Галина Юсупова – Почему мне страшно любить? (страница 2)
Я написала эту главу не для того, чтобы вызвать жалость. А чтобы показать: страх быть брошенной – это не слабость. Это след. И если его не осознать, он будет управлять нашими отношениями, нашими выборами, нашей жизнью.
Когда я снова чувствую приближение паники, когда внутри поднимается знакомая волна ужаса от того, что он не позвонил, не ответил, отдалился, – я теперь знаю: это не про него. Это про ту маленькую девочку, которая когда-то сидела на трассе с содранными коленями и ждала, что отец хотя бы посмотрит в её сторону.
И я спрашиваю себя:
Ответ пока не всегда приходит легко. Но я больше не убегаю от вопроса.
Вопросы для самопознания:
Вспомните свои первые отношения (или чувства к значимым взрослым). Что для вас было самым болезненным?
Как вы реагируете, когда партнёр отдаляется – звоните, замыкаетесь, обесцениваете?
Есть ли внутри вас убеждение, что любовь нужно заслужить? Откуда оно могло взяться?
Глава 2
Глава 2. Страх быть поглощённой
Две стороны одной стены
В первой главе я говорила о страхе быть брошенной. О панике, когда он отдаляется. О тишине, которая звучит громче слов.
Но есть другой страх. Он не кричит. Он шепчет.
Если страх быть брошенной – это ужас пустоты, то страх быть поглощённой – это ужас исчезновения.
Когда он слишком близко. Слишком внимательный. Слишком включённый. И вдруг я чувствую, как меня становится меньше. Как будто мои границы тают. Как будто моё «я» начинает растворяться в его присутствии.
Мне хочется сделать шаг назад. Найти причину отдалиться. Охладеть. Обесценить. Уйти.
Парадокс в том, что оба страха живут во мне одновременно. Когда он далеко – я боюсь, что меня бросят. Когда он близко – я боюсь, что исчезну. Я качаюсь между этими двумя полюсами, как маятник. Ни там покоя, ни здесь.
Почему недоступные были «удобными»
Я часто говорила, что мне просто не везёт. Что мужчины попадаются «не те». Женатые. Занятые. Из другого города. Не готовые. «После сложного развода». «Сейчас не время».
Но если быть честной – я выбирала их сама.
Недоступный мужчина – это безопасная близость. Он рядом, но не слишком. Он есть – но его нельзя иметь полностью. Он даёт надежду – но не требует глубины. С ним можно мечтать. Можно страдать. Можно ждать. Но не нужно быть по-настоящему открытой.
Потому что настоящая близость – это когда тебя видят. А быть увиденной – страшно.
Когда он слишком близко
Я помню мужчин, которые были другими. Они писали каждый день. Они спрашивали, как прошёл мой день. Они слушали. Они были стабильными.
И вместо радости я чувствовала тревогу.
Когда они говорили о будущем – у меня сжимался живот. Когда они хотели провести выходные вместе – мне нужно было «пространство». Когда они говорили «я скучаю» – я начинала холодеть.
Я находила в них недостатки. Слишком скучные. Слишком пресные. Слишком предсказуемые.
Но правда была не в них. Правда была в том, что я не знала, как быть в отношениях, где меня не нужно заслуживать.
Страх раствориться
В моей семье не было границ. Двери могли открываться без стука. Моё «не хочу» не принималось. Моё мнение не имело веса.
Я рано научилась ужиматься. Становиться меньше. Быть удобной.
И где-то глубоко внутри закрепилось: если я подпущу мужчину слишком близко – он займёт всё пространство. Мои желания станут второстепенными. Мои границы сотрутся. Я снова перестану существовать как отдельный человек.
Поэтому я держала дистанцию. Поэтому выбирала тех, кто сам не приближался. Это давало иллюзию контроля. Но за контроль я платила одиночеством.
«Мне никто не нужен»
Я гордилась своей независимостью. Я справлялась сама. Я зарабатывала. Я принимала решения. Я говорила: «Мне не нужен мужчина, чтобы быть счастливой».
И в этом была доля правды.
Но была и другая часть – та, о которой я молчала. Мне не нужен был мужчина, потому что я боялась нуждаться. Нуждаться – значит зависеть. Зависеть – значит рисковать. Рисковать – значит снова почувствовать боль.
«Мне никто не нужен» – это была броня. Но броня тяжёлая. В ней трудно дышать. В ней невозможно обнять.
Границы или стены?
Долгое время я путала одно с другим. Я думала, что если держу дистанцию – значит, у меня хорошие границы.
Но стены и границы – не одно и то же.
Стены – глухие. За ними никого нет. Они защищают от боли, но не пускают любовь.
Границы – живые. Они двигаются. Они позволяют быть рядом, не теряя себя.
Я только учусь строить границы, а не стены. Учусь говорить «нет» без злости. Учусь оставаться, когда страшно. Учусь не убегать, когда становится тепло.
Это сложнее, чем казалось. Потому что близость – это всегда риск.
Две травмы – один маятник
Иногда я чувствую, как внутри меня живут две девочки. Одна боится, что её оставят. Другая боится, что её поглотят. Одна цепляется. Другая убегает.
И пока я не научусь держать их обеих – я буду продолжать этот танец.
Но теперь я хотя бы понимаю, что это не мужчины. Это мой внутренний маятник. И только я могу его остановить.
Финальный вопрос главы
Мы часто думаем, что проблема в мужчинах. Но правда в том, что мы боимся не их. Мы боимся снова стать маленькими. Беспомощными. Невидимыми.
Я всё ещё учусь быть рядом и оставаться собой. Иногда мне хочется сбежать. Иногда – прижаться. Но теперь я замечаю этот момент выбора. И спрашиваю себя:
Ответ рождается не сразу. Но я больше не строю стены автоматически. Я пробую открывать ворота. Медленно. Осторожно. Но осознанно.
Вопросы для самопознания:
Что вы чувствуете, когда мужчина становится по-настоящему близким?
Были ли в вашей жизни «безопасно недоступные» партнёры?
Что для вас страшнее – быть брошенной или раствориться в другом?
Где в вашей жизни стены, а где – границы?
Чего вы боитесь больше: одиночества или настоящей близости?
Глава 3
Глава 3. Тревожная и избегающая привязанность: танец, в котором нет победителей
Химия боли
Помните те самые качели? То холодно, то горячо. То он рядом, обещает, заботится – то исчезает без объяснений. То я в эйфории от его внимания, то раздавлена его холодностью. Знакомо?