Галина Гончарова – Попасть - не напасть (страница 124)
Такого от меня не ждали, но поглядели неожиданно одобрительно.
— Хм… вы не против?
— Я не убивала, мне скрывать нечего.
Поручик посмотрел заинтересованно. Но спорить не стал.
— Тогда прошу подождать минуту, сударыня. Я сейчас приглашу баронессу.
Мужчина вышел.
Аришка попробовала открыть рот, но я показала ей кулак и прижала палец к губам.
Молчи!
Только молчи, не то шею сверну!
Не было тебя там! Ты ничего и не знаешь…
А я…
Опыт мне в помощь. Эх, и почему я не юрист? Я бы сейчас доказала, что этот дурак самоубийством жизнь покончил!
Ждать пришлось значительно дольше минуты. Но в комнату вошли не только баронесса, но и генерал-губернатор.
Я тут же встала и сделала реверанс.
— Сидите, Мария Петровна, — успокоил меня Храмов. — Я решил тоже присутствовать при допросе, сфера истины — достаточно тонкий инструмент. И применять его надо правильно.
— Никогда раньше не видела, ваше превосходительство…
Меня удостоили снисходительной улыбки, мол, где ты там могла что видеть, деревня? Но разъяснили.
— Вам зададут вопросы. Вы можете отвечать или не отвечать. Если вы отвечаете и сфера спокойна — вы не лжете. Если скажете неправду, сфера загорится красным.
— А… на какие вопросы я могу не отвечать, ваше превосходительство?
— Мы это уточним…
Я послушно кивнула.
Ладно, посмотрим…
— А… шар исправен?
Вопрос вполне логичный.
Поручик поморщился.
— Исправен, но заряда очень мало. Хватит вопросов на десять, не больше. Потом надо бы к магу… простите, ваше превосходительство…
Храмов махнул рукой.
— Думаю, нам хватит. Спросите меня, как меня зовут.
И мужчина положил ладонь на шар.
— Как вас зовут? — послушно повторил поручик.
— Мария Петровна Синютина.
Шар полыхнул красным.
— Как вас зовут?
— Сергей Никодимович Храмов.
Шар остался темным.
— Как видите, Мария Петровна, все исправно. Прошу вас.
Я улыбнулась и положила ладони на сферу. Я оценила.
Поручик прищурился. И взял с места в карьер.
— Вы убили Илью Владимировича?
— Нет.
— Вы видели, как он умер?
— Да.
— Вы подозреваете кого-то?
— Нет.
Шар остался темным. Чего мне подозревать, я — знаю.
— Вы с ним раньше встречались?
— Нет.
— У вас есть к нему какие-то претензии?
— Нет.
Шар опять не посветлел. Какие там претензии? Дело житейское, дело обычное. Не успели те претензии появиться.
— В коридоре был кто-то посторонний?
— Нет.
— Только вы двое?
— Аришка и ребенок… и больше никого.
— Вы прикасались к Илье Владимировичу?
— Нет!
Поручик посмотрел с сомнением. Но дальше спрашивать не стал. И так ясно… Шар темный, я не вру, а мысль про ребенка с суперспособностями ему в голову точно не пришла. И слава богу.
— Можете убирать ладони, Мария Петровна.
Я послушалась.
А что тут неясного? Как спрошено, так и отвечено.
Мне повезло, что заряда в шарике мало. Вот если бы копать начали глубже, как на полиграфе, фамилия-имя-отчество… я бы влетела на первом же вопросе.
Но тело, похоже, уже осмотрели. И не нашли следов убийства. Допрос явно для проформы, что я, не вижу, что ли? Хотели бы копать — не так бы копали.
Кажется, это моя первая и последняя вечеринка. Ну и черт с ней! Не жалко, переживу!
— Что ж. Мария Петровна явно невиновна, — подвел итог генерал-губернатор. — Так от чего умер несчастный?
Поручик развел руками.