Галина Гончарова – Маруся. Попасть - не напасть (СИ) (страница 63)
— Завтра меня проводишь. Не в таком же виде идти?
Ваня хихикнул.
— Да уж. Зато на Обжорке тебе скидку дали!
— Издеваешься?
— Да ни в коем разе!
— Отдам мозговую косточку Пете, — пригрозила я. — Кстати, пройдись по соседям. Нам нужна собака. Может, у кого приплод будет, чтобы нам на щенка договориться? И кошка не помешала бы, а то что за гадство? Крысы скоро по головам скакать начнут! Почему вы никого не завели?
— Матери возиться некогда…
Я скрипнула зубами.
Ага.
И некогда, и неохота, и вообще…
Лень у нее на шее сидит и ножки свесила.
Ваня все понял и промолчал.
***
Мамашу наши планы не обрадовали.
— Сами будете со всем этим возиться! Мне здоровье не позволяет!
Я прищурилась.
— Кушать оно тебе позволяет! На, почисть лук!
Сама я его чистить по понятным причинам не любила. И принялась чистить и шинковать морковь.
Лук, морковка, свекла… И вот в печи томится борщ с мозговой косточкой. Запах идет такой, что даже соседские собаки облизываются. Все же котлеты — это не то. Это сухомятка…
Стук в ворота раздался, когда мы сидели и ужинали. Молчали все, намотались за день.
— Анька, открывай! Открывай, сказал! ЖИВО!!!
Ощущение было, что гризли яйца у ворот придавило, так он ревел. Я уронила ложку.
— Это — что?
— Карп!
— Торговец рыбой? — не поняла я.
Мать заерзала.
— Я пойду, открою…
— Что? Такое? Карп?
Вопрос прозвучал отчетливо и резко.
— Возчик. Мамин знакомый, — отозвался Ваня.
— И часто такое происходит? Давно?
— Года два.
— Не твое дело! — взвизгнула мать, хлопая по столу пухлой ладонью. Получилось неубедительно.
Я встала.
— В нашем доме пяьни подзаборной делать нечего.
— А у него свой дом есть, — окончательно заложил мамашу Ваня. — Сюда он как напьется, ползет. Проспится, и обратно, к жене.
— Замолчи!!! — завизжала маман.
Я покачала головой.
— Прелюбодействуем? А батюшка знает?
— И ты замолчи!!! Какое ваше дело!? Почему я должна перед вами отчитываться?!
Я покачала головой.
— Вань, ты сможешь выставить этого Карася?
— Карпа? Нет…
— Тогда мамашу придержи, чтобы не лезла.
Понятное дело, мамаша тут же полезла из-за стола. Но Ваня не зря мешки таскал. Подошел и взял за руку.
— Мама, сядь.
— Да ты…
— Сядь, я сказал. Маш, ты уверена?
Я недобро улыбнулась.
Уверена ли я?
— Более, чем уверена. Арина?
— Да?
Девчонка смотрела серьезно Кажется, ей это рыбопроизводное тоже не нравилось.
— Живо за околоточным.
— Да что вы задумали, ироды!? — взвыла мать.
Я посмотрела жестко и холодно.
— А во что ты превращаешь жизнь детей? Как не стыдно? Пускать это пьяное животное! Арина? Через забор придется…
— Мышью проскользну.
Я кивнула и пошла к воротам.
Подождала, пока Аринка сиганет через забор, только пятки замелькали, и крикнула:
— Иду-иду! Уже иду…
Продержаться надо. Главное, чтобы Ваня свою мать удержал.
Вот ведь… дура!
Игорь Никодимович Романов чувствовал, что срочно нуждается в лекарстве от головных болей.
Это ж надо!