Галина Гончарова – Проверка для магистров (СИ) (страница 39)
– Я не могу осуждать отца, он позаботился обо мне.
– А я заботы не заслужила?
– Возможно, у вас были разные представления о заслугах.
Танна поморщилась, словно раскусила горошину перца.
– Возможно. Сейчас я могу это признать. А тогда я была молода, я была обижена на покойного супруга, и часть этой обиды я перенесла на тебя. А когда вышла замуж…
– Я стала лишней в твоей жизни, – понимающе кивнула Анна-Лиза. Она знала, так бывает. Есть порода подлых баб, для которых мужик всегда будет важнее ребенка. Боги милостивы и всевидящи, под конец жизни такие бабы, как правило, остаются одни. Без мужей. Без детей. Без родных и близких.
Только вот сломанные детские судьбы иногда никаким богам не исправить. Пусть Танну настигнет ее кара, но Анна-Лиза все равно будет помнить и свое детское одиночество, и свои слезы.
– Ты оказалась магом. А маги – маги…
– Я знаю, что с нами сложно, – пожала плечами Анна-Лиза. – Но Линду ее отец любил вне зависимости от пробудившихся способностей. А мистрес Лиан попросту была рада за Селию. Тебя же волновало, что подумает мой отчим.
– А тебя бы это не волновало?
Анна-Лиза покачала головой:
– Меня это и сейчас не волнует.
Танна поджала губы:
– Все было бы намного проще, будь ты обычной девушкой.
– Для вас – безусловно. А для меня?
– Тоже. Ты бы вышла замуж за того же Фарла…
Анна-Лиза от души расхохоталась:
– За
Танна покачала головой, чем-то серьезно недовольная, но тут же пожала плечами, улыбнулась…
– Сейчас об этом речи не идет, не так ли?
– Именно так.
– Вы… ты и тот молодой орк – это серьезно?
– Более чем.
– Тогда… ты можешь поспособствовать кое-каким контрактам Шинора? Он пытался договориться с орками…
Анна-Лиза покачала головой.
Родители были в своем репертуаре. Что мачеха, что отчим смирились с упущенной выгодой и пытаются урвать хоть какой кусок…
– Я не смогу помочь.
– Почему?
– Потому что все находится под личным его императорского величества контролем, – пояснила Анна-Лиза. – Если я хоть слово скажу, меня попросту… меня даже не услышат! Хоть я там криком кричи.
– Твои слова настолько не имеют веса?
– Это – международные отношения и государственные дела, – отрезала Анна-Лиза. – Здесь никакие личные связи роли не играют.
Ну, почти.
Что-то она продавить могла бы. Но зная отчима – эта сволочь опять пытается на медяк бриллиантов купить, а все, кто умнее его, виноваты в его неудачах.
Нет, ни к чему ей такие пятна на репутации. Влияние в свете надо расходовать осознанно. И точно не тратить его на неблагодарную скотину.
Да, Анна-Лиза не любила отчима. И подозревала, что это вполне взаимно. А раз так…
Пошел он! К Садорену в темное место!
– Я ничем не смогу помочь, – отрезала девушка. И отвернулась.
– Жаль, очень жаль…
Чего еще было жаль Танне, кроме упущенной выгоды, Анна-Лиза так и не узнала. В дверь вошел Фарл:
– Сестричка!
Анна-Лиза выразительно скривилась.
Вот как так получается? Рональд одевается в самые убийственные сочетания цветов, ей-ей, если его на огороде выставить, так поле будут даже пчелы облетать, но при этом он выглядит мужчиной.
А Фарл?
Хоть он и одет в сиреневый (цвет года) костюм по последней моде, хоть и старался его портной, подчеркивая выпуклости и убирая впуклости, иначе и не скажешь, а все равно – впечатление отвратительное.
Как неизящно выражается Линда – дрыщ.
И другого слова у девушки не нашлось.
– Братик, – оскалилась она, даже и не думая протягивать руку. Фарл попробовал поймать кисть девушки и поцеловать, но Анна-Лиза хлопнула его по носу веером.
– Братик, без рук и вольностей.
– Сестричка, ты разбиваешь мне сердце, – трагически схватился за грудь Фарл.
Анна-Лиза фыркнула:
– Судя по положению руки – желудок.
– Его тоже.
– С этим – не ко мне, а к вашему повару.
– Что ж, сегодня у тебя будет шанс проверить его искусство на себе.
Анна-Лиза пожала плечами:
– Надеюсь, обойдется без овсянки?
– Разумеется! Цыплята в винном соусе и бланманже тебя устроят, сестричка?
– Пожалуй.
Последним явился Шинор Аркен. Обозначил кивок – мол, падчерица, здравствуй – и приказал подавать на стол.
Анна-Лиза вполуха слушала сплетни Фарла о всякой ерунде вроде модных тенденций, но всерьез это воспринимать не могла.
Зачем? О чем вообще речь? Тряпки какие-то, кружева, камни…
А Грон на острове. А там садореновцы…
Закончить этот идиотский обед – и уходить!
Анна-Лиза между делом отпила глоток вина из бокала. И не заметила, какой радостью вспыхнули глаза матери. Еще один глоток. И еще… вино было вкусным и легким, такое девушка пила, хотя и немного.
А потом…