Галина Маркус – Цвета индиго (страница 17)

– Яли! – обрадовано произнесла Пат. – Я тебя искала… мне надо поговорить с тобой наедине.

Она взволнованно смотрела на девушку – самой не верилось, что она здесь, на Илии, а перед нею – невеста Стара.

Женщина встала между ними.

– Кто ты, называющая имя моей дочери, если твое имя ей незнакомо?

– Я… я знаю имя вашей дочери от илле, который знаком не только с ее именем, – Патрисии удалось, наконец, взять нужный стиль.

Она даже употребила редкое в илините уважительное обращение на «вы» – как к учителю. Мать это не впечатлило. Она бросила быстрый взгляд на дочь. Та сделала шаг назад и тотчас же замерла на месте. На лице у нее появилось замешательство, а возможно, и страх.

– Не бойтесь, прошу вас, – сказала Пат. – Никто не узнает, о чем мы говорили. Я никогда вас не выдам.

Она повернулась к девушке:

– Я могу говорить при твоей маме?

Яли только коротко кивнула и почему-то опустила глаза.

– Я предупреждала тебя, Яли, – начала женщина, отвернувшись от Пат, – никогда и ничто не проходит безнаказанно, никакое наше слово и действие.

Продолжения не последовало, обе женщины застыли в молчаливом и неприязненном ожидании. Младшая выглядела еще и подавленной. Такой встречи Пат, признаться, не ожидала.

– Какой у тебя цвет? – неожиданно спросила мать.

– Разве вы не можете видеть? – удивилась Патрисия.

– Уже не так ясно, – бесстрастно ответила та. – И я не желаю тратить на тебя силы.

Патрисия помнила, как Стар видел ее цвет постоянно, ни капли не напрягаясь. И никогда не упоминал, что этой способностью наделены лишь обладающие Даром, – наоборот, удивлялся, что земляне цвета не видят. Может, илянка больна?

– А ты? – Пат обратилась к девушке.

Яли подняла на нее взгляд и тут же испуганно опустила, ничего не ответив. Мать глянула на нее вопросительно, но та не ответила и ей тоже.

– Мне сказали, что я индиго, – сообщила Пат неуверенно.

Девушка почему-то сделала еще один шаг назад.

– Это многое объясняет, – ответствовала мать. – И твои воды не текут против течения.

– Что?

– Ты не лжешь.

– Это вы можете распознать?

– Это, – женщина сделала акцент на слове, – разумеется, могу.

– Кто… кто мог сказать тебе, что ты индиго? – почти испуганно проговорила Яли, впервые открыв рот.

Голос у нее оказался неожиданно низким.

– Ты знаешь, кто, верно? Я видела его на Земле, – быстро и тихо произнесла Пат. – Я была его переводчиком и помогла ему бежать на Оксандру – надеюсь, что он сейчас там. Он просил найти тебя и отвезти к нему. Мы можем вместе придумать, как это сделать. К примеру, я собралась на Оксандру и беру с собой помощницу. Я изучаю илинит, и могла бы нанять Яли для научных целей.

Реакция собеседниц пугала. Мать продолжала хранить холодное молчание и глядела только на дочь. Лицо же девушки словно окаменело, по лучшему образцу илянок, вся его живость исчезла и теперь она стала точной, слегка омоложенной копией матери. Ледяные глаза смотрели спокойно и без всякого выражения

– Я не давала своего слова Стару, – медленно произнесла Яли бесцветным голосом. – Наши реки огибают горы с разных сторон.

– То есть… – изумилась Патрисия.

– Вы получили ответ. Уходите и забудьте это русло, – жестко произнесла мать.

Но Пат не двигалась с места. Возможно, девушка находится под влиянием матери, или чего-то боится…

– И тебе нечего больше сказать? – Пат обращалась к Яли. – Стар попался врагу – из-за любви к тебе! Его собирались убить. Я пролетела ради вас половину Вселенной! Ответь, кто сейчас прогоняет меня – ты или твоя мать?

– Я не обещала Стару, что наши воды потекут вместе, – ответила Яли, подняв на Патрисию взгляд. – Ты должна уйти.

Глаза у нее снова ожили, но лишь для того, чтобы Патрисия прочла в них досаду и нетерпение.

– Ты дала ему надежду, достаточную для того, чтобы он… – начала, было, Пат, но девушка сделала резкое движение – выкинула вперед руку, выставив ладонь, словно защищаясь.

– Моя река впадает в новое море. Я выхожу замуж.

Вот это новости! Девушку выдают замуж – за землянина, разумеется. И что теперь? Ее надо спасать? Как понять, ее заставляют, или?..

– Значит, мои новости о Старе для тебя как птицы, летящие мимо? – допытывалась Пат, используя все возможности своего илинита.

– Я рада, что он жив, – наконец, произнесла девушка. – Но мои корни не переплетены с его и мои ветви тянутся в другую сторону.

– Посмотри на меня и ответь – ты говоришь правду? – в голосе Пат звучало отчаяние.

– Ты не можешь увидеть, правдив ли ее ответ? – презрительно произнесла мать.

Патрисия пыталась соображать: что ей теперь делать?

– Так. Понятно. В таком случае мы можем забыть о моем визите, – выдавила, наконец, она.

Она все еще пребывала в сомнениях и не двигалась с места, не смотря на то, что ей недвусмысленно указали на дверь.

– Яли, тебе пора переодеться, он скоро будет, – многозначительно посмотрела на дочку женщина.

Приход жениха для них, похоже, считался событием такой важности, что они махнули рукой на назойливую гостью – сама уйдет. Мать наклонилась за гамак, извлекла сверток с одеждой и протянула девушке. Яли начала деловито разбирать вещи. Шелковая ткань небесно-голубого цвета тут же напомнила о банкетном платье хозяйки гостиницы. А обувь поразила Патрисию до глубины души.

– Откуда такие? – вырвалось у нее.

В илините не было слова «туфли», только «обувь». Но это были именно туфли, не просто туфли, а «вращающиеся» босоножки. Вращались, конечно, не туфли, а часть каблука и тонкие многочисленные браслеты на лодыжках, и все это создавало ощущение, что их владелица сейчас взлетит. Но это же новинка! На Земле они вышли в продажу совсем недавно, как они тут оказались?

Мать не удостоила Пат ответом, а девушка подхватила униформу и отправилась переодеваться. Только тогда женщина повернулась к гостье:

– Уходи. Мы не выдадим тебя властям, если ты уйдешь прямо сейчас.

Она не сдвинулась с места, но Пат вдруг физически ощутила, как ее выталкивают. На нее словно надвинулась ледяная волна, и она невольно сделала шаг назад. Ах, вот что такое этот ваш гамес! Патрисию охватил гнев.

– Разумеется, вы меня не выдадите, – жестко заявила она. – Ведь это ваша дочь встречалась с мужчиной-илле. Вы не боитесь, что я расскажу об этом?

Ледяная волна прекратилась – но ожидаемой реакции не последовало.

– Это слова не индиго, – с равнодушным презрением сказала мать.

– Но это мои слова, – заявила Патрисия.

Она до сих пор так и не поняла, к чему ее обязывает непонятный цветовой статус, но сама поморщилась:

– Успокойтесь, – устало сказала она. – Конечно, я ничего не расскажу. Я хотела помочь вашей дочери. И я до сих пор не уверена, что ей не нужна моя помощь. Только поэтому я еще здесь.

– Она ей не нужна. Ты не способна различать ложь, иначе ты бы уже ушла. Но и сейчас ты здесь лишь потому, что тебе позволяют.

Тут появилась Яли. Стоило признать, что нарядец этот смотрелся на ней куда уместнее, чем на хозяйке гостиницы – этакая очаровательная школьница на выпускном. Но что-то в ней потерялось… то, что делало ее такой прелестной в ее прежнем обличии.

И Патрисия вдруг поняла, что ее мать права. Девушка выглядела озабоченной – достаточно ли она привлекательна для нового жениха. Ее жесты, то, как она вертелась и оглядывала себя – совсем по-земному, говорили сами за себя.

Пат молча повернулась к выходу, но тут же остановилась.

– Как я могла забыть! Мне нужна твоя помощь, Яли. Ты должна найти маму Стара и сообщить, что он жив. И помочь мне связаться с ней. Хоть это ты можешь сделать для него?

– Его мать знает, что он жив, – ответствовала вместо дочери старшая.