Галина Гончарова – Развязанные узлы (страница 32)
Вот это работало так же и тысячу лет назад, и сейчас…
Есть дающий кровь – есть принимающий кровь. Адриенна дала кровь и силу, Лоренцо их принял. Он запечатлел ее образ.
Теперь они связаны, и у каждой связи есть свои темные стороны. К примеру, сейчас.
Адриенна знала, Лоренцо потратил очень много сил. И она…
Да, вот так.
Как на корабле, как на арене… если она решит поделиться с ним силой – он может выжить. Но сама Адриенна будет болеть. Ей будет плохо, больно, она вообще может умереть, если не рассчитает, сколько отдаст.
Как тогда…
После ночи в ледяной воде она очень долго болела. Именно потому, что держалась до последнего. Она могла разорвать связь раньше, она – могла! Лоренцо мог умереть при этом, вполне, но какое ей дело? Умер и умер, ничего страшного…
Только вот Адриенна так поступить не могла. Думать об этом? Положим, даже святым приходили в голову такие мысли, от которых и черти краснели. И называлось это красиво – искушение.
Думать можно о чем угодно. Только в жизнь претворять всякие мерзости ни к чему.
Вот и сейчас…
Адриенна отлично понимала, что может не делиться силой. Отказаться, оттолкнуть, пожалеть себя, разорвать контакт… ведь может?
Да запросто!
И – никогда!
Она протянула руку и коснулась руки Лоренцо. И тихо-тихо замурлыкала старую колыбельную песенку, которую ей напевала Рози…
Немудрящая песенка сделала свое дело.
Адриенна почти физически ощутила, как из ее тела изливается… нечто.
Невидимое, но для нее это выглядело так, словно из вскрытой вены льется кровь. Только почему-то не алая, а прозрачная. Почти бесцветная…
И Лоренцо впитывает эту сущность всем телом. Ни капли не пропадает.
Своих сил у него не осталось, но Адриенна может с ним поделиться. Может…
Чем больше она отдаст, тем меньше у нее останется, тем лучше будет Лоренцо, тем хуже ей самой… только вот когда ее останавливали такие мелочи?
Она просто не могла допустить, чтобы Лоренцо умер.
Вот не могла – и все тут!
Она понимала, что выходит замуж за другого мужчину, что Лоренцо тоже вынужден будет жениться, что им не быть вместе… и что?! Пусть не ее! Пусть!
Но пусть он – будет!
Пусть встречает рассветы и провожает закаты, растит детей и гоняет коней по росе, пусть даже признается в любви другой женщине.
Это – не важно!
Главное, чтобы он БЫЛ!!!
Любовь? Или запечатление, как говорила Моргана?
Кровь позвала – и кровь откликнулась?
Может быть, и то и другое. Что-то послужило началом чувства, но развивалось оно само по себе. И проросло. А любовь, настоящая любовь, не понимает эгоизма. Она терпит, прощает, она готова на все, лишь бы любимому было лучше.
А уж силы ему отдать и поболеть какое-то время?
Право же, это такие пустяки…
И Адриенна щедро делилась. Пусть Лоренцо берет ее силы, пусть…
Она не знала, что с жалобными стонами мечется по кровати, что испуганная служанка, которая заглянула в спальню, с криком ужаса побежала за лекарем, что прилетевший быстрее ветра дан Виталис попробовал вывести Адриенну из этого состояния…
Куда там!
Ни жженые перья, ни пощечины, ни нюхательные соли, ни ледяная вода – не помогало ничего!
Даже ожог, который дан Виталис сделал раскаленными щипцами, осторожно, чтобы не слишком сильно навредить дане Адриенне…
Но – нет. Не помогло ничего.
Дан Виталис искренне испугался, когда у Адриенны хлынула носом кровь, когда она побледнела и обмякла в его руках.
Но потом…
Потом обморок перешел в самый обычный сон.
Дан Виталис облегченно вздохнул и решил до утра просидеть у постели Адриенны.
Увы, это не помогло.
Утром обнаружилось, что у даны СибЛевран сильная горячка. Адриенна пришла в сознание, она вполне разумно разговаривала, улыбалась и даже попробовала съесть несколько ложек бульона, но… Но девушка просто горела в огне. И причины дан Виталис не знал.
Спросить?
Он честно попробовал. Адриенна даже отвечать не стала, шепнула, что плохо себя чувствует, зарылась в подушки и уснула.
Она отлично знала причину. И знала, что где-то там, далеко, Лоренцо, получив все ее силы, тоже мечется в горячке. Да, она могла бы разорвать их связь.
Могла пожалеть себя. И он бы умер.
Она этого не сделала и теперь расплачивается. Но разве это важно?