Галлея Сандер-Лин – Академия противостояния (страница 11)
И вот теперь эта храбрая девочка говорит о доброте. Мирт был ещё слишком далеко, когда увидел, как зверь забросил Риану на плечо. Если бы не её смелость и изобретательность, спасательная операция намного осложнилась бы. Не отбейся госпожа Дайнэ от мохнатого и не залезь на дерево, Миртан, возможно, не рискнул бы атаковать его заклинанием, чтобы случайно не зацепить и её. Или всё же решился бы?
Сейчас думать об этом нет смысла. Главное, что они с Дином её спасли, не позволили истории повториться. Более того, Мирт намерен оберегать девушку и в дальнейшем. Она не должна больше подвергать себя такому риску, и если в его силах что-то для этого сделать, то он обязательно сделает!
— Что с вами? — взволнованно спросила Риана. — Рана снова открылась?
Рана! Ну вот, теперь она о нём беспокоится, хотя должно быть наоборот.
— Нет, просто я вспомнил, какой вы были отважной во время поединка с монстрами, — честно признался Миртан. — Мне жаль, что мы прибыли слишком поздно и вы успели побывать в их лапах.
Риа посмотрела в посерьёзневшее лицо декана. Он будто стал выглядеть старше, а в удивительных серебристых глазах появилась затаённая грусть.
— Что вы такое говорите?! — воскликнула она. — Я безмерно благодарна, что вы вообще пришли! Кстати, как вы узнали, что нас нужно спасать? Наш артефакт связи был повреждён, а маг-менталист находился без сознания.
— Скажем так… нам дали наводку, что одна юная особа истосковалась по острым ощущениям и решила «поохотиться», выдавая себя за мужчину, — сообщил он.
Наводку, значит? Итак, об этом сумасбродном плане знала только Ламия, но она бы точно не выдала. Тогда… остаётся Гилион. Но он не знал. Неужели догадался? Или выпытал у сестры? Как бы там ни было, тот, кто сдал её с потрохами, по совместительству спас жизнь и ей, и всему отряду, так что даже не совсем понятно, стоит ли на него сердиться.
— Наверное, впервые я рада, что мои планы кто-то нарушил, — усмешка вышла горькой.
— Тут вы правы. Рад слышать такие разумные речи, — он снова пожал девичью руку, после чего выпустил её ладошку. — А теперь просто поддакивайте мне. Если решитесь рассказать родителям всю правду, сделайте это, когда я уйду. Будет не очень красиво, если посторонний человек окажется свидетелем их слёз.
Да, деликатности ему не занимать. Как и доброты.
— Я поняла, спасибо за вашу чуткость.
— Когда зайду в дом, попробую прощупать источник. Поэтому не волнуйтесь, если почувствуете мою магию, — он достал что-то из кармана, после чего протянул Рие. — Это один из моих накопителей, возьмите. Вы ведь вернули наёмникам все накопители, которые брали в рейд, и у вас ничего не осталось. Но после такой растраты сил вам не помешает страховка. Кто знает, что может случиться, а он обладает повышенной мощностью и будет полезен.
В ладошку Рианы легло кольцо из белого металла. Она сморгнула набежавшие слёзы: это было первое украшение за всю её недолгую жизнь. И пусть перед ней не праздная побрякушка, а полезный артефакт, который и украшением-то можно назвать лишь с натяжкой, но Риа была тронута. Всё же она девушка, а девушкам (даже тем, кто частенько ведёт себя по-мужски) хочется чувствовать себя красивыми и нужными.
Как ни странно, Риана вдруг почувствовала, что ей стыдно вести декана в дом. Столько лет жила и ничуть не стеснялась плачевного состояния жилища, принимая это как должное и терпя насмешки Гилиона с высоко поднятой головой, а теперь вдруг стало неловко за растрескавшуюся древесину, облупившуюся краску и отслоившуюся штукатурку. Если бы всё зависело только от работы руками, они с отцом справились бы с ремонтом, но взять средства на необходимые материалы было совершенно негде.
Риа стояла возле калитки, не решаясь пересечь сад и пригласить гостя внутрь. Наверное, ему будет неприятно побывать в таком запущенном месте. Господин Миртан Рандэлл принадлежит к числу высшей аристократии и уж точно привык к совсем другим условиям.
— Что случилось? — его обеспокоенный взгляд скользил по её лицу. — Кажется, вы собирались познакомить меня с родителями.
— Моё жилище… Оно не в таком презентабельном виде, чтобы принимать столь почётного гостя, — выдавила Риа.
— И всего-то? — отмахнулся мужчина. — Я иду туда для того, чтобы повидать ваших родных и, если удастся, прочувствовать силу источника. Внешние атрибуты меня волнуют мало. Во время боевых вылазок нам с деканом Милтоном приходилось останавливаться в деревенских лачугах, поэтому меня не напугают скрипящие половицы и покосившиеся двери.
— А ведь они действительно скрипят, — пробормотала она, но всё же повела преподавателя к дому.
С каждым шагом Мирт убеждался, что состояние семьи весьма плачевно. Двухэтажное имение строилось с размахом и дышало остатками роскоши, но тем контрастнее смотрелись на нём следы разрушений. Стены излучали запустение и разруху, немногочисленная мебель местами рассохлась и потемнела от сырости. Однако запаха плесени не было, что уже хорошо.
Он не знал, что привело некогда влиятельную семью к такому итогу, всё это дела давно минувших дней, но теперь захотел выяснить подробности, ибо до него дошли только отрывочные сведения. Нащупать источник не удалось. Видимо, он находится где-то глубоко под домом и накрыт дополнительным защитным куполом, чтобы даже посетители поместья его не почувствовали. Тем интереснее докопаться до правды… и утереть нос Тайрису, позарившемуся на чужое. И не просто на чужое, а на то, что принадлежит человеку, который некогда считал Винара другом.
— И правда скрипят, — шепнул он девушке, когда они пересекали просторный холл, и, увидев досаду на её лице, пожалел о неосторожных словах. — Зато никто незаметно не заберётся к вам в дом, — добавил Мирт, чтобы сгладить неловкость.
— Хотя бы петли не скрипят, мы с папой постарались, — буркнула Риана и повела его вверх по столь же скрипучей лестнице.
— Как вам удалось незаметно подслушать разговор родителей, если пол издаёт такие звуки? — озадачился он.
— На втором этаже всё не так плачевно, — пожала плечами она, — там жилые помещения.
Мужчина ничего не сказал, но Рие было невыносимо видеть его сочувствующий взгляд. Возможно, в ней говорили остатки семейной аристократической гордости, или же это была всего лишь глупая гордыня? Но возникло неприятное чувство, будто Рандэлл видит её в неглиже. Всё-таки раскрывать другим свои слабости не самая замечательная вещь на свете.
— Не смотрите так, — вдруг попросил он. — Этот дом, в каком бы состоянии ни был, — ваше семейное достояние. Да и мне важны люди, его населяющие, а не окружающая обстановка.
Кстати о людях. За всеми этими переживаниями она старалась не думать о встрече с родителями, но та неумолимо приближалась. Как они воспримут новый облик дочери? Что скажут и сделают?
Под дверью их комнаты виднелась полоса света. Вот и хорошо, ещё не спят.
Риа осторожно постучала и негромко позвала:
— Мама, папа, у нас гости. Не могли бы вы спуститься в гостиную?
— Риа, дочка, ты уже вернулась? — в голосе отца было облегчение.
— Да, дорогая, мы сейчас спустимся, — ответила мама. — А что за гости и почему ты сначала к нам не заглянешь? — судя по раздавшимся шагам, она направилась к двери.
— Нет, мам, не выходи! Встретимся в гостиной! — выпалила Риана, схватила декана за руку и потащила обратно на первый этаж.
Как ни странно, мужчина руки не вырвал и послушно последовал за ней, даже никак не прокомментировал такую поспешность. Когда они оказались в гостиной, Риа разжала судорожно сжатые пальцы и отпустила защитника, снова ощутив неловкость.
— П-простите, я…
— Не волнуйтесь так, — голос Рандэлла успокаивал. — Уверен, родители примут ваш модифицированный образ и не будут слишком уж ругать.
Эх, если бы он знал, что она переживает не только из-за цвета волос. Вся эта ситуация такая… такая…
— Пожалуйста, присядьте. Я принесу чай, — вспомнила она о вежливости и, указав на деревянный стул без обивки (за неимением мягкого диванчика или софы), выскользнула из комнаты.
Согреть воду, наполнить четыре чашки травяным отваром, который и чаем можно назвать с натяжкой, нарезать остатки собственноручно приготовленного пирога… Вот и всё угощение для взрослого сильного мужчины, у которого рана в боку и громадный магический перерасход. Волна стыда снова окатила с головой. Именно для того, чтобы перестать жить так жалко, она и затеяла сегодняшнюю авантюру. А ведь дичи в дом так и не принесла.
Спохватившись, что оставила гостя одного слишком надолго, Риана водрузила снедь на поднос и вернулась в гостиную, вся обстановка которой составляла четыре стула не самой искусной работы, потрёпанный временем стол да комод у окна. Декан всё так же восседал на стуле и с видимым сожалением оглядывал остатки фресок на стенах.
Риа закусила губу, расставила еду на столе и услышала приближающиеся шаги. Ну вот и всё, пора готовиться к головомойке. Рандэлл, очевидно, тоже оценил скрип половиц, потому что поднялся и повернулся в сторону двери.
Риана спохватилась и быстро накинула на голову капюшон, чтобы не шокировать родных прямо с порога. Дверь распахнулась почти бесшумно (хоть тут не пришлось краснеть), и мать с отцом, одетые в самую нарядную одежду, которая у них только была и использовалась обычно по праздникам, настороженно заглянули в комнату.