Галина Маркус – Нокаут чемпиону. Первая часть (страница 20)
– Игорь, я поняла. Тебе нужен кто-то другой, чтобы ни во что не вмешивался. А я не механизм, прости. Завтра уеду… сегодня уже поздно.
Мелихов резко остановился. Атака была его, но противник нанес встречный удар. Так… Нечестно бить ниже пояса! Он молчал, пытаясь понять цену угрозы. Разум подсказывал, что правильней не платить шантажистке, а интуиция шептала, что выбора нет, придётся лезть за бумажником.
Несколько секунд Игорь сопротивлялся, пытаясь быть последовательным. Какая-то чушь, честное слово! Не хочет – как хочет. Нужно, и правда, отправить эту наглую, неблагодарную девицу домой, и дело с концом. Найти, как она сама посоветовала, другого помощника. Какую-нибудь худощавую дамочку, сухую и исполнительную. Иначе всё кончится плохо, очень плохо. Уже всё идёт не так!
«А разве тогда, на бульваре, ты не знал, что всё с этого момента пойдёт по-другому?» – шепнул ему внутренний голос.
Мелихов развернулся и досадливо посмотрел на девушку.
– Ладно, извини, сорвался. Накопилось тут всякого. И ещё этот бой на носу… Не представляешь, как я оттягивал. А динамить дальше не выйдет – не дадут. Вот и дёргаюсь, как дурак… Ты меня устраиваешь, ясно? Так что проехали.
Он чуть было не произнёс, как Настя: «Не уезжай, пожалуйста!» И тотчас поморщился – это был удар по его самолюбию. Но живые глаза девушки, такие суровые только что, сразу отозвались на его слова – в них появилось сострадание. И вдруг ему впервые за многие годы захотелось ещё чуть-чуть пожаловаться и поныть. Он чувствовал, что не будет испытывать при этом унижения. Возможно, потому, что Ленка – не роскошная, успешная женщина, перед которой нужно изображать из себя мачо, а всего только…
А кто она, кстати? Почему её мнение вообще должно быть для него важно? Мелихов вдруг представил эту картинку со стороны: накачанный, крутой парень, чемпион с миллионным призовым фондом жалуется на жизнь Ленке из Выхино.
Он тряхнул головой и сказал, стараясь вернуть голосу строгие, деловитые интонации:
– Но с Настей я сам разберусь, слышишь? Ладно, сегодня так вышло. А завтра займись уж делами, пожалуйста. Будет приставать – зови меня, я дома. Пусть Верка работает. Ясно?
– Ясно, – глаза у девушки подозрительно заблестели.
Уж не реветь ли она собралась? Вот ещё не хватало! И ведь когда он орал, не заревела. А сейчас-то чего?
– Ну, что не так-то? – он развёл руками. – Сказал же, не злись!
– Я не смогу игнорировать Настю, – выдавила из себя Ленка.
– Ну… Я ведь не запрещаю тебе с ней разговаривать. Но чтобы работа от этого не страдала.
– Хорошо, – прикусила губу Ленка. – Я… постараюсь.
– Да, и… вот ещё что…
Стоило разрулить этот неприятный вопрос раз и навсегда.
– Ты что – верующая?
– А что, это надо было указывать в резюме? – снова нахмурилась девушка. – Так я его не писала…
– Да нет… Мне по барабану. Только ребёнку мозги не пудри. Я этих душещипательных тем терпеть не могу.
– Я заметила, – она подняла на него глаза. – Я и не говорю об этом на каждом шагу. Но Настя спросила, пришлось отвечать.
Под её взглядом Игорь вдруг почувствовал полнейшее отвращение к себе.
– Иди спать, Лен. Если я что не так сказал… Забудь. У меня бывает.
Она только кивнула и ушла, не пожелав ему спокойной ночи. Измученный, выжатый, Мелихов опустился на диван. Ну, и где же Белозерцев? Когда не надо, всё время торчит на глазах, а когда не с кем слова сказать…
– Ну, брат, тебе не угодишь! – послышался вдруг насмешливый голос.
Игорь вздрогнул и крутанулся на месте, не понимая, откуда ему вещают. В открытом настежь окне появилась широкая морда приятеля – похоже, он всё это время торчал в саду.
– Ну, ты и сволочь! – только и произнёс Мелихов. – Подслушивал?
Серёга одним движением перемахнул через подоконник и оказался в комнате.
– А в этом доме все подслушивают, – ничуть не смущаясь, ответил он.
– И что?
– Да ничего! Довёл девчонку… И рад.
– Серый!
– Сначала вешаешь на неё всё подряд. Она сразу говорит – командовать не хочу. Ничего, говорит Мелихов, справишься, я те слова не скажу. А потом начинаешь – этого не делай, того не трогай. Ты ведь, как я понял, отстраниться от всего хочешь, да? От всех проблем? Потому Ленку и взял. А она, дурочка, стараться начала. Не знает, какие мы противоречивые. Следующим ходом будет – не приставай к Рае! Потом – не попадайся на глаза Викусе…
– Слушай, Белозерцев! Ни хрена ты не понял! Пусть занимается делами, распоряжается домом и не лезет… в мою жизнь.
– А что такое твоя жизнь? Трахаешься да дерёшься. Ленка так здорово Настёну приструнила, никогда её такой не видел, за целый год – ну, ни разу ведь, Гош! Я бы на твоём месте молился на эту Ленку!
– Настя – это моё. Я сам справлюсь. Не надо думать, что я совсем…
– Просто у Ленки получается лучше, так чего ты взъелся! И наорал ещё – мол, я такой несчастный, а ты вся в шоколаде. А про три операции – помнишь, нет? Да ещё она мне сегодня про школу свою рассказывала, как её доводили.
– Тебе? – потемнел Игорь.
– Ну, не тебе же! Ты ведь только о себе думаешь!
– Я… Блин, Серый, хватит, мне и так хреново! Хватит мне… Сказок, Золушек несчастных. Не парь ты меня, а?
– Да это ты несчастный Золух. То бишь олух.
– У меня всё чётко. Всё нормально. Трезво, ясно, понятно. Здесь – Вика, здесь – Настя, здесь – мать. А здесь – бокс. Вот и всё. Ну, чего ты изображаешь из себя великого психолога? Забыл, как сам эту Ленку называл? А теперь в защитники лезешь?
– Забыл, – честно признался Белозерцев. – Правда, забыл. Вот сегодня покатался с ней – и напрочь забыл. И знаешь, она… Лучше многих. Я таких не встречал ещё. А ножки-то у неё… если бы не хромала – во сне только увидишь!
– Вот как? Ножки? Может, ты у нас влюбишься и женишься? – жёстко усмехнулся Игорь.
– А посмотрим, – вдруг ответил Серый. – Всё, я спать. А ты иди, просыхай и мучайся совестью!
***
Ленка вышла из гостиной и отправилась к себе. Плюхнулась на кровать и постаралась успокоиться. Кажется, у Игоря начались те самые закидоны. Но ведь он сразу предупредил: «Не трогай ребёнка!» А она – влезла. Может быть, Мелихов даже приревновал сегодня дочку… Ужас, как нехорошо получилось. А как было не вмешаться, как? Девушка знала – она и завтра не сможет оттолкнуть от себя Настю.
И всё-таки Игорь прав – нельзя приучать к себе ребёнка. Судя по тому, что Ленка в первый же день умудрилась напороться на конфликт, они с шефом могут и не поладить.
При одной только мысли, что придётся уехать отсюда, вернуться к своему подоконнику, у девушки что-то сжалось внутри. Нет, надо попробовать, постараться, найти компромисс.
Шеф… Что же он за человек, всё-таки? С первой встречи Ленке импонировали в нём выдержка, тактичность, уверенность в себе. Но сегодня он несколько раз проявил и вспыльчивость, и нервозность. Серый ведь предупреждал, что Мелихов – личность сложная, но как-то не верилось.
Ладно, хватит думать о нём… Что у нас завтра по плану? Вспомнив количество дел, Ленка слегка запаниковала. Во-первых, надо проверить, прислали ли мексиканцы соглашение, договориться со спарринг-партнёрами. Затем – Марк и меню. А значит, Рая… Послезавтра – приём. В самом деле, до игр ли тут с Настей?
Глаза у девушки слипались. Но прежде чем лечь спать, хорошо бы принять душ, вымыть голову. Ленка вспомнила, что не привезла из дома халат и банные принадлежности. Не слишком приятно после мытья снова натягивать джинсы, но – делать нечего. Надеясь, что Мелихов уже лёг, девушка потихоньку пробралась в ванную комнату. Разумеется, залезать в это огромное блестящее корыто с множеством ручек и массажных приспособлений Ленка не собиралась. Слава Богу, тут имелась обычная душевая кабина. На полочке стояло невероятное количество косметики и шампуней. Всё это, конечно, принадлежит Виктории. Ладно, сегодня можно вымыть голову обычным мылом, вот только расчёска осталась в комнате.
Ленка отодвинула защёлку обратно и вышла. С лестницы, ведущей на второй этаж, раздались шаги, и в коридоре показалась горничная. Увидев девушку, она удивленно подняла брови.
– Свет… можно вас попросить? – обрадовалась Ленка. – Я не взяла полотенце… И шампуня своего нет.
В глазах у женщины мелькнула какая-то мысль, она открыла было рот, но передумала.
– Да какие проблемы? – Света уверенно распахнула дверь в санузел. – Полотенце чистое я тебе сейчас принесу. Хочешь, возьми халат.
Голос у неё стал услужливым.
– А какой можно?
– Лучше вот этот, сиреневый – он ничей.
– Ага, спасибо.
– И шампуней здесь полно – не видишь?
– Да не хочется их трогать – Вике не понравится. А вы мне свой не одолжите? – осмелела Ленка. – Я потом куплю…
– Ну, ладно, – пожала плечами горничная, – подожди тогда.
– А вы долго? Где ваша комната?