Галина Одинцова – Повесть про Димку, который обиделся (страница 4)
Вышел на улицу. Весна… птички поют, хорошо! И Димка направился на набережную Амура – любимому месту прогулок благовещенцев. Это было и его любимым местом: почти каждый вечер они всей семьёй прогуливались вдоль берега. Даже зимой любили прокладывать тропки лыжами по свежевыпавшему снегу.
Но особенно Димка любил лавочку с невозмутимым котом, псом и сорокой. Ту, что напротив ротонды.
В шестом классе к ним на урок литературы пришла амурская писательница Галина Панкрац. Рассказала о себе, провела мастер-класс по рисованию котиков кофе на бумаге и показала видео «Невозмутимый кот и его друзья»! Было здорово! Димке понравилось рисовать кофейной гущей. Рядом с лохматым котом он нарисовал весёлую собачку, и Галина Панкрац его похвалила. Димка остался доволен встречей с писательницей. Особенно были в восторге девчонки: они ещё дня три носились со своими распрекрасными рисунками кофейных котиков по школе.
Ребятам очень понравилось видео по сказочной истории «Невозмутимый кот и его друзья». Уже дома они с мамой пересматривали его несколько раз, смеялись над трещоткой-сорокой, над весёлым Псом, над модниками-воробьями…
А когда гуляли по набережной, обязательно шли к Дружку, чтобы потереть ему нос и загадать желание, подходили к железному Быку, потом к Амурозавру, вспоминали Керберозавра, долго стояли у памятника пограничнику с Мухтаром.
Димка помнит сказку почти наизусть: «На очень-очень Дальнем Востоке, в очень-очень светлом городе с очень-очень красивым названием – Благовещенск, на берегу очень-очень мощной реки Амур живёт ну о-о-очень невозмутимый Кот.
Днём и ночью сидит этот кот на ажурной скамейке на очень-очень красивой городской набережной и невозмутимо наблюдает за гуляющими горожанами и гостями амурской столицы, за ребятишками, с аппетитом поедающими очень-очень вкусное мягкое мороженое!
Наблюдает за танцующими друг перед другом воркующими голубями, за проплывающими по очень-очень голубому небу лёгкими, словно пух, облаками, за подсвеченными в разные цвета зданиями на другом берегу очень-очень сильной широкой реки, в китайском городе Хэйхэ…».
И вот сегодня Димка идёт этим путём, вспоминая счастливые дни, проводимые с родителями. Димка сел на лавочку и стал смотреть на китайский берег, на город Хэйхэ, в котором никогда ещё не был, а по вечерам его так манят яркие огни.
– Привет, Димыч!
Димка вздрогнул от неожиданности. Меньше всего он ожидал встретить здесь одноклассника Толика в такой час.
– Привет, Толян! Какими судьбами? Ты ж вроде в микрахе живёшь, да и время позднее.
– Узнали, тут мягкое мороженое продавать начали, вот и решили тряхнуть стариной.
– Круто!
К ним неспешно приблизился высокий юноша с двумя вафельными рожками, источающими сладкий аромат ванильного мороженого.
– Здоров, пацан.
– Здоров!
– Мороженое будешь?
– Да не…
– Что значит "не"? Бери, я себе ещё куплю.
И, не дожидаясь ответа, старший брат Толика направился обратно к заветному окошку. Мягкое мороженое продавали здесь из года в год, с первой весенней оттепели до самых последних осенних заморозков. И гуляющие по набережной, невзирая на большую очередь, с неизменным удовольствием покупали лакомство. Когда-то и Димка выпрашивал у родителей это мороженое, обязательно с клубничным наполнителем.
– Это кто? – спросил Димка.
– Брат мой. Старший.
– Понятно, что старший.
– А ты чего тут один расселся, Димыч?
– Да вот, с котом беседую.
– А собака чо?
– Лает… Шум от неё один.
– А-а-а… Ну, ладно, мы пошли?
– Давай.
И Толян со старшим братом двинулись дальше, с аппетитом уплетая мягкое мороженое. Димка с грустью смотрел им вслед. У его ног уже ворковали голуби, выпрашивая угощение. Димка отломил кусочек вафли от рожка, раскрошил и кинул голубям.
Тут же, словно из ниоткуда, появились юркие воробьи и, нагло расталкивая голубей, принялись клевать крошки. Димка доедал подтаявшее мороженое, а пустой рожок с хрустом ломал на мелкие кусочки и бросал птицам.
Смеркалось. На набережной зажглись фонари, отбрасывая причудливые тени. Людей становилось всё больше: шли семьями, весёлыми компаниями, встречались и одинокие фигуры. Димка нежно погладил кота по спине и, поднявшись, неспешно побрёл в сторону дома.
– Пока, котяра. Давай, служи…, – грустно произнёс он, издалека взмахнув коту рукой.
Глава 4
В гостях была бабушка. Она вихрем носилась вокруг Петеньки, нахваливая его и агукая. Мама хлопотала на кухне.
– Дим, это ты пришёл? – донеслось оттуда.
– Да, мам, я пришёл, – отозвался Димка и прошёл в свою комнату.
Следом в комнату зашла бабушка с Петенькой на руках.
– Что-то ты долго тренируешься. Зачем тебе эта борьба? Говорю же, бросай…
– Не брошу, ба. Тебе тренер привет передавал.
– Мне? Откуда он меня знает?
– Он всех знает. Передал тебе на словах, что я будущий чемпион. Вот.
– Ох, матушка! Какой из тебя чемпион! Кожа да кости. Виду никакого. А вот Петенька… Петенька-лапонька! – защебетала она, уткнувшись малышу в животик.
– Ба, не задуши Петеньку. Затискаешь ведь.
– Завидуешь, да? Он нам завидует, Петенька! Дима хочет к нам, но мы его не возьмём! Он большой и сердитый. Не возьмём… – ворковала бабушка, выходя из Димкиной комнаты.
Димка угрюмо сел за стол, раскрыл учебник. Бабушкины поддёвки всегда задевали его: вечно она его поддразнивала. Теперь Петенькой попрекает.
В комнату просунулся папа:
– Дим, я там мороженое купил. Иди, пока не растаяло.
– Я уже ел сегодня мороженое, – сказал Димка, но папа уже исчез за дверью.
Задача оказалась ерундовой, решилась в два счёта. Димка равнодушно пробежал глазами правило о Н и НН в суффиксах прилагательных, причастий и наречий, машинально вставляя пропущенные буквы в упражнении. Грамотность его мало волновала. Главное – сдать завтра тетрадь, чтобы избежать укоров учительницы о невыполненном домашнем задании.
– Дима, ужинать!
Димка вышел из комнаты. Во главе стола, словно королева, восседала бабушка. И тут же начала философствовать:
– Вон, почти десять часов вечера! Когда это видано, чтобы в такое время ужинали!
– Мам, – тихо возразил папа, – ну не всегда же мы так… Бывают дни…
– Вот именно – бывают! Так, Дима, завтра переезжаешь ко мне! А то родители совсем тебя запустили, увлеклись младшеньким.
– Никто меня не запускал! – огрызнулся Димка. – Не говори так, ба!
– А ты не спорь! Мал ещё спорить! Сказала ко мне – значит ко мне!
– Мама…
– А ты занимайся Петенькой, милая. Видишь, какой он неспокойный.
– Мама, у нас всё хорошо! – вздохнула мама, пытаясь защитить Димку. Но переспорить бабушку было почти невозможно. И ужин продолжился в тишине.
«Этот день был самым неудачным за последнее время», – грустил Димка, собираясь спать.
Он слышал, как родители переговаривались с бабушкой, вызывали такси, затем папа пошёл на улицу её провожать. Мама долго пела Петеньке колыбельную. Вернулся папа, и родители стали тихо бубнить, обсуждая предложение бабушки.
Димка расстроился ещё больше. Мама вошла в комнату тихо, Димка даже не заметил её в темноте.
– Сынок, спишь?