Галина Тюрина – Вершители легенд (страница 12)

Оруженосец грозно глядя на сбившихся вместе сестёр, осторожно разрезал кончиком меча верёвки на принце, и тот слез со стола, зашнуровывая куртку ещё не очень послушными пальцами.

– Вот что, – сказал, наконец, он, тряхнув головой, и растрёпанные было кудри послушно улеглись в аккуратную прическу. – Этих женщин не оскорблять и не обижать. Они ведь не хотели зла…

– Все в округе уже знают, что вы, господин, добры и мягкосердечны, – молвил Салеван. – Но не кажется ли вам, что прощать такое просто неразумно? Ведь, по-моему, так они хотели зарезать вас. Это ведь настоящие ведьмы. Люди их ненавидят и сторонятся не зря! Они сглаживают детей, морят скот, насылают град и саранчу…

– Люди просто очень неграмотны и суеверны. Они склонны огульно сваливать вину за свои несчастья на чужую голову, совершенно не догадываясь об их истинной причине. А между тем, я ничуть не жалею, что попал в их руки… Таких людей я и ищу. Ты ведь знаешь, что тёмные намерения я чувствую заранее и на расстоянии, и именно поэтому мне не страшны внезапные нападения злоумышленников: они просто не могут быть для меня неожиданностью. Но сегодняшний случай особый. Я не смог защитить себя и попал к ним в ловушку не потому, что они были сильнее или умнее меня, и не потому, что моя беспечность и жажда помогать незнакомым людям заставили меня полностью забыть об благоразумии и осторожности. Просто я не почувствовал от этих женщин ни малейшей угрозы или корыстного мотива, а наоборот, ощутил от них свет доброты и любви к людям, сострадание и стремление помогать нуждающимся в помощи. И доверился им…

– А они вдруг вознамерились вас зарезать. Так, ради сострадания к самим себе или может быть ради любви к людям, ну, как к своей пище, – не унимался Салеван. – Вон, у той в руках до сих пор нож… Если бы мы не подоспели вовремя, они бы отравили вас своим дьявольским зельем и приготовили бы из вас шикарный ведьмин ужин, а может быть заодно и завтрак!

– Не говори чепухи, – принц слегка нахмурился. – Эти, как ты их назвал, настоящие ведьмы, мне – просто родные сестрёнки, не по крови, так по духу. А их «дьявольское зелье» – это величайший прорыв в медицине, а именно в хирургии. Ведь они изобрели практически безопасный общий наркоз. Просто пока оценить по достоинству это открытие способен только я… Так что, тех, кто осмелится их обидеть, накажу, не пожалею! – Эти слова были явно обращены к латникам. – Утром пусть эти милые леди собираются и переезжают в город. Салеван, проследи, чтобы была хорошая повозка. И прямёхонько ко мне на двор. Я возьму их в ученицы.

Они вышли на свежий воздух. Была звёздная ночь, на траву упала роса.

Принц по-особому свистнул, и Ветер, услышав своего хозяина, коротко заржал и, открыв ударом копыта калитку, покинул сарай и подбежал к хозяину. Чародей погладил коня, что-то шепнул ему в навострённые уши и легко вскочил в седло.

– Спасибо тебе, верный друг, – тихо произнес он, глядя на стоящего на крыльце Салевана. – Не обижайся на меня. Прости, что заставил переживать за мою безопасность. Поверь, твоё участие мне не безразлично. Я очень ценю его, хотя и считаю, что ты волнуешься за меня совершенно напрасно. Моя судьба предопределена. Свой срок я знаю до дня и часа, а до этого времени со мной не может случиться ничего плохого… Поеду, успокою бедную мою Гезу. Она, наверное, тоже жутко переволновалась.

Принц сложил руки на груди и сжал коленями бока коня. Ветер рванул с места гладкой стремительной рысью, красиво изогнув шею со свободной от узды головой.

…Эта девушка была самым прелестнейшим существом на свете. Такая красота и во сне не привидится! Она стояла в прозрачном сиянии полнолуния, стройная и неподвижная, окружённая мерцающим божественным ореолом, затмевающим даже яркий чародейский костёр. Алмазный венец переливчато горел на её челе, а струящиеся по плечам тёмные волосы ещё сильнее подчёркивали белизну тела, обёрнутого в развивающиеся на ветерке полупрозрачные одежды. Принц Алек стоял перед ней, и они о чём-то беседовали на наречии, сначала показавшемся Дорбу Младшему просто каким-то мелодичным напевом, и делали это с таким видом, как будто были давно и очень хорошо знакомы. Незаметно околдованный звуками непонятного, но ласкающего слух своей гармоничностью, разговора, Дорб присел, а потом и прилёг на траву в своем укрытии. Сознание его как будто слегка помутилось, он не отрывал очарованного взгляда от прелестной «потусторонней» незнакомки и стоящего к нему спиной чародея…

Очнулся он от невесомого прикосновения к щеке и невольно ахнул. Над ним склонилась та самая неземная девушка и улыбалась ему призывно и обещающе.

– Мой герой проснулся! – Голос её был слаще и пьянее самого лучшего вина. – Вставай же, рыцарь, твое время настало!

Принц Дорб встал перед ней на колени и протянул к ней руки, как во сне. Девушка тут же вложила в них свои ладони. Тогда он мельком огляделся: принца Алека поблизости не было, огонь уже не горел, и даже угли как будто давно остыли. Может статься, и яркого костра, и его друга-чародея, за которым он отправился в эту ночь тайком на колдовской холм, тут вообще никогда не было, а этот разговор-песня ему просто приснился? Но ведь девушка-то была! Она стояла рядом с ним, реальная и прекрасная, её пальцы были тёплыми и нежными, одежды блестели драгоценной вышивкой, и от них исходил изысканный аромат пленяющих разум благовоний.

– Кто ты? – прошептал поражённый в самое сердце Дорб. – Сон ли ты? Или явь?

– Я явь, и я пришла к тебе, мой будущий король этого края! – Девушка потянула Дорба за руки, и тот встал, оказавшись с ней лицом к лицу, и её дыхание показалось ему эликсиром неодолимого страстного желания. – Будь моим господином и владыкой, я уже полюбила тебя всей душой! Но прежде ты должен развеять по ветру пепел Арбуса и изгнать проклятого городского колдуна, именующего себя посланником звёздных богов, из этих мест!

– Но он друг мне, – пролепетал Дорб. – Да и не сравниться мне с чародеем!

– Ещё как сравнишься, мой скромный господин! – Глаза девушки вспыхнули пламенем, от которого Дорбу стало жутко и сладостно одновременно. – Думаю я, что нашла достойнейшего. Так не разочаруй же меня! Знаю, арбусский колдун вернул тебе зрение, которое сам же перед этим хитроумно отнял. Он кажется всем очень милым и добрым, однако привечает чёрных ведьм и всяких безродных проходимцев… А главное, кто теперь вспомнит о благородных рыцарских традициях войны и истинном смертельном поединке? Свежая кровь на клинках теперь не в чести! Великая Королева давно уже не водит войско своих вассалов в завоевательные походы, предпочитая силе меча изворотливость языка. И это опять же он, ваш городской любимчик-чародей постарался: популярно объяснил ей в алькове между делом, что властительница должна по его «божественным» понятиям в первую очередь заниматься переговорами о налаживании мирной жизни с соседями и их вовлечением во взаимовыгодные союзы, а не стяжанием добычи и бранной славы в военных походах. По его же наущению при дворе отменены поединки боевым оружием и оставлены только показушно-развлекательные турниры по жёстким правилам и с использованием затупленных клинков. Теперь никакой крови и никакой доблести и риска! А ещё этот ведьмак внушает людям, что все без исключения – ровня друг другу, невзирая на титулы, родство и регалии. Но разве это так? Неужели ты считаешь себя равным грязным крестьянам и рыночным оборванцам? Вспомни, ты ведь когда-то был непобедим и увенчан славой! А как тебя все боялись и уважали! Ведь ты был почти королем, пока не вмешался этот злополучный звёздный посланник… Тут она засмеялась, и в хрустальном звуке этого смеха слышалось высокомерие и скрытая, но такая возбуждающая лесть, что в памяти принца Дорба вдруг костром вспыхнули обидные воспоминания.

– Как же он вас всех околдовал и приручил! Тебя и твоего отца погладил целящей рукой и одновременно лишил гордости и силы. Где твои вассалы, где твои данники, великий потомок королей-завоевателей? Неужто ты смирился с незавидной ролью изгоя? А между тем, твоя кровь гораздо благороднее, чем кровь твоей сестрицы Гезы. Поражён? Не удивляйся! Великая Королева Золотая Маска на самом деле приходится тебе родной сестрой по отцу: она – есть плод греховной страсти твоего честнейшего родителя и развратной королевы Арманды, урождённой девицы Бриггитс, отец которой был простым латником на службе у короля. Арбусский колдун, которого ты называешь своим другом, прекрасно знал это с самого начала, но ему, святому провидцу, поборнику нравственности и честности, было просто невыгодно открывать правду, и он не чинясь вступил в тайный сговор молчания с твоим отцом… А твой папаша? Он всегда любил Гезу больше чем тебя, в чьих жилах течет законная высокородная кровь без всякой примеси и изъяна прелюбодеяния. Он фактически возвёл свою незаконнорождённую дочь на трон, скрыв от всех, а главное, от тебя, её позорную тайну! А тебя… На тебя же герцог Дорб давно махнул рукой как на неудачника, не оправдавшего его надежд. Он даже перебрался из родного гнезда в город почти со всей своей свитой, желая быть поближе к тем, кто ему милее всего: вишь ли, внучата у него там, детки его возлюбленной Гезы и посланника богов. Кровинушка родная, чародейская! А в это время ты неприкаянно таскался по приграничным весям, умиротворяя дикие племена по приказу Королевы. Где благодарность? А? На самом деле возложение на тебя подобных обязанностей можно с полным правом считать ссылкой куда подальше…