Галина Гордиенко – Большая книга ужасов — 33 (страница 5)

— Какая разница? — Сергей отвел взгляд.

Такая мачеха пугала его. И Сергей схватился за нож и вилку. Суетливо откромсал кусок остывающей отбивной и буркнул:

— А что, это военная тайна, да? За любопытство — расстрел?

— Вроде того, — певуче протянула мачеха, с холодным интересом всматриваясь в его лицо.

Сергей не выдержал ее ледяного взгляда. Покраснел и отвернулся к окну.

Эльвира негромко рассмеялась. Раздосадованная Карповна, так и не услышав ничего важного, сердито загремела посудой.

Немного помолчав, мачеха снисходительно улыбнулась и заявила:

— Ладно уж, задавай свои вопросы. Только все сразу. На некоторые я, может быть, и отвечу. Если захочу, естественно.

Вид у нее стал почти добродушным, и Сергей расслабился. Теперь Эльвира смотрела на него так невинно…

— Вопросов всего ничего, — с готовностью отозвался мальчик.

Карповна бесшумно поставила в шкаф насухо вытертую тарелку. Взяла другую и зачем-то начала рассматривать ее со всех сторон — жиринки, что ли, искала? Поворачивала тарелку и так, и эдак…

Мачеха глотнула из своего стакана и поморщилась. Сергей, решив не тянуть резину, быстрой скороговоркой выпалил:

— Во-первых: ваш возраст. Во-вторых: откуда вы появились? В-третьих: какие языки вы знаете? В-четвертых: чем увлекаетесь? И последнее: чем вы занимаетесь днем, уходя из дома?

Карповна громыхнула тарелкой и испуганно ойкнула. Замерла у шкафа. Только глаза выдавали ее жгучее любопытство.

Сергей смущенно пояснил:

— Вы ведь сейчас нигде не работаете, а исчезаете из дома каждый день. Интересно же — куда вы ходите? — И он с нескрываемым облегчением улыбнулся.

Эльвира задумчиво рассматривала его и молчала. Карповна на цыпочках перебралась к окну и с преувеличенным интересом принялась изучать улицу. Сергей вопросительно приподнял брови и вызывающе, в упор, уставился на молодую женщину.

— Вот, значит, как, — неспешно протянула Эльвира. — Занятная подборка…

Она покачала в руке стакан. Багровая жидкость тяжело, как-то неприятно колыхнулась, и к горлу мальчика неожиданно подкатила тошнота. Сергей невольно побледнел и сжал зубы.

— Чьи это вопросы, ты, конечно же, мне не скажешь? Нет? Так, впрочем, я и думала.

Сергей машинально вытер рукавом увлажнившийся лоб. Мачеха снисходительно бросила:

— Ладно уж, раз обещала, отвечу. По порядку, как и спрашивал. Тебя это устроит?

Сергей кивнул.

— Тогда слушай. Для начала — мой возраст. Двадцать восемь лет. Похоже?

Сергей зачем-то снова кивнул.

— Отлично. Пошли дальше. Что там у нас? А-а, вспомнила! Откуда я появилась, так? Ну и дурацкий же вопрос! Прямо анкета какая-то.

Сергей чуть виновато улыбнулся и пожал плечами.

— Итак, родилась я в крохотном селе на Алтае. Название тебе, дружок, ничего не скажет, поэтому я опущу его. Училась в Москве. Недурно, правда? Дальше — языки. Английский, немецкий, французский, греческий, итальянский и, как ты уже знаешь, — латынь.

Карповну этот длинный языковой перечень явно поразил. Она мучительно раскашлялась и налила себе воды.

— Чем увлекаюсь? Ну-ну. Любопытный ты наш! Все-то тебе знать хочется! Забыл, наверное: «многая знания — многая печали». Впрочем, мне скрывать нечего! Языками, само собой. Древней медициной и литературой по белой и черной магии. Больше по черной, если честно. Она забавнее.

Карповна вздрогнула. Стакан выскользнул из ее пальцев и упал на пол. Правда, не разбился.

— И последнее — куда я исчезаю днем? Ну и вопрос! Из самых глупых, поверь. Когда куда — таков ответ. Исчерпывающий, учти! — Она весело рассмеялась. — Иногда просто гуляю по улицам, иногда брожу по букинистическим магазинам, иногда навещаю парочку местных экстрасенсов, иногда бываю у своего психолога.

Карповна зачем-то прижала мокрый стакан ко лбу. Звучно икнула и прикрыла рот ладонью. Впрочем, Эльвира и не посмотрела в ее сторону.

— Он меня развлекает временами. Смешной дядька! С серьезным видом говорит глупости, я просто умираю от восторга. А как я уж внимаю ему… Он уверен — я его лучшая пациентка. Причем денежная. Ну, все, кажется. Ты доволен?

Сергей заторможено пробормотал что-то. Карповна крякнула и вновь включила воду.

Эльвира взяла свой коктейль. Вышла из-за стола и рассеянно закончила:

— А своим напитком я тебя, так и быть, угощу. Сегодня же. Только не этим. Другим. Который можно пить и детям. Тебе, дурашка!

Глава 6

Лиловое болото в стакане

Сергей был не в настроении — он никак не мог понять, что же заинтересовало Карандаша в молодой женщине. Несколько раз он перебрал все услышанное в памяти и, в конце концов, пожал плечами: обычнейший набор! Родилась на Алтае. Училась в Москве. Языки знает… Но сейчас многие молодые женщины изучают иностранные языки, так ведь проще найти приличную работу! Интересуется всякой чепухой… Но на ней сегодня полмира помешаны, сунься только в Сеть — на что угодно там наткнешься. Сергей хмыкнул: само собой, черная магия Эльвиру интересует, характерец-то у нее мерзкий. И что по психологам таскается — в этом тоже нет ничего особенного, это сейчас модно…

Сергей сидел за компьютером и почти равнодушно занимался «Цивилизацией». Его беззащитных колонистов привычно доставали варвары. Игра шла вяловато, голова Сергея была занята совершенно другим. Он вновь и вновь восстанавливал в памяти свой недавний разговор с Карандашом и безуспешно пытался понять, что же тот старался из него вытянуть. Вопросы-то на первый взгляд вполне обычные. Они показались ему странными только потому, что раньше Сергею подобных вопросов просто не задавали. Настораживал, пожалуй, сам интерес учителя к мачехе. С чего бы? Чем Карандаша вдруг так задел его простенький рисунок? Ну, может, не такой уж и простенький… Сергей оставил в покое «мышку». Внезапно ему вспомнились багровые блики, отражавшиеся в холодных бесцветных глазах Эльвиры. Крошечные, неприятно «пульсирующие» зрачки, которые он постарался изобразить в точности… Только что, за обеденным столом, мачеха выглядела абсолютно так же! Ничуть не менее зловеще, чем на его рисунке. Почему, интересно? Ведь она — красивая молодая женщина. По крайней мере, так считают большинство их знакомых. И папа. Главное — папа. Или они все, включая отца, просто никогда не видели ее такой, какой видит иногда он, Сергей?!

Дверь неприятно скрипнула. Сергей обернулся и изумленно приподнял брови: на пороге стояла мачеха. А ведь она днем в его комнату старалась не заходить. Только по утрам, когда будила его. И то — вынужденно, по жесткому распоряжению отца. Чудак хотел, чтоб они сблизились! А тут — она даже без стука входит. Может, случилось что-то?

В руке Эльвира держала высокий стакан с очередным напитком. Цвет его оказался другим. Не привычно красным, а лиловым. И почему-то коктейль пузырился. Не как лимонад — легко и красиво, а… как-то мерзко.

Сергей видел: пузырьки образовывались где-то у самого дна и с трудом, очень медленно, продирались к поверхности. И лопались с гнусным звуком. Наверное, так на болотах выходят сквозь густую грязевую взвесь газы. «Прокисший сливовый сок, что ли?» — подумал встревоженный мальчик. Просьбы просьбами, любопытство любопытством, но пить эту сомнительную лиловую бурду Сергею совершенно не хотелось. Пробовать — тоже. Необычный цвет почему-то вызывал у него брезгливое отвращение. Казался неестественным. Будто в стакан масляной краски плеснули.

— Привет еще раз, — улыбнулась мачеха. — Я наконец принесла то, что ты всегда просил. На, держи. И пей, не торопясь…

Сергей настороженно посмотрел на Эльвиру. Отметил про себя ее холодный, жесткий и совершенно не женский взгляд и пробормотал:

— Спасибо большое. Оставьте стакан на столе. Я чуть попозже выпью. Когда мне захочется…

Пить это Сергей, конечно же, не собирался. Но и говорить об этом мачехе — тоже.

Зачем? Он просто выльет это в раковину, как только Эльвира уйдет. Слава богу, ванных комнат в доме — по числу спален, и в одну из них можно попасть прямо отсюда. Как и в туалет.

Эльвира ставить стакан на письменный стол не захотела. Как и уходить. Она долго, с какой-то странной усмешкой рассматривала пасынка. Потом подошла к нему вплотную и почти пропела:

— Нет, дорогой! Этому напитку долго стоять нельзя. Его положено пить сразу же по приготовлении. Иначе — никак, он испортится. Так что давай пей быстрее, и я пойду…

— Но я сейчас не хочу! — поморщился Сергей. — Пейте сами, если уж это так срочно.

Молодая женщина нахмурилась, ее необычайно светлые глаза сузились. Она раздраженно воскликнула:

— Что за капризы?

И вдруг, шагнув к пасынку, она резко приподняла его голову. Рука у Эльвиры оказалась неожиданно сильной, ошеломленный Сергей не сумел вывернуться, как он ни старался. Подбородок словно в капкан попал! Сергей попытался вызывающе улыбнуться, но у него и это не получилось. Странные белесые глаза вдруг приблизились к его лицу и приобрели багровый оттенок. Нормальные круглые зрачки поплыли, вытягиваясь по вертикали, как у кошки. И секундой позже куда-то поплыл и сам Сергей… Все предметы в комнате начали терять четкость, их контуры размылись, кукольное лицо мачехи совсем заслонили, вытеснили эти жуткие глаза и странные, какие-то кровавые всполохи, мелькавшие в них. Голова у него закружилась… Сергей, не сознавая, что он делает, протянул руку и, как сомнамбула, взял стакан. Даже прикосновение к ледяному запотевшему стеклу не привело его в чувство. Мальчик лишь вздрогнуть и перехватил влажный стакан другой рукой.