Галлея Сандер-Лин – Тайная помолвка тёмного архимагистра (страница 19)

Не к профессору же Ромуду ей идти. Этот ворчливый старик хоть и стал относиться к ней гораздо лучше, но чтобы провести целых три дополнительных года с магистром контроля… Нет-нет, увольте. А с Трэлис они как раз наметили несколько интересных тем, которыми будут дополнительно заниматься до выпуска, чтобы потом по одной из них писать диплом.

Кстати, сам дроу сегодня не отстал от коллег и тоже решил пощекотать адептам нервы. Вселил в небольшой тренировочный манекен какую-то тёмную сущность и приказал изгнать, при этом будто не замечал, как разбушевавшаяся деревяшка крушит аудиторию и отвешивает тумаки несчастным первокурсникам. Нет, ну это не магистры, а настоящие садисты!

В общем, ещё только второй день учёбы, а многие уже снова захотели на каникулы. Наивные, летние испытания предстоят гораздо серьёзнее зимних, и вылететь из академии на них будет куда легче, чем удержаться в рядах адептов. Это Альвиноре дроу по секрету шепнул, так что она была готова к серьёзной работе с первых дней нового семестра, а вот другим после отдыха явно нужно раскачаться.

Когда после обеда Альвинора направлялась в библиотеку, чтобы позаниматься с Логаном, то заметила идущих по коридору тёмного и светлого деканов, которые сосредоточенно обговаривали какой-то вопрос. И когда пара адепток, шаливших неподалёку, едва не врезались в преподавателей, те, не отрываясь от разговора, отодвинули их чарами. Однако если светлый эльф сделал это совершенно невозмутимо, то дроу машинально ещё и отшатнулся, будто сама мысль о прикосновении к одной из этих девушек казалась ему отвратительной.

Да, Аль знала, что он считается женоненавистником, но чтобы всё обстояло настолько печально… Кажется, Альвинора единственная из адепток, к которой он когда-либо прикасался, и наверняка тут дело в их связи. А вот с другими девушками действительно беда. И отчаянно захотелось узнать, в чём же причина такого его поведения и отношения к прекрасному полу. Только расскажет ли?

Аль решила не откладывать расспросы в долгий ящик. Не ответит, значит, потом ещё раз попробует, и ещё… Они с Тёмным всё равно должны были встретиться для совместных тренировок, но она пришла чуть раньше прямиком в его кабинет. Тем для обсуждения у них всегда было предостаточно, поэтому Альвинора зашла издалека: интересовалась ингредиентами зелий, уточняла возможные побочные эффекты от использования определённых компонентов, предлагала некоторые усовершенствования, выслушивала его мнение по этому поводу и параллельно всё тщательно записывала. Заклинание, улучшающее память и восприятие, так с неё и не сняли, поэтому она всё прекрасно запоминала, однако на лаврах не почивала и продолжала вести записи.

— Меня, безусловно, радует ваша любознательность, но вместе с тем у вашего наставника стойкое ощущение, что вы не зря пришли так рано и хотели поговорить вовсе не об этом, — проницательно заметил Аркент’тар.

«Раскусил! Ну, это не так уж и удивительно…»

— Господин декан, можно вас кое о чём спросить? — Аль стиснула мантию, словно это могло ей как-то помочь, и ринулась в бой.

— Что-то мне подсказывает, что вопрос будет не из простых, — дроу правильно понял ситуацию и наложил на кабинет дополнительный полог тишины. — Говорите.

— Простите, если мой вопрос покажется оскорбительным и если лезу не в своё дело, но… Сегодня я увидела, как вы отодвинули магией девушек, отодвинули и отшатнулись. Ко мне же вы прикасались уже не один раз, хотя я прекрасно знаю, что виной тому связь. И… В общем, многие знают, что вы за что-то не любите женский пол. Вас когда-то обидела женщина? — в лоб спросила Альвинора и даже сама испугалась собственной смелости, однако дольше пребывать в неизвестности она просто не могла. Неопределённость угнетала.

Некоторое время мужчина молчал, будто раздумывая, отвечать или нет.

— Да, вы правы, — вдруг проговорил наставник. — Я терпеть не могу не какую-то конкретную женщину, а вообще женщин как вид (за очень и очень малым исключением)! И на то были свои причины.

«Ух ничего ж себе! Чем же это ему женщины не угодили? У него что, было пять старших сестёр, которые над ним издевались? Хотя это маловероятно. Были сёстры или нет, но над ним не поиздеваешься. Себе дороже! Тогда почему?»

Предположение родилось само. Аль, конечно, понимала его абсурдность, но… Ведь всякое в жизни случается, верно?

— Значит, вы… эм-м-м… как бы поделикатнее сказать… ну-у… в общем… предпочитаете мужчин?.. — последние слова она почти прошептала, потому что на декана стало страшно смотреть.

— Адептка Арис, и у вас хватает совести рассуждать о подобных непотребствах?! — прошипел он, прожигая её взглядом.

— Почему сразу непотребствах? Любовь… она такая. Да и в природе всякое случается. Вот, например, некоторые виды пингвинов… — закончила Аль совсем тихо и замолчала. Потому что поняла: пора уносить ноги, и как можно скорее, а то чревато последствиями… и не самыми для неё радужными.

— Ну, я, пожалуй, пойду… — она стала пятиться к выходу. — С-спасибо, что уделили время.

— Нет уж, постойте, адептка.

— Может, не стоит? — она ускорилась в попытке ускользнуть.

— Стоять, я сказал! — рявкнул дроу, а за спиной Альвиноры послышался щелчок дверного замка. Для надёжности архимагистр выход ещё и заклинанием заблокировал.

«Эх, спасительная дверка, передай моим близким, что я очень любила жизнь…» — смирилась с неизбежным она и, опустив голову, поплелась к стулу для посетителей, но садиться не стала. Умирать лучше стоя, с высоко поднятой головой. Только бы хватило сил эту самую голову поднять, оторвать глаза от пола да согнать румянец со щёк.

— Так что там, говорите, делает с людьми любовь? — как-то слишком мягко спросил тёмный эльф.

— Ну…. Это самое… — промямлила Аль, проклиная своё любопытство. Ну вот зачем полезла с расспросами?

— Что именно? — он вздёрнул бровь.

— Заставляет думать сердцем, а не головой.

— И откуда же у столь юной особы такие обширные познания в вопросах любви?

Альвиноре захотелось провалиться сквозь землю. Вот просто взять и провалиться. Жаль, он и там достанет, Подземье — это же его стихия.

— Молчите? — продолжил Тёмный. — С чего вы вообще взяли, что у дроу принято мужеложство? По крайней мере официально.

— Я просто предположила. Да и откуда мне знать, если дроу — закрытый народ?! — надулась она. — Я с удовольствием узнала бы о тёмных эльфах побольше, но в энциклопедиях есть только общие сведения…

— Желающий да найдёт способ! Например… можно попытаться узнать у непосредственного представителя этой расы… — намекнул он.

— И где же мне взять этого представителя? — воскликнула Аль, пытаясь прогнать смущение. — В лесу на него поохотиться, что ли? Или в земле покопаться?

От таких предположений дроу даже закашлялся, пытаясь сдержать смех.

— А более доступных для общения дроу вы не знаете, нет? — судя по глазам, он откровенно веселился.

— Так вы же о себе ничего не рассказываете! — правильно поняла намёк Альвинора.

— А надо уметь спрашивать! — категорично заявил он. — И располагать собеседника к себе, а не делать нелепые предположения.

— С удовольствием услышу всё из ваших уст и не стану делать никаких предположений! — она села на стул с видом примерной ученицы и уставилась на архимагистра взглядом, который как бы говорил «аз есмь само внимание».

Он покачал головой и разблокировал дверь:

— Не сейчас. Давайте оставим откровения на сегодняшний вечер, когда окажемся в «Комнате отдыха». Возможно, вам действительно будет полезно узнать кое-что о моей жизни в Подземье, чтобы лучше понимать ситуацию.

Альвинора была рада и этому. Хотя перед тем, как отправиться в закрытую секцию и начать откровенничать, архимагистр устроил ей полномасштабную тренировку, так что с неё семь потов сошло. Она упражнялась выпускать крылья по требованию и летать к намеченным целям без браслета, контролирующего её фэйри-сущность. Конечно, ей над техникой полётов ещё работать и работать, но определённые успехи уже есть.

И когда тёмный декан дал отмашку спускаться и отдыхать, она не думала об усталости, а с энтузиазмом шагала вслед за ним к «Закрытой секции», чтобы услышать то, что (в этом была абсолютная уверенность) он рассказывал очень и очень немногим, если вообще рассказывал…

Глава 14

Вопросы Альвиноры заставили Алакдаэра снова погрузиться в прошлое, думать о котором он старался как можно меньше. Но прошлое — это такая хитрая штука, которая в любой момент может напомнить о себе, от него не спрячешься, не скроешься, оно обязательно выплывет.

Подопечная заявила о связях между мужчинами, и такая связь в жизни Ала действительно была, только не в том смысле, в котором она думала. Бергтирр Фреурден был единственным другом, которого Алакдаэру посчастливилось завести в Подземье, потому что понятия дружбы там фактически не существовало. Да и началось всё со смертельного соперничества и непримиримой вражды.

Их было четверо, мальчишек-дроу, представителей первых четырёх высших домов тёмных эльфов, которые готовились поступать в академию. Алакдаэр Аркент’тар, младший сын Верховной матери и Главной жрицы первого дома, который имел потенциал как воина, так и мага. Мертон Заундар, один из сыновей Главной жрицы второго дома и будущий воин. Валафейн Рилинвирр, старший сын Главной жрицы третьего дома и перспективный маг. И Бергтирр Фреурден, пока единственный сын Главной жрицы четвёртого дома и талантливый воин.