Галина Гончарова – Рудник (страница 90)
– Вызывали, рент Роттмайер?
– Вызывал. Проходите, рент Вайлдер. Мне нужно, чтобы вы поработали с останками.
Сандро скептически оглядел череп и кости на газетке.
– Хм… и что я с ними должен делать?
– Сначала рассказать, что сами видите как некромант, потом призвать духов, кто согласится. Хотя бы одного – надо.
Сандро опустился на колени рядом с газеткой, не рассуждая провел руками над костями, слегка задержал их над черепом…
– Тут останки трех разных людей. Вот это, – рука над черепом, – мужчина, лет двадцать пять – двадцать семь на момент смерти, смерть точно насильственная. Еще один мужчина, – рука над кистью, – лет тридцать – тридцать два. И еще один. Лет тоже тридцати. Все трое умерли насильственной смертью. Принципиально, кого призывать?
– Нет.
– Просто вот этот умер уже лет двенадцать назад, – кивок в сторону черепа. – Вот этот, – рука над бедренной костью, – лет семь, и последний лет пять. Предлагаю начать с него, а потом уже заняться остальными. Если нужно будет.
У Рафаэля возражений не было.
– Что-то приказать?
– Нет, тут можно на одной силе.
Рафаэль посмотрел на присутствующих.
– Вы нормально переносите некромантию?
Так он бы не спрашивал, но рядом был Робин, а люди, которые побывали рядом со смертью, на некромантов реагируют по-разному. Может и в обморок упасть, и стошнить его может, да всякое случалось, вплоть до сердечных приступов. Зачем такое нужно?
Робин молча кивнул:
– Перетерплю.
Был же он у некроманта ради Матео? Пусть было неприятно, но справился и сейчас справится.
Сандро взял сухую кисть в ладони, сосредоточился. Выглядело это совершенно незрелищно, если некроманту в лицо не смотреть. На глаза, которые резко почернели – и зрачок, и белок, словно два черных камня на коже лица, на ту самую кожу, которая словно обтянула скулы, на мгновенно ввалившиеся щеки… не человек, а вестник Смерти.
И медленно, очень медленно перед ним начал проявляться прозрачный силуэт.
Мужчина, лет тридцати на вид, невысокий, коренастый, крепкий, в простых штанах и рубахе.
У Робина неприятно закололо в висках. Ничего, потерпит…
– Что… как?..
Призраки, особенно те, которых грубо вырвали из объятий смерти, не всегда адекватны. Впрочем, Сандро это знал не хуже всех остальных.
– Отвечай мне. Как тебя зовут?
Призрак постепенно становился ярче, уплотнялся, некромант вливал в него свою силу. Мужчина посмотрел по сторонам.
– Рене Марден. При жизни меня звали Рене Марден.
– Как ты умер, Рене?
– Под кнутом. Меня забили до смерти.
– Расскажи мне о последнем дне твоей жизни.
– Нас разбудил надсмотрщик. Дали завтрак, потом опять началась работа, я откатывал породу и случайно наехал телегой на старшего. Просто не увидел, там темно… так темно. Факел погас… Он приказал меня выпороть и три часа не снимать со стены. Там я и умер…
Мужчины переглянулись.
– Там – это подземный рудник?
– Да.
– Что вы добывали?
– Леоний. Его там не так много, но очень крупные куски. Поэтому работать надо осторожно, чтобы ничего не повредить. За поврежденный камень моего друга просто убили. Там же, рядом с камнем…
Робин отошел к окну, чтобы ничего не слышать.
Убили.
Рядом с камнем.
А если и Матео там?
Если он опоздал? Если…
За его спиной методично и равнодушно продолжался допрос.
Когда были опрошены два призрака – третий являться-таки отказался, – рент Рафаэль отпустил некроманта и выдохнул.
– Жозеф, плесни мне арценте. И побольше…
– Сейчас, Раф.
– Слов у меня нет. Рент Робин, вы настоящее сокровище! Понять, раскрутить такое, найти доказательства…
– И все это без капельки магии. – Жозеф явно гордился своим сыном, но лучше бы он помолчал.
Робин тут же помрачнел.
Не сорваться в отчаяние ему помогло воспоминание об Элисон. А вот она ждет, чем дело закончится. И переживать будет… она в этой истории вообще никто! Но пользы от нее было больше, чем от всех остальных, вместе взятых. Если бы не она, никогда бы рудник не нашли.
– Отец, это не ко времени. Рент Рафаэль, вы понимаете, что вот ЭТО не могло существовать без прикрытия со стороны? Я, например, боюсь, что когда вы доберетесь до места – вы же отправите туда людей?
– Да.
– Вот. Они придут, а рудника нет. Только свежий обвал. Если эти люди спустили обвал на Дейрен, чтобы что-то скрыть, то уж здесь…
– А что, по-вашему, они хотели скрыть, рент?
Робин пожал плечами.
– У меня даже нет предположений. Допустим, получившиеся карты и так надо было править, и показания датчиков. Сами видите, это резко отличается от общей статистической картины. Но ради этого устраивать лавину? Не знаю. Может, кто-то сбежал, может, кто-то хотел выйти из дела или, наоборот, резко туда войти и разбирался с предыдущими пайщиками. Не знаю! Данных не хватает, это не статистика!
– Верно, рент Робин. Да, вы правы, я не буду поднимать по тревоге полицию, я отправлюсь к королю.
– Думаю, это будет правильно, рент Рафаэль.
– Пойдете со мной?
Робин пожал плечами.
– Если нужно. Я на известность не претендую, сами решите, что говорить.
– У тебя поразительно бескорыстный сын, Жозеф.
– Что вы, – оскалился Робин. – Мне ОЧЕНЬ много нужно. Я хочу, чтобы вы взяли меня с собой. Я… я не знаю, там Матео или нет, но я хочу это выяснить!
– Обещаю, – коротко сказал Рафаэль. – Слово даю. А к королю все же давайте отправимся вместе. Сейчас.
И хлопнул арценте как воду. Потом зажевал специальной мятной пастилкой. Конечно, не стоило бы так поступать, да еще перед визитом во дворец, но… у каждого есть предел прочности, и у рента Рафаэля тоже. Потайной рудник! В Дейрене, почти под самым его носом!
Да туда принцы отдыхать ездят, и принцесса, и даже ее величество! Его величество почему-то туда не ездил, ему Дейрен вообще не нравился. Море он любил, а вот горы – нет.