Галлея Сандер-Лин – Крылатая невеста тёмного архимагистра (страница 6)

Для Тиары даже одного больше чем достаточно, а тут рассекать по окрестностям намереваются сразу трое! Местный народ, наверное, будет в шоке. От Тёмного и так все шарахаются, боятся попасть под горячую руку, а уж теперь… Всё же слава о дровском народе идёт мрачная, да ещё и наставник всячески подтверждает, что с представителями его расы шутки плохи. Интересно, какие они, братья декана? Такие же мрачные?

– Мне всё время кажется, что я чего-то не учёл, что-то упустил… – архимагистр задумчиво сотворял из чёрной дымки фигуры самых причудливых форм, развеивал их и создавал новые. Кажется, это нехитрое занятие помогало ему размышлять, а заодно служило ученице очередным тренингом по повышению мастерства владения собственной стихией. – Не могу отделаться от этой мысли. И если ты пострадаешь… я не знаю, что сделаю… – взгляд, которым наградил Альвинору избранник, был полон пронзительной нежности, от которой защемило в груди.

– Благодаря вам, дражайший наставник, я больше не та беспомощная девочка, какой была раньше, – она старалась казаться уверенной в себе и говорила весёлым тоном, хотя на самом деле переживала не меньше. – Вам бы стоило больше верить в мои силы.

– Вы, драгоценнейшая ученица, не представляете, с кем имеете дело, – не поддался её настроению Аркент’тар, хотя его губы слегка дрогнули на «драгоценнейшей ученице». – Иначе не были бы столь самонадеянны. Хотя, возможно, я просто сгущаю краски.

Но нет, он не сгущал, и они оба это прекрасно знали. Если даже дроу, который всегда всё держит под контролем, не на шутку обеспокоен, то волноваться действительно есть о чём.

– Как бы там ни было, не желаете ли откушать свежайшего печенья из моих заботливых рук? – ещё одна попытка развеять далеко не радужное состояние избранника на этот раз имела успех.

Он заметно оживился и создал из тьмы причудливой формы цветок, который подплыл к Альвиноре и поменял цвет на бледно-розовый. Когда она осторожно коснулась этой полутуманной дымки, цветочек стал постепенно рассеиваться, распространяя вокруг нежный аромат. Наставник подошёл ближе.

– Из ТВОИХ рук я готов откушать не только печенье, – и, сцапав ладошку Аль, приложился к ней губами, разгоняя по жилам кровь и заставляя сердечко биться куда быстрее, чем раньше. – Эти ручки на многое способны, и я безмерно рад, что ты именно такая, какая есть. Если можно спасти, ты спасёшь, если нужно успокоить – успокоишь. Сейчас моя талантливая ученица обрела тот стержень, которого ей так отчаянно не хватало, – его губы удостоили вниманием и вторую ладонь. – Если хочешь меня порадовать, просто оставайся собой, что бы ни происходило вокруг.

Оставаться собой… Это так сложно, когда вокруг столько грязи, зла и несправедливости. Не пускать в себя плохое, не позволять отравлять изнутри и деформировать душу. Аль весь остаток вечера размышляла об этих словах избранника. В академии столько адептов, а что они принесут миру, когда выпустятся, если уже сейчас не гнушаются нападать скопом на более слабых, самоутверждаются за счёт других и идут по головам?! Может, в ней сейчас говорит будущая «училка», как снисходительно называл её Тэм, ещё когда они учились в школе, но не думать об этом Альвинора не могла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Иногда ей хотелось стереть воспоминания таких индивидов и вложить в их головы правильные мысли, но, с другой стороны, кто она такая, чтобы определять, что правильно, а что нет?! Но у неё хотя бы есть внутренняя цензура, которая говорит, что обижать слабых плохо, смеяться над чужой болью нехорошо, а если кто-то попал в беду, то нужно помочь. Это её собственные мысли и желания, из-под палки такое не привьёшь. Каждый сам должен до этого дойти, искренне, с полным осознанием.

А вот «помочь» и найти наилучший способ донести подобные здравые мысли можно попытаться, именно этим и занимаются магистры в академии. Каждый своими методами, кто мягче, кто жёстче (к примеру, Рэдлинг и Аркент’тар), на собственном ли примере, на примере ли других… Да только не до всех доходит с первого раза (кто-то даже с десятого не осознает), в чём Аль и убедилась буквально через пару дней.

Компания второкурсников поджидала её недалеко от зверинца, и она уже стала подумывать, не проклято ли это место. Или просто дело в том, что оно находится в некотором отдалении? В общем, ребята были настроены очень решительно и пришли мстить «за своих». Да, они видели наказание, которому подверглась предыдущая партия нападавших, но то ли ребята надеялись, что у них получится избежать ответственности, то ли желание отомстить оказалось сильнее здравого смысла, но теперь Альвиноре угрожали пятеро, что почти в два раза больше, чем в прошлый раз.

– Тебе не говорили, что старших нужно уважать, а, Зазнайка? – начал рыжий бугай, которому она едва доставала до груди. – А ты не только первогодкам хамишь, но уже и на старшаков свысока смотришь?!

Кстати, что примечательно, на Альвинору обычно нападали люди. Оборотни, эльфы и представители прочих рас (Крафта, Лэнда и Ривариэль можно не учитывать, там был особый случай), кажется, считали зазорным тратить своё время на какую-то там человечку. Так, грязью пополивать можно, а что-то посерьёзнее предпринимать не с руки. Зато люди… Поистине, никто тебя так не подставит, как кто-то «свой», кто, казалось бы, должен быть на твоей стороне. И, что примечательно, помощь чаще всего приходила именно от «чужаков». То русал, то эльф, то оборотень, то фэйри…

Вот и сейчас, не успела она зажечь в руке магию и решить, как ответить на оскорбление, рыжему громиле прилетел подзатыльник от мясистой лианы, которая, молниеносно разросшись, спеленала и второкурсника, и его не успевших опомниться дружков, будто паутина надоедливых мух. Уже знакомые розовые бутоны в мгновение ока распустились зубастыми цветами, впились в жертв и не дали тем активировать магию и вырваться, высасывая силы.

«Галициусс беспощадный»? Так называется этот жуткий цветок? Да, страшная и опасная техника, а сил на её использование нужно немеряно, но в то же время всё, что выпивают цветы, идёт на их же подпитку, упрощая задачу их хозяину. Флориас, появившийся из-за дерева, выглядел абсолютно спокойным, даже бесстрастным. Создалось впечатление, что он сейчас прикончит несчастных и даже глазом не моргнёт.

Лица адептов побледнели. Они не ругались и не сыпали угрозами, у них просто не было сил говорить, а вскоре парни вообще оказались в полуобморочном состоянии. Судя по всему, в прошлый раз Киран достаточно наслушался проклятий и оскорблений и в этот раз не дал обидчикам и рта раскрыть. Нет, Альвиноре тогда не показалось. Его умения превышают знания обычного адепта, он намного сильнее и опытнее.

– Снова буяните, адепт Флориас? – появившийся из портала дроу сердит не был. Он выглядел немного усталым и одновременно слегка ироничным.

– Всего лишь позаботился о мусоре, который зря топчет молодую траву этого парка, – откликнулся Киран и развеял кровожадные бутоны, но растительные путы оставил. – Такое отребье вообще не заслуживает учиться в академии.

Аль переглянулась с наставником. Вот это заявленьице! По большому счёту, фэйри, конечно, прав (знания нужно давать тем, кто этого заслуживает), однако та категоричность, с которой он говорил… Да и намного хуже оставлять магически одарённых остолопов без присмотра, от них будет ещё больше вреда, если не научатся как следует пользоваться силой.

Оглядев место несостоявшейся битвы, Тёмный подошёл к спелёнатым адептам, прощупал их заклинаниями и поцокал языком:

– Хм, магическое истощение, уровень почти критический. Адепт Флориас, у меня к вам убедительная просьба не использовать столь радикальные меры усмирения провинившихся, достаточно просто сковать заклинанием или усыпить. Прерогатива раздавать наказания принадлежит магистрам, ибо мы не только преподаём, но и отвечаем за жизни учащихся здесь адептов. Вы в академии лишь временно, не забывайте.

– Да, мы с адепткой Арис здесь временно, – кивнул крылатый – и между ним и деканом снова произошла битва взглядов.

– По поводу вас ничуть не сомневаюсь, а вот она, думаю, сама будет решать, где ей быть и чем заниматься, – ответил дроу с нажимом. – И если захочет остаться здесь преподавать, мы с магистрами с удовольствием поприветствуем её в качестве новой коллеги.

– Что она хочет или чего не хочет, роли сейчас не играет. Если повелитель скажет покинуть эти стены, ей придётся подчиниться, – и очередной раунд сверкающих взглядов. – Вполне возможно, что после совершеннолетия она сюда не вернётся.

– Тогда остаётся сделать так, чтобы вернулась, – глаза наставника полыхнули алым, выдавая гнев, хотя тон был спокойным. – Адептка Арис, вечером встречаемся как обычно.

Архимагистр развеял путы, открыл портал (судя по всему, в лазарет) и отлевитировал туда находящихся в отключке ребят. Послав Альвиноре долгий прощальный взгляд, он покинул место событий, а она отчаянно захотела, чтобы вечер наступил как можно скорее.

Глава 5

– Как же много от тебя проблем, – раздражённо заявил «братик», отвлекая Аль от мыслей о Тёмном.

– Спасибо, конечно, но ты действовал по собственной инициативе. Я тебя о помощи не просила, – ответила она не менее раздражённо. – Где ты был в начале учебного года, когда я почти ничего не умела и мне действительно угрожала опасность?!