Галина Волкова – 200 по встречной (страница 3)

Захар приходил ко мне каждый день, и однажды он пришел и принес наши фото со свадьбы.

– Привет, Насть, – поцеловал в щеку, а мне невыносимо захотелось вытереть то место, где прикоснулись его губы, но я воздержалась.

Муж был чужим. За две недели в больнице я не смогла себя заставить почувствовать его как мужчину, с которым у меня когда-то были интимные отношения.

– Смотри, что я тебе принес, – у него в руках был кожаный коричневый альбом.

Захар открыл, и я с любопытством рассматривала себя в свадебном пышном платье. Родственники, цветы, улыбки… я смотрела на чужую незнакомую мне жизнь, на торжество, о котором нет и частички воспоминания. Муж показывал на людей и пояснял, кто они. Я чувствовала себя так, как будто пришла в новый коллектив и только что увидела первый раз мужчин и женщин, с которыми придется работать. Мои друзья и близкие – абсолютно незнакомые лица.

– А вот здесь – то, как мы летали на выходные на Карибы, – муж перелистнул страничку, и солнечные фото с морем и нашими улыбками заворожили непосредственностью и беспечностью.

Я разглядывала саму себя, и пыталась будто примерить этот образ девушки с фото. Обнимала Захара, прижималась к нему…

На одном из фото мы целовались, и мне вдруг стало стыдно перед мужем. Почему же я настолько к нему холодна? Что со мной не так? Ведь это моя жизнь, это правда мое прошлое, что было реально со мной!

– На Карибах было классно, – мечтательно выдохнул муж – Море, теплый песок, прогулки на яхте. Мы пообещали друг другу, что обязательно полетим туда еще раз, – и он сделал паузу, после которой мне стало жутко неудобно. – Настюш, я люблю тебя, моя кошечка!

Я молчала. Соврать? Сказать, что чувства взаимны?

Повисла неловкая пауза.

– Прости, я ничего не помню, – произнесла в свое оправдание, и отвела взгляд, лишь бы не смотреть ему в глаза.

Больно и стыдно. Он любит меня. Каждый день приезжает, приносит вкусности, старается помочь все вспомнить. Другой бы занялся бы своими делами, и вовсе не пытался ободрить или позаботиться. Кому нужна жена без памяти? Ведь никто не гарантирует, что я все вспомню. Это как начать жить заново. Хочется ли здоровому и красивому мужчине терпеть мои комплексы, когда он пытается прикоснуться ко мне?

– Я верю, мы справимся, – говорит Захар – Я с тобой, любимая, и, если нужно готов на все.

– Расскажи мне про меня, – попросила, и улыбнулась от нелепости фразы.

– Ты – ведущий журналист в местной газете. Пишешь в основном на женские темы: стиль, одежда, мода, ну, и остальные штучки, – он улыбнулся. Я только сейчас заметила, что у мужа ямочки на щеках. Он милый, но лед в моей душе был слишком толстым. Иногда это пугало, и я пыталась сопоставить факты. Если некто посылал мне цветы и был любовником, значит к нему я должна чувствовать влечение?

– Я думала, что я – врач, ну, или ветеринар, – задумчиво произнесла в ответ. – Мне кажется, я помогала людям, и это приносило удовольствие. Я не была волонтером?

– Нет, – муж отрицательно покачал головой – Когда ты окажешься на своем рабочем месте, то это принесет тебе больше пользы, чем мои рассказы.

– Я на это сильно надеюсь. А как мы познакомились? – неожиданно я вспомнила про то, что говорила мне Алина. Эта тема была для меня очень острой. Может Захар сейчас припомнит нечто неприличное?

– Мы познакомились у друзей. Был день рождения у одного из моих одногруппников по университету, и ты туда пришла с подружкой, – ответил муж.

Покивала головой. Интересно слушать о себе, как об абсолютно чужом человеке. Меня иногда подмывало попросить мужа рассказать обо мне: характер, привычки, но я останавливалась. Не будет ли это шаблоном, по которому придется себя вести, если я ничего больше не вспомню? Будет ли это моим настоящим «Я»?

Захар ушел, а у меня вновь роились как пчелы вопросы, на которые я очень хотела найти ответы.

Глава 5

Легкий стук в дверь заставил меня открыть глаза и повернуть голову. Сладкий сон тут же улетучился. Ко мне в палату зашла женщина средних лет в синем платье. Каштановые волосы струились по плечам, а в карих глазах стояли слезы.

– Доченька, моя милая, моя любимая! – она бросилась ко мне и крепко обняла.

Растерянно в ответ чуть коснулась ладонями ее спины. Понимала, что это моя мама, но среди других женщин, к своему стыду, я бы ее даже не узнала.

– Я знаю, знаю, – она берет стул и садиться напротив меня, – Ты потеряла память после аварии и ничего не помнишь, но теперь я рядом и буду за тобой ухаживать. Захар, твой муж, уже был у тебя?

– Да, – закивала в ответ. Я рассматривала ее, и находила наши общие черты. Мимические морщинки около глаз, открытый взгляд придавали ей добродушный вид. Ласковой улыбкой она согрела меня и дала понять, что в этом мире я не одинока.

– Прости, что сразу не смогла приехать к тебе. Я прилетела из Египта только два часа назад, у меня очередной отпуск. Ты сама мне подарила путевку. Это было полной неожиданностью, ты всегда дарила мне дорогие подарки, а в этом году вообще удивила, – она тепло улыбнулась. – Мне позвонили и сказали, что с тобой случилось несчастье, – всхлипнула. – Я тут же кинулась бронировать билет на самолет, но прямых рейсов не было. Только с пересадками. Да еще вылет задержали почти на полсуток из-за погодных условий…

– Мам, все хорошо, не волнуйся, все в порядке, – произнесла я. Интуитивно мне было легче всего сейчас общаться именно с ней. Я чувствовала нашу кровную связь, и полностью доверяла ей.

– Я хочу спросить, тебя, мое солнышко, что ты помнишь до аварии? – мама вдруг стала серьезной.

– Ничего. Абсолютно пусто, – откликнулась я, а в душе нарастала тревога. Почему она вдруг резко изменилась в лице?

– Перед аварией, примерно за неделю-полторы пришла печальная новость. Скончалась моя родная сестра, твоя тетя, – мама держалась изо всех сил, чтобы не заплакать. – Только это еще не все. Тебе позвонил ее нотариус и сказал, что она завещала тебе все свое наследство: бизнес в Израиле, шикарный особняк и две машины бизнес-класса.

Я от удивления приоткрыла рот. Вот так новости! Лежа на кровати, только что узнала, что стала владелицей многомиллионного состояния.

– Я?! – произнесла в ответ, когда мое онемение от шока закончилось.

– Да, ты, – мама нервно перебирала ремень от сумочки, избегая контакта глаз. – Екатерина Андреевна, моя сестра, всегда была одна. Без семьи, без детей. Все время посвятила работе, бизнесу. У нее сеть магазинов одежды и своя швейная фабрика. Может, вспомнишь, ее брендовые магазины есть и в России. «Леди Стиль».

Я призадумалась. Для меня привычные вещи: еда, одежда, названия развлекательных заведений были вполне узнаваемы. Я не помнила лишь прошлого. Будто кто–то стер именно воспоминания, а не полностью всю Вселенную.

– Мы очень давно были у нее в гостях, – продолжала мама – Ты еще училась в младших классах, а потом… потом ей постоянно было некогда, дела, бизнес. Она пыталась построить свою личную жизнь, но безуспешно. А потом узнала, что больна, и как всегда, поставила бизнес на первое место. В итоге запустила болезнь, и…

Мама глубоко вздохнула и поднесла носовой платок вновь к щекам.

– Не нужно, я все понимаю, мам, – я дотронулась ее руки. – Не мучай себя.

– Все хорошо, – сквозь пелену слез она пыталась ободряюще улыбаться. – Рак последней стадии и там уже было не до деловых встреч и совещаний. Последнее что она просила передать, это то, что любит тебя.

Сейчас я чувствовала себя чудовищно неловко. Моя тетка, которая оставила огромное состояние, любила меня, а я даже не могу вспомнить, как она выглядела! И уж что говорить о взаимных чувствах. Я к мужу-то испытываю недоверие и отчасти неприязнь, а здесь…

Я постаралась отвлечь маму от горя, спрашивала ее про работу, про увлечения, где она живет и как проводит время на выходных. Женщина воодушевленно делилась воспоминаниями, рассказывала про то, как мы совсем недавно отмечали ее день рождения: много смеялись, ели торт, и даже запускали фейерверк.

Завороженно слушала, и не могла поверить, что это вправду. Мне было так хорошо там, в другой параллельной жизни. И я с трудом воспринимала все то, что происходит. Это иногда казалось театральным спектаклем. Я вынуждена играть роль, и ощущения, которые мне диктуют, насквозь фальшивы.

– Мам, я изменяла мужу? – вдруг спросила ее, и она удивленно посмотрела мне прямо в глаза.

– Настюша, милая, что ты говоришь? – Ответила мама, – Ты о чем?!

– Только ответь честно, – попросила я маму. Она точно не соврет. У нас с ней были доверительные отношения, и как говорит она, я все ей рассказывала.

– Нет, конечно! – отмахнулась мама – Ты вышла замуж по любви. Захар тебя безумно любит, носит на руках, пылинки сдувает. Очень повезло, что ты встретила такого любящего и заботливого мужчину как Захар. Однозначно тебе не нужны никакие любовники! Даже не думай! Но почему ты спрашиваешь?

Я не решилась говорить про подругу и нашу с ней бурную клубную «деятельность». Одобрит ли мама развратные вечеринки? И может ли быть такое, что именно про это я не рассказывала ей?

– Да так, не обращай внимания, – пожала плечами.

Мама на прощание тепло обняла меня, и погладив по голове, произнесла:

– Настенька, моя дорогая принцесса, я тебя очень сильно люблю.