Галина Салийчук – По ту сторону (страница 6)
его дыхание слабеет.
Судьба ждёт.
Но имею ли я право вмешаться?..
Шар замер.
Лишь трещина продолжала светиться – как приоткрытая дверь, через которую остаётся только шагнуть.
И вот в этот момент —
Ай!
Боль пронзила мою ногу так резко, что видение рассыпалось, будто стекло.
Я подскочила и обернулась.
Мой новый жилец – лохматый котёнок, ещё вчера похожий на маленький комочек «кажется-умру-прямо-сейчас», – добрался до миски взрослых кошек.
Те смотрели на него с такой смесью недоумения и превосходства, что даже свечи бы заулыбались, если б могли.
Котёнок жадно ел и рычал, как матерый тигр, уверенный, что у него хотят отнять здобичу.
А потом… подавился.
Выпучил глаза.
Попытался сплюнуть.
Не вышло.
Сначала топтался, потом драматично грохнулся на бок, закатил глазки и перестал дышать – трагедия уровня античной драмы.
Старая кошка – самая мудрая в доме – подошла ко мне и, не моргнув, больно укусила за ногу.
– Ладно-ладно! – я бросилась к «покойнику».
Пальцами выковыряла застрявший кусок.
Котёнок проснулся, сел, одарил меня взглядом в стиле:
и, решив, что жить ради еды оно того всё-таки стоит, отправился на диван спать.
Я осталась сидеть на полу, чувствуя, как сердце снова входит в ритм.
Свечи дрогнули – будто тихо посмеялись.
А шар…
Шар всё так же светился золотой трещиной,
ждущей моего решения.
Часть VI.
С каждым днём Иван крепчал. Болезнь отпускала его неохотно, будто старая ведьма, лишившаяся добычи. Он ещё был слаб, но в глазах вспыхивали искры – жизнь возвращалась.
Утро стояло хрустальное – морозное, ясное. Сквозь полоску инея на стекле солнце вломилось в комнату таким ярким лучом, что воздух вспыхнул золотой пылью. Свет лёг прямо на лицо Златеи, сидевшей у постели.
И именно в эту секунду косынка чуть соскользнула с её головы, обнажив тёмные, блестящие волосы. Солнечный луч ударил по ним – и вокруг Златеи образовалось сияние, тонкий нимб, будто над головой у святой.
Иван не двинулся.
Мир застыл.
Не та, что когда-то отвернулась.
Не та, которую он толком и не знал.
А эта – настоящая. Живая.
Та, что боролась за его жизнь собственным теплом.
Она – его свет.
– И сколько же я так… валялся? – голос Ивана был сиплым, но в нем впервые за долгое время мелькнула улыбка.
Златея повернулась, и в её глазах отразилось солнце.
– Вторая неделя уж пошла, – сказала она, поправляя одеяло с такой нежностью, словно оберегала невидимый свет, живущий под ним.
– И ты… всё это время ни на секунду не отходила от меня? – он попытался подняться на локтях.
Она улыбнулась – тёплой, чуть смущённой улыбкой:
– Ну… не всё время. Как же иначе? Мне и воду тёплую носить, и чистым полотенцем вас утирать, бульон наварить да накормить… Чай травяной заварить – чтоб хворь вон из дома!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.