Галина Сальникова – Инструкция по применению меня (страница 3)

Прошло много лет. Тень, в которую я угодила в детстве, оказалась на удивление вместительной.

Я прожила в ней целую жизнь: выросла, вышла замуж, родила детей… В общем, сделала всё как надо. Стала «земной», как и хотела мама.

Но вопреки всему я оказалась очень творческим человеком.

Даже в этом полумраке мои руки не переставали жить. Они творили — красиво, аккуратно, в пределах дозволенного.

Торты, шитьё, вязание. Классика жанра для хорошей девочки. Все довольны.

Меня называют талантливой.

— У тебя золотые руки, — говорят окружающие.

Да я и сама это знаю.

Знаю. Но не отсвечиваю.

Мне долго казалось, что так и нужно. Что я всё делаю правильно. Что тень — это покой. Безопасность. Место, где можно спрятаться от лишнего света.

Пока однажды не стало понятно: тишина стала слишком тесной для меня.

В ней стало трудно дышать.

Мне захотелось её расширить. Добавить света. Воздуха. Объёма.

Я пыталась осветить её разными способами: читала умные книги, зажигала свечи, искала знаки в случайных словах.

Я стала коллекционером чужих мудростей. Надеялась собрать из них фонарь, который покажет, куда идти.

Только он почему-то не зажигался.

На каждую жизненную ситуацию находилась цитата — я аккуратно записывала её в тетрадь, как будто собирала инструкцию к жизни.

Моя жизнь постепенно превратилась в сборник задач с готовыми ответами на полях.

Только ответы не согревали. Они были как красивые обои в панельном доме, где сквозит из всех щелей.

Красивые мысли тоже не спасали. Можно цитировать Джалаладдин Руми, пока не придёт счёт за электричество. А потом вдруг выясняется, что Вселенная не оплачивает интернет.

Я научилась говорить о жизни, но разучилась её чувствовать.

И под этим слоем умных слов снова начинало ныть то самое место. Там, где осталась девочка, которой сказали: «Не твоё».

Книги молчали. Свечи догорали. А душа требовала чего-то большего, чем просто красивая фраза на полях.

И я продолжала искать.

Однажды я случайно забрела на бесплатную лекцию про «Успешный успех». Честно, я просто шла мимо Дома культуры.

На фасаде висел огромный баннер, с которого на прохожих смотрела девушка.

Красивая до невозможности. Улыбка такая, будто она только что выиграла джекпот, нашла клад и одновременно поняла смысл жизни. Зубы сверкали, глаза сияли, аура, казалось, светилась даже сквозь бумагу.

Под фотографией крупными буквами было написано:

«Разбуди свою Богиню! За один вечер. Без регистрации и СМС. Гарантия Вселенной».

Я хмыкнула.

«Гарантия Вселенной» — это сильно. Обычно Вселенная никаких гарантий не даёт. Только намёки. И то — туманные.

А ещё там обещали чай с печеньками.

А я люблю печеньки.

Ноги сами свернули внутрь. Может, потому что я действительно проголодалась, а поблизости не оказалось ни одной кафешки. А может, потому что мне вдруг захотелось проверить: а вдруг правда разбудят?

Вдруг моя Богиня просто крепко спит и её нужно всего лишь слегка пнуть?

Я вошла, чувствуя себя немного самозванкой. Всё-таки в первую очередь я пришла не за успехом.

Я пришла за теплом.

И за печеньками.

Зал был заполнен примерно на две трети. Я даже удивилась — столько Богинь сегодня собрались за своим волшебным пенделем.

На сцене стоял мужчина в пиджаке. Улыбка у него была из тех, что не оставляют места для сомнений.

Он говорил громко и уверенно, как человек, который точно знает, как жить чужую жизнь.

Я сидела в углу, ела печеньку и думала:

«Ну вот. Ещё один гуру. Сейчас будет про Вселенную и изобилие».

Но телефон я всё-таки достала.

Чтобы записать пару фраз.

Пригодится для коллекции.

Мужчина оживлённо рассказывал о законах Мироздания, о квантовом переходе, о вибрациях, которые нужно повышать, о желаниях, которые нужно отпускать, и о деньгах, которые от этого якобы должны приходить…

А потом вдруг замолчал.

Просто взял и замолчал.

Он смотрел в зал — не поверх, не мимо, а будто сквозь.

И вдруг его взгляд остановился.

На мне.

Я даже оглянулась — автоматически, на всякий случай.

Но за моей спиной была только стена.

Секунда.

Вторая.

Я перестала жевать.

Стало неловко.

Будто меня поймали на чём-то очень личном — на мысли, на сомнении, на том, что я сама до конца не могла понять.

И в этот момент мне показалось, что в зале больше никого нет.

Что он говорит не «всем», а мне.

Он тихо произнёс:

— А зачем вы всё это прячете?

Я чуть не подавилась.

— Талант, — уточнил он. — Силу. Себя. Вы так боитесь занять место, что превращаетесь в мебель.