Галина Гончарова – Отражение. Зеркало любви (СИ) (страница 109)
***
Судьба решила иначе.
Говорят, разбить зеркало - семь лет удачи не видать. Сама-то Женя ничего не била, но есть ли разница?
Самому сделать - или другого науськать?
Иногда судьба решает подождать. Иногда - отсыпает все и сразу.
Трасса диктует свои законы, надо держать скорость не меньше восьмидесяти километров, особенно если она однополосная... но и тогда тебя обгонят. Дураки всегда найдутся.
Всего лишь часом раньше по трассе прошел груженный гравием КАМАЗ. Сколько там высыпалась? Горсть?
А больше и не надо было.
Черный джип принялся обгонять девушку по встречке, Женя невольно подалась к обочине, идиотов много, а эта махина заденет, и поминай, как звали, дорога-то на насыпи...
Всего лишь один камешек вылетел из-под колес джипа. Но впечатался он слишком удачно - в лобовое стекло. В самую его середину.
Оно треснуло, пошло солнышком, словно разбитое зеркало, Женя невольно дернулась, руль проскользнул в судорожно сжатых пальцах... и этого оказалось достаточно.
Машина вылетела под откос.
Несколько раз перевернулась, обо что-то ударилась - и осталась стоять на крыше. Женя безвольно обвисла на ремнях безопасности.
Стареньких, откуда хорошие в жигуленке-шестерке?
Они и не уберегли.
Девушка умерла по дороге в больницу от многочисленных внутренних повреждений, так и не приходя в сознание.
***
Давид держал на руках тело жены, и не мог поверить в происходящее. Она ведь не мертва?
Правда, она жива?
Правда ведь?
Жива?
- Пустите, я врач!
Кто-то рявкнул, кто-то коснулся руки Малены - и в следующий миг мужчине закатили такую оплеуху, что он чуть жену не уронил.
- Положи ее, баран!
Давид замотал головой, отказываясь отдавать девушку, но в следующий миг получил еще одну оплеуху.
- Пусти ее! Она живая! Смотреть надо!!!
И только тогда онемевшие пальцы чуть поддались, позволили положить белую фигурку прямо на мостовую, в золотистые и разноцветные звездочки, монетки, конфетти...
Смутно знакомый мужчина уверенно коснулся шеи. Пощупал пульс...
- Жива. Сейчас посмотрим, куда пуля попала. И скорую, что ли, вызови?
Давид кивнул, вытаскивая из кармана сотовый телефон.
Живая.
Это - самое главное, остальное уже вторично.
Живая...
***
Врач потянул вниз лиф платья, потом чертыхнулся...
- Там, сзади застежка на шее, - тетя Варя пробилась к своей девочке и теперь опустилась рядом на разноцветные узорные камни мостовой, хрустя суставами, возраст-то не тот... - Дайте, помогу...
Ловкие пальцы повернули голову девушки, расстегнули несколько пуговичек, и лиф, наконец, поддался крепким рукам.
И ничего там страшного не было.
Ни раны, ни крови - ничего. Немножко крови все же было, но так, царапины. Мелкие, совсем неважные. Пуля угодила аккурат в зеркало, треснули, рассыпались осколки, а металл выдержал, разве что вмялся, и странным образом, лань стала еще живее...
- Во-от, - довольно протянул доктор. - Сюда эта сучка и попала. И кровь отсюда, осколки кожу поранили, в рубашке родилась ваша девушка, не иначе.
- Но...
Пальцы ловко вытащили зеркало, протянули тете Варе.
- Поберегите. Раз уж оно ей дорого...
Давид протянул руку раньше.
- Дайте сюда.
Доктор кивнул, без спора передавая зеркало. Или уже - оправу? Давид сунул ее в внутренний карман пиджака.
- Скорая уже едет. И полиция - тоже. Что с ней?
- Жива. Может, удар будет. Синяк - точно. Видишь, пуля аккурат в зеркало угодила, удар был нехилый, это уж точно, может, и сердце на секунду остановилось.
Давид скрипнул зубами.
- Но...
- Думаю, она в шоке. Но в больницу лучше съездить. Рентген, все дела, сам понимаешь.
- Понимаю.
- А с этой... что? - напомнила тетя Варя.
Давид оглянулся.
Анжелика сидела на мостовой и ревела в три ручья, уверяя, что она не хотела, это должна быть краска, только краска...
Смотрели на нее с откровенной брезгливостью. А под глазом у красотки наливался синевой здоровенный бланш. Кажется, еще и ногами попинали, ну и поделом.
- Чего ты добиться хотела? - спросил Эдуард Давидович, тыкая Анжелику носком начищенного до блеска ботинка. - А?
Анжелика разревелась еще сильнее. София Рустамовна взяла мужа под локоть.
- Оставь ее, дорогой. Надо же, какая мерзость оказалась!
- Я... я... я просто хотела... почему - ОНА!?
И сколько же возмущения было в этом крике. Негодование обиженной жадности, ребенку куколку не дали! А ничего, что кукла живая и у нее свое мнение есть?
Это как раз неважно. Это - мелочи.
- Где пострадавшая?
Ребята со Скорой помощи даром времени терять не собирались.
Давид подхватил Малену на руки и сделал шаг вперед.