Галина Волкова – Истории о котопёсах и их хозяевах (страница 33)
Поздним вечером, когда детей уложили спать, взрослые Стрельцовы собрались на веранде и решили обсудить ситуацию. Все прекрасно понимали, что есть только два варианта: забрать собаку в городскую квартиру или оставить на даче, попросив сторожа Петровича приглядеть за ней.
Наташа была категорически против принятия щенка в члены семьи. Свой отказ она объясняла занятостью ее и мужа на работе. Дед и бабка понимали, что здоровье не позволит им уделить должное внимание молодому псу.
Но, не прогнав щенка сразу, все понимали, что теперь уже не смогут этого сделать.
– Он беспородный, еще неизвестно, что из него вырастет, – сокрушалась Наташа.
– Мелкий совсем, бестолковый, его воспитывать надо, а кто будет? – озабоченно вторила ей бабушка.
– Мишка спрашивал меня, как назовем пса, – вставил свое слово Алексей.
– Вот, еще только кличку осталось дать, и тогда совсем не отвяжемся, – сетовала Наташа.
Семейный совет закончился, каждый остался при своем мнении, а щенок, уснувший у ног деда, даже не подозревал, что решалась его судьба. В будку он не пошел, так и остался на веранде, устроившись под столом.
Утром Мишка, едва проснувшись, выбежал на улицу и, увидев весело бегающего по участку щенка, очень обрадовался. С легкой руки деда пса назвали Гавриком. А тот, почувствовав себя хозяином, самоотверженно охранял и дом, и территорию, и людей в меру своих малых сил. Гаврик звонко лаял на чужих, прогонял забредавших кошек.
Лето близилось к концу, семья Стрельцовых готовилась к отъезду. К сожалению, бабушка и Наташа не изменили своего мнения и отказывались брать Гаврика в город. Дед с Алексеем уже сходили к Петровичу и договорились о пригляде за псом, заплатив денег и поставив бутылку водки. Кроме того, они пообещали наведываться с благодарностью в течение года.
Настал день отъезда. Наташа как могла подготовила детей к расставанию с Гавриком. Она успокаивала их, что за псом присмотрят, что на следующее лето они снова с ним увидятся.
Вещи были уложены, все уселись в машину. Выехав за ворота, Алексей вышел, чтобы закрыть их. Гаврик, не понимая, что происходит, сидел посреди садовой дорожки и ждал, что Мишка или дед позовут его.
Машина тронулась по дороге. Мишка сидел на заднем сиденье, его глаза наполнялись слезами, он шмыгал носом и, не отрываясь, смотрел в заднее стекло. Соня, увидев Мишкины слезы, заревела в голос.
Проехав метров триста, Алексей затормозил и остановился.
– Значит, так. Наташ, ты видишь эти слезы? Вот мне тоже так хочется расплакаться. В общем, беру Гаврика на себя, а Мишка мне поможет. Да, сын?
– Да, па, – продолжая шмыгать носом, сказал Мишка, глаза которого вдруг засияли безграничным счастьем.
– И я, и я помогу, – зазвенел голосок Сони.
Трое мужиков и одна маленькая девочка вышли из машины и пошли к дому. Они открыли ворота, заглянули во двор, где на дорожке так и сидел Гаврик.
– Ну, что сидите, ваше величество, долго вас ждать? – весело пробасил дед.
Гаврик сорвался с места, подскочил к тем, кого так полюбил за эти три месяца, которым верил и уже не представлял жизни без них.
Ангел с усами
Пожилой матерый кот лежал на садовой скамеечке, жмурясь от яркого солнца. Он грел свои уставшие косточки, спрятанные под густой черной шерстью, которая под солнечными лучами отливала волшебной синевой.
Он лежал и думал, и думы его были совсем не похожи на кошачьи.
«Ангел с белыми крыльями… Красивый образ, придуманный людьми. А двенадцать лет в ипостаси черного кота – не хотите? Как они вообще представляют себе явление ангела-хранителя? Вот идет человек по улице, а за углом – опасность, и вдруг перед ним – ангел с крыльями, весь из себя такой сияющий. Да он же и до опасности не дойдет, на месте от инфаркта скончается! А вот если черный кот дорожку ему перебежит, тут он задумается, фигу согнет, или назад повернет, или обойдет по другой стороне».
– Васька, на солнышке нежишься, старый плут? – оторвал кота от мыслей голос хозяйки.
Любимая рука прошлась по шерстке, почесала за ухом. Васька заурчал, довольно принимая ласку. И тут в голове что-то сверкнуло, кот резко подобрался, спрыгнул с лавки и помчался к летней кухне. Маша, дочь хозяйки, занималась там приготовлением обеда. Она уже заканчивала варить суп, а на второе решила сделать макароны с котлетами. Обычные спагетти ее не устроили, и она решила взять с верхней полки, где мама складывала макаронные изделия забавной формы. При маленьком росте ей пришлось взять табуретку, чтобы достать продукт. А Васька, появившийся на пороге, слышал, как тихонько трещит легкая стенка, из которой выходит гвоздь. Сколько раз хозяйка собиралась попросить соседа поправить крепления полки, но как-то все откладывала.
Громко мяукнув, кот отвлек Машу.
– Вась, ты что, голодный? – улыбнувшись коту, спросила Маша.
Отставив табурет, она прошла к соседнему шкафчику и достала корм. В это время с улицы прибежал семилетний сын Маши, Максимка. Дверь, потревоженная пронесшимся ветром, громко хлопнула. Стены летней кухни слегка сотряслись, полка грохнулась вниз, макароны рассыпались по полу, а Маша так и застыла с пакетиком корма над кошачьей миской. Оторопел и Максимка.
На шум прибежала Евгения Петровна.
– Все-таки она упала, – осмотрев кухню, с досадой констатировала свершившийся факт Васькина хозяйка.
Женщины занялись уборкой. Макс, схватив приготовленный мамой бутерброд, снова побежал на улицу. А Васька бесшумной плавной походкой покинул кухню, сел на ступеньку и принялся вылизывать шерсть. Закончив приводить себя в порядок, кот решил продолжить принимать солнечные ванны и вернулся на садовую лавочку.
И снова в его голове поплыли странные думы.
«Вот так и живем… И без крыльев справляемся. Иногда, правда, побегать приходится».
Помнится, прошлым летом Максимка с соседскими ребятишками пошел на мостки. И не глубоко там, да вот напасть, мальчишка не умел плавать. Это потом мама его принялась учить, а до этого как-то не задумывалась, да и в деревню к матери они переехали всего три года назад.
Когда мальчишка неловко спрыгнул в воду, ударился головой о край мостков и булькнул в реку, Васька уже был на берегу. Перевернув ведро с рыбой у Иваныча, заядлого деревенского рыболова, кот заставил того встать и отойти от берега. И увидеть, что на мостках какая-то паника среди пацанов.
Мужик добежал вовремя, вытащил Макса, умело оказал первую помощь, освободив легкие пацана от воды. Тот закашлялся, выплеснув приличный глоток. Потом заревел, но это уже пацаны с Иванычем встретили с улыбкой.
«Да-а, вот так и живем, вот так и работаем ангелом с белыми крыльями. Носимся на лапах, а за спиной только черный хвост развевается».
Мать с дочкой, управившись с уборкой, вышли во двор, присели на лавочку.
– Знаешь, доча, – внимательно посмотрев на Ваську, заговорила Евгения Петровна, – а ведь это Васька тебя от беды уберег. Я давно заметила. Уже не раз кот оказывался там, где опасность подстерегает кого-то из нас. Помнишь, тем летом, когда Макс с мостков упал? Ведь Иваныч все сетовал тогда, что наш кот ему ведро с рыбой перевернул, половина улова в реку ушла.
Дочь после слов матери тоже взглянула на Ваську.
– Хочешь сказать, что он типа ангела-хранителя? – спросила она.
– А ты сама подумай да вспомни, – ответила ей мать.
И они начали вспоминать случаи, когда Васька вовремя оказывался рядом, предупреждая беду.
А что же Васька? А Васька слушал и ухмылялся в свои длинные усы, размышлял: «Вот такая у нас работа, у ангелов с усами. И нет у нас белых крыльев, зато шерсть вон какая, черная, шелковистая. Мр-р-р».
И кот с чувством исполненного долга, оправдывая свое природное воплощение, вновь принялся вылизывать и так сияющую волшебной синевой черную шерстку.
Глубокие вопросы
Летний вечер медленно наползал на город, погружая дома в еще прозрачные сумерки. Последний луч солнца махнул сияющим крылом, обещая вернуться утром со стаей своих собратьев. В дворовой беседке сидели трое пацанов того возраста, когда детство еще играет в пятой точке, но голос уже ломается, походка меняется, и так хочется побыстрее повзрослеть.
Давно сложившаяся компания весело обсуждала события прошедшего дня, разбавляя разговор глотками пива. Добрый сосед дядя Саша откликнулся на просьбу пацанов и купил им три бутылки хмельного напитка. Они нечасто баловали себя хмельным, так, с охоты да в жаркую погоду, ну и типа взрослые уже. Блажь, но поди объясни это подросткам в переходном возрасте.
– Лех, а ты как, решил с Машкой объясниться? – вдруг спросил друга Митя.
– А что? – поперхнувшись пивом и сразу став серьезным, воззрился на него Леха.
– Да ниче, просто я ее вчера с Генкой из десятого «Б» видел, – ответил Митя.
– Где?
– Да возле супермаркета. Мило так беседовали, улыбались, – проинформировал друга Митя.
Настроение в компании резко изменилось. Леха напряженно цедил пиво, Пашка, взглянув на Митю, покрутил пальцем у виска. Тот пожал плечами в ответ, понимая, что сморозил глупость, затронув больную для друга тему.
В этот момент к беседке подбежал неизвестно откуда взявшийся щенок. Он явно был голодным и с надеждой смотрел на пакет чипсов в руках у Пашки.
Леха, сидевший у самого выхода из беседки, увидев щенка, разозлился.
– Пшел отсюда, – гаркнул он и поддал мелкого ногой.