Галина Гончарова – Зеркало надежды (страница 90)
— Думаешь, я себе это не говорю? Да постоянно! Каждый день повторяю, и каждый день просыпаюсь с ощущением, что что-то неладно. Я не понимаю, что меня мучает, но…
— Ты хочешь, чтобы я занялся принцем?
— Я понимаю, что нам обоим головы не сносить…
— Правильно понимаешь.
— Поэтому я кое-что подготовил для тебя. Возьми.
Варсон взял свиток, развернул, Барист тут же зажег свечу в экипажном фонаре, чтобы другу было удобнее вчитываться…
Минут пять мужчина молчал. Думал. Потом с уважением поглядел на Бариста.
— Да, ты голова…
Тальфер улыбнулся.
Конечно, никто не даст Варсону следить за принцем. А вот за леди Сорийской, которая может быть шпионкой…. Чьей?
А хоть бы и Шемаля. Или Данзы.
Не по души им союз трех королевств, они со степи начнут, а Данзой, к примеру, закусят. Вот и решили развалить договор еще до его подписания, подослали шпионку, а уж та расстаралась, до сих пор вся столица в лежку лежит!
Принц не только принимает леди Френсис у себя, он и сам частенько к ней мотается. Не грех бы и проследить за леди, что, как…
За принцем?
А за ним никто не следит. Он случайно попал в работу, это даже король поймет.
Каких усилий потребовал у Бариста этот приказ?
Да никаких…
Ужасно, но его величество доверял Тальферу. И подписал один свиток среди прочих, не читая, веря, что там только письма. Вот и это оказалось письмо.
К начальнику департамента Дознания, уважаемому графу Трион, о разработке леди Френсис Сорийской на предмет связей с иностранными державами. Мягкой разработке, деликатной, а то потом не отмоешься…
С такой бумагой Варсон почти ничем не рисковал.
Не следил он за принцем, просто подозревал, что тот едет к леди Сорийской, вот и все. Это можно и начальству предъявить.
— Втянешь ты меня, Рист…
— Сам весь по уши, — мрачно ответил Тальфер.
— Значит, тонуть вместе будем.
Мужчины крепко пожали друг другу руки. Первый шаг был сделан, а уж чем закончится этот путь…
Кто его знает?
19
Сегодня Матильда оделась попроще.
Юбка-солнце бежевого цвета, комплект из синего топа и кофты сверху — в офисе надо носить с кофтой, а на улице, если петь будем, можно и снять. А можно и не снимать, все равно вид не такой официальный, как вчера. На шею простенькие бусы из стекляшек, дешевка, но оригинальная.
Волосы стянуть в хвост, на ноги плетеные туфли, сумку — и вперед!
В этот раз Матильда пришла на работу раньше Антона. Шеф появился через два часа, нестерпимо воняя чужими духами.
— Малечка, кофе мне сделай, солнышко.
— Какой?
— Черный и покрепче…
Малена хмыкнула и пошла заклинать кофеварку.
Кофе с блинчиками был принят благосклонно, и Антон мановением руки отпустил секретаршу, попросив ее ближайшие двадцать минут ни с кем не соединять.
Малена чуть успокоилась.
Матильда понимала подругу. Такое вот, школьное переживание, которого была лишена в своем монастыре Мария-Элена. Тебе нравится мальчик, который гуляет с другой девочкой, а на тебя ноль внимания…
Ты понимаешь, что проще плюнуть, махнуть рукой, и вообще — пусть гуляет, но… обидно! Какая-то глупая, иррациональная обида не дает тебе жить спокойно. Почему?
Да кто ж ее знает!
Матильда всем этим переболела в подростковом возрасте и приобрела иммунитет, справедливо полагая, что если мужчина не оценил такую замечательную ее, то он просто дурак. И тратить на него время и силы не стоит. А вот Мария-Элена этого была лишена в своем монастыре. Пусть сейчас наверстывает.
Так что девушка сосредоточилась на документах. Лучшее средство от душевных метаний, трепетаний и терзаний — работа. Помогает идеально. Страдаешь — подмети улицу или картошку прополи, сразу страданий меньше будет.
Или просто окажется не до них…
Картошки под рукой не водилось, но сканирование кучи документов и их приведение в приличный вид — тоже помогало. Малена трудилась, как автомат — и ее потихоньку отпускало.
Малена поняла.
Теперь пришла пора удивляться Матильде.
Малена об этом догадывалась и перевела разговор на другую тему.