Галина Гончарова – Твое… величество-2! (страница 44)
Нет, этот не уйдет. Он явно собирается искать? Или ждать?
Нет, искать. Поворачивается к покоям Марии, задумался ненадолго…
Мария искренне пожалела, что она гюрза, а не анаконда. А ведь как хорошо было бы!
Удавил и утилизировал. А уж переварить… кстати, а двуипостасные грешили людоедством? Если у них вторая форма волк или там, крокодил? А то ведь достают иногда…
Когда убийца направился в сторону двери, которая соединяла покои, Мария не выдержала.
Черная в темноте лента метнулась, впилась зубами в затылок убийцы.
Змея — это два метра сплошных мышц, так что Мария легко справилась. Дотянулась, впрыснула яд — и тут же отпрянула, стекла на пол, поползла под кровать. А что?
Помрет этот гад не сразу, так что может и достать ее ножом, на последнем издыхании…
Нет?
Не достал.
Опустился на колени, потом медленно лег на пол, звякнул по полу нож…
Мария ждала, пока не убедилась в смерти наемника. Змея это определяла очень точно, живой человек теплый, а мертвый начинает остывать, да и не дышит, и сердце не бьется… змее даже трогать мертвеца не надо, она и так все видит и слышит.
Потом широкая лента выскользнула из-под кровати, приподняла жабью тупоносую голову, и перекинулась в королеву. Подошла, пинком перевернула мертвеца на спину и принялась обыскивать труп.
Денег нет. Почти, штук пять золотых по разным карманам не в счет. Скотина, мог бы и гонорар на дело взять! Вряд ли за нее и Анну платят копейками и медяками!
Оружие — есть.
Два хороших ножа, которые она оставит себе, это трофей. Удавка, прочная, тонкая, шелковая с добавлением, кажется, стальных нитей. Тоже прелесть! Берем!
Одежда?
Обувь?
Нет, с этим она связываться не будет. А вот что делать с трупом? Учитывая, что он очень похож на эрру Ирену? Не внешне, а по типу смерти, морда синюшная, кровоотеки и кровоподтеки… мало ли, кто и что заподозрит? Свяжут еще два этих случая… а еще доложат королю, и Иоанн придумает какую-то пакость. Марии так не хотелось. Ей бежать сегодня-завтра, а тут — такое?
Мария задумалась. А потом решилась.
Сняла покрывало с кровати у Анны, завернула в него труп, схватила за ноги, и подтянула к окну.
Теперь выкинуть его туда на фиг. И самой не тянуть, обернуться змеей — и за ним, хорошо, ночь, темнота, в трех шагах никого не увидишь, да и змейское чутье подсказывает, что рядом никого.
Сложно ли змее спуститься с третьего этажа? Да для нее все эти средневековые натуральные камни, считай, прямая дорожка! Минута, и она у тела. Подхватила, потащила подальше…
Впрочем, идея у Марии была.
Если что-то нельзя скрыть, значит можно спрятать на видном месте. То есть — на том же самом месте, где померла эрра Ирена.
Там же Мария вытряхнула из покрывала безвременно почившего убийцу, и уложила покрасивее. Руки ему сложила на груди, ноги вытянула, пока тело коченеть не начало, подумала, в руки вставила первую попавшуюся растюху, вот что подвернулось, то и сорвала.
Вот!
Пусть до утра полежит, авось, не прокиснет. Найдут, уберут. А Мария пошла спать.
Поползла.
Залезла на третий этаж, перекинулась, подкатилась к дочке под бочок, Анна пробормотала что-то детское, не просыпаясь, уткнулась маме в плечо, и на душе стало теплее.
Вот как ее бросить тут? Одну, беззащитную?
Ты, Иоанн, ни жену не заслужил, ни дочь. Вот и перебьешься.
Визг раздавался вдохновенный. Мария невольно подошла к окну, да и выглянула. Очень далеко она убийцу не тащила, так что…
Зря, кстати. Может, выспаться бы дали? А сейчас, вот, визжат, орут, бегают… вот в коридоре зашуршали, вот в спальню заглянула эрра Розабелла, Мария погрозила ей пальцем.
Будешь шуметь — козленочком станешь, а я тебе рога пообломаю! У меня тут ребенок спит!
Эрра поняла, и шуметь не стала. Мария накинула бархатный халат, и вышла в гостиную.
— Что случилось?
— Ваше величество, в саду нашли труп!
— А меня зачем тревожить? Закопайте его, и все.
Эрра только рот открыла.
— А… э…
Стражник тоже рот открыл. Мария махнула на него рукой.
— От меня что нужно?
— Ваше величество, меня отправили убедиться, что с вами все хорошо.
— У нас все просто замечательно, — уверила Мария. Мы живы. А убийца — нет. Что еще надо для счастья? Еще — угробить заказчика. Только вот фиг его знает, кто он?
Стражник поклонился и ушел. Мария пожала плечами, и ушла к себе. Надо хотя бы водой обтереться, умыться, переодеться… начинается новый день. Последний ее день во дворце.
Приказать коня и шампанского по этому поводу?
Ах да, тут не умеют делать игристые вина. Тогда подайте кота и пиво. Хотя бы. *
Спокойно пожить не дадут.
Мария даже и не сомневалась. Закон подлости работает во всех мирах и при любом общественном строе, так что…
Для начала она столкнулась с казначеем.
Эрр Ихорас ее, впрочем, не раздражал. Поцеловал даме ручку, поинтересовался самочувствием.
Мария честно ответила, что все прекрасно.
Тут-то и случилось.
Да-да, то самое, утреннее и токсикозное. Схватилась ее величество за желудок, огляделась по сторонам — и ринулась в ближайшие покои. Благо, там было тихо — то есть никого не было. Там и опорожнила желудок над чьей-то ночной вазой.
А, плевать!
Слуги уберут!
Алесио смотрел на это с каким-то ужасом и пониманием.
— Ва-ва-ваше вел-лич-ство? Вы… того?
Мария даже себя зауважала. Довести коллегу-бухгалтера до заикания за пару минут? Можно собой гордиться! Только вот…
— Эрр Ихорас, вы понимаете, что я сама должна решить, когда, кому и о чем сказать?
Глупых бухгалтеров не бывает. В двадцать первом веке их чаще сажают, а в средние века просто вешали, так что Алесио понятливо закивал.
— Я согласен, ваше величество. Вы в своем праве. Я буду молчать.