Галина Шатен – Глупые (страница 6)
Варвара
Он смотрит на меня как-то странно. Затем выдыхает и кивает.
– И что тебе нужно?
– Как и положено, разделить работу на двоих.
Ведет по мне взглядом и чуть качает головой, усмехнувшись.
– Нет.
Он разворачивается и выходит, закрыв за собой дверь и оставив меня с открытым ртом. Такой наглости я даже от него не ожидала. Но вся моя растерянность не длится дольше пары секунд. Дергаю дверь на себя.
– Ярославский!
Он оборачивается. Я уверенным шагом подхожу к нему и тыкаю пальцем в широкую грудь. Парень удивленно поднимает брови.
– Ты что-то перепутал, – цежу сквозь зубы, – потому что я четко слышала, как проект задали двоим партнерам и выполняют работу, как ни странно, двое. Я не спрашивала о твоей уверенности или вере!
– О, неужели? – Тимур отодвигает мой палец в сторону. Выражение его лица меняется на надменное. – И о чем же ты говорила? О том, чтобы мы вдвоем занимались этим проектом?
– Именно.
– Значит, я все правильно понял.
– О, серьезно? Ты понял, что будешь делать половину работы, как и положено?
Тимур вздыхает и смотрит на мощные часы на запястье, уже потом, с какой-то досадой, на меня. Как на жужжащую над ухом муху, которую никак не прихлопнуть.
– Ладно. Давай рассуждать логически. Ты наверняка, – парень оценивающе меня оглядывает, – бюджетница, работающая не покладая рук и не спящая по ночам, чтобы выучить и сдать зачет. Иначе ведь что? Прощай, альма-матер. А теперь посмотри на меня. – Ярославский ладонями указывает на себя. – Молодой, красивый, спящий спокойным сном, потому что – знаешь что? Я никогда отсюда не вылечу. И теперь приходим к логическому выводу: кому нужен этот проект? Тебе или мне? – Он разводит руки в стороны. – Все гениальное просто. Поэтому… как тебя зовут? А, неважно. Верю, что ты справишься.
Сказать, что я возмущена? Да я задохнулась от бешенства!
– Слушай ты… индюк напыщенный! Мне плевать, кто ты и что ты! – Я делаю шаг ближе к нему. – Я не собираюсь пыхтеть за двоих. Хоть будь ты президентом – мне все равно! Ты сделаешь свою половину!
– А иначе что? – Он скучающим взглядом смотрит на меня.
– А иначе пожалеешь! Иногда популярность может сыграть злую шутку, знаешь ли. Поэтому, – выдыхаю, – в пятницу. После пар. В библиотеке. Все ясно?
Блеф – это явно не мое, но я, кажется, умело держу лицо. Он смотрит на меня с нескрываемым любопытством. Затем неожиданно мягко улыбается. На мгновение теряюсь, поскольку его лицо действительно преображается. Его глаза, они такие… Такие серые и красивые, словно бесконечная Вселенная, которую хочется познать. И ресницы черные длинные… Аж сердце замирает на мгновение.
– Конечно, в пятницу. Я запомнил.
Хм…
– Отлично, – бормочу неуверенно. Парень разворачивается и неспешной походкой начинает спускаться по лестнице вниз. А я словно пробуждаюсь от сна. Что это такое сейчас было-то? Брр… кошмар какой. Словно под гипнозом.
Вздрагиваю от вибрации из своего кармана. Достаю сотовый. Мила.
– Алло? – Я хмурю брови, чувствуя, как от волнения застывает сердце.
– Привет, сесюндра!
– Что-то случилось?
– Нет, просто звоню, соскучилась…
– Мила, ты же знаешь, что нужно звонить только в экстренных случаях. Не дай бог он увидит, что ты мне звонишь…
– Уф, ну не будь ты такой. Я очень соскучилась по тебе!
Грудная клетка болезненно сжимается.
– Скоро я заберу тебя.
– Два года – это не так уж и скоро, – выдыхает Милка. – Варь, а можно я сейчас сбегу? Они не станут меня искать, тебя же не стали…
– Потому что мне уже было восемнадцать. – От досады я закусываю губу.
– Мне так тебя не хватает!
– И мне тебя.
– Ты не волнуйся, он ушел на собрание, поэтому я и позвонила. И номер твой не записан, я наизусть выучила, как дважды два.
– Отлично. Ты умница, Мил.
– Как Глебушка поживает? Вы там не решили пожениться?
– Мы просто друзья, – бормочу.
– Ой, кому ты заливаешь.
Я рада слышать эти веселые нотки в ее голосе. Было бы намного хуже, если бы она плакала, как бывало не раз.
– Ой!– Мила резко отключается, заставляя меня здорово понервничать. Надеюсь,
Выдыхаю.
Не дело это – здесь стоять. Выхода нет, нужно еще успеть на работу. Как бы я ни переживала за сестру, жизнь идет, и у нее свой ритм, под который необходимо подстраиваться.
– Супостаты! У-у! Убила бы!
Резко поднимаюсь в кровати от крика. Моргаю, понемногу возвращаясь из мира снов в реальность. Тянусь к тумбочке за телефоном.
3:46.
Я валюсь со стоном обратно на подушку. Сегодня бабуля припозднилась, обычно у нее начинается часа в два ночи.
Именно о ней и предупреждала Полина, говоря о некотором смущающем факте проживания в этой квартире. Но цена вопроса и близость к центру пересилили все. Да и не могла я уже находиться рядом с Глебом и его пассией.
Бабуля – Павлина Аркадьевна, моя соседка. Ей за восемьдесят, и в последнее время вот так по ночам она кричит. Это мне Полина поведала – сама тоже из этого дома. Я уже пробовала беруши, но не могу спать, когда что-то в ушах. За две ночи, что провела здесь, у Аркадьевны приступ, или что там еще в ее голове, случался единожды. Потом – тишина. С этим можно смириться. Ко всему можно привыкнуть и со всем справиться.
Только вот есть ли смысл не жить, а выживать?
Раньше я думала, что у меня все будет хорошо. С Глебом. Не знаю, вера в наше будущее поддерживала меня и будто давала тонус. А сейчас… ради чего все? Побег из дома… работа, учеба… Я будто осталась совсем одна в этом мире. Однако это не так. Есть сестренка, которая нуждается во мне. Которой смогу помочь только я, потому что больше некому.
Глаза сами сомкнулись, и я вновь погружаюсь в сон…
Четыре рабочих дня пролетели незаметно – только что и успевала ходить по кругу институт – работа – дом. Однако в пятницу у меня выходной, поэтому я встаю с большей охотой. Пока чищу зубы, слышу звонок телефона. С зубной щеткой во рту захожу в комнату, поднимаю мобильник с тумбочки. Глеб. Хм… Так рано?
– Аво? – Говорить из-за щетки во рту неудобно, и я поспешно возвращаюсь в ванную.
– Доброе утро, Варюх, – бодро откликается друг. – Собираешься в универ?
– Ага. А ты чего в такую рань звонишь?
– А я знаю же, что ты не спишь, – слышу улыбку в его голосе – таком родном, но далеком одновременно. Вообще, уже стараюсь с Глебом не встречаться – ограждаю себя от неприятных эмоций. И так хватило их с головой. Надо признаться, выходит здорово. Оказывается, когда у тебя нет времени горевать, ты и не горюешь. Только если перед сном, совсем чуть-чуть.
– Слушай, мы вечером часов в восемь в клуб собрались. Может, и ты пойдешь? Лида настаивает. Скажу по секрету, как брат брату, хочет с кем-то тебя познакомить. Уверена, что вы друг другу понравитесь…
Глеб знает, как напрочь отбить всякое желание.
– Что?
– Я ей говорил, что ты не такая и тебе парни не интересны…
Что? Хм… не интересны? Или кто-то ревнует? Было бы неплохо.