиенты для зелий?! — откликнулась она. — Я же в академии, можно сказать, добровольная пленница.

— Вот я и говорю: моя школа, — он, продолжая улыбаться, стал плавно спускаться. — Не замёрзли?

Замёрзнешь тут, когда горячее тело декана совсем рядом, да ещё и подогревающие заклинания работают на максимуме.

Насобирав немного коры, они раздобыли ещё пару вечнозелёных целебных трав. Кажется, в этот раз нападать на них никто не собирался, но архимагистр всё равно держался настороже, а потом как-то подозрительно быстро утащил подопечную в портал. Неужели к ним всё же кто-то подбирался?

Аркент’тар никак не прокомментировал такую поспешность, но его напряжённый взгляд говорил лучше всяких слов. Оказавшись внутри гостеприимных стен замка, он стал понемногу расслабляться, и Аль подумала, как это утомительно — постоянно быть начеку и не иметь возможности расслабиться.

Глава 2

— О-о-о, господа изгна-а-анники! — издевательски нараспев проговорил магистр Велимир Шайриз — правая рука ректора Эвила Граулза и декан светлого факультета Линнской Академии Магии. — Так вы ещё живы в своём захолустье? Это ж сколько прошло времени с тех пор, как вас, компанию неудачников, турнули из нашей дражайшей академии? Девять? Десять?

Алакдаэр, который беседовал с Дэлианом, прогуливаясь в зимнем саду Линнского дворца в ожидании заседания Королевского Совета, приостановился и глянул на друга.

— Светлый, напомни, пожалуста, сколько лет назад мы отделались от того гадюшника, в который превратилась Линнская академия, некогда лучшая академия в королевстве, а сейчас — шайка сброда и неудачников? — произнёс дроу холодно, а внешне даже бровью не повёл. Это внутри у него всё клокотало от ярости и желания заставить оскорбившего их высокомерного ублюдка хныкать, как девчонку, и вымаливать извинения.

— Неудачников, говоришь? — с магистра слетел надменный вид. Его глаза светились ненавистью, а слова сочились ядом. — А вот мы на весеннем турнире и посмотрим, кто тут у нас неудачник. Поглядим на ваших недомагов во всей красе!

— Вам что, прошлого года было мало? — не смолчал Светлый. — Пусть победа и досталась вампирам, но мы заняли почётное второе место. И то лишь потому, что у нас была дисквалификация участника. Зато вас мы уделали вчистую! Какое вы там место заняли? Первое с конца?

— Второе! — прошипел сквозь зубы Шайриз.

— Ах, простите! Второе с конца — это, конечно же, очень сильно! — не удержался Тёмный.

— Ничего, в этом году вы будете первыми с конца! — Велимир прожигал их взглядом, а потом посмотрел куда-то им за спину.

Алу не нужно было оглядываться, чтобы узнать ауру Граулза.

— Вел, разве у тебя слишком много свободного времени, чтобы тратить его на праздные разговоры с жалкими изгоями? — вальяжно вопросил Эвил, подходя ближе. — Идём, нам нужно обсудить график дополнительных тренировок для участников турнира. Кстати, по поводу адепта Лоссдора…