Галина Гончарова – Маруся. Попасть - не напасть (СИ) (страница 62)
— Маша, а денег хватит?
— На дело? Хватит!
Деньги у меня были по-прежнему при себе. В комнате я ничего не оставляла, и как выяснилось, не зря.
***
Когда Петя выглянул во двор и жестом подозвал нас всех, показывая, что надо молчать, мы переглянулись, но пошли.
Как оказалось, не зря.
Матушка была занята.
Сидела и перетряхивала мои вещи.
Меня аж саму затрясло.
— И что тут происходит?
— Вот, смотрю, что постирать надо, складываю… — залебезила мамаша, но меня таким было не провести.
— Денег там нет.
— А?
— Они все в банке. С собой у меня на мелкие расходы и на дорогу. И согласно завещанию, снять деньги могу только я. Распоряжаться буду тоже я. Вопросы есть?
— Ты… ты…
— Могу вообще уйти. И ты ни копейки не получишь. Я-то проживу…
Мамашу аж затрясло.
Денег хотелось. Бесконтрольно и побольше. А тут оказалось, что к ним прилагается стервозная дочурка.
— Вот как ты платишь мне за любовь! Я тебя растила…
— Ночей не спала, дней не жила, — продолжила я в том же патетическом тоне. — Последние пять лет не спала и не ела — я. И деньги вам отправляла тоже я. Десять умножить на двенадцать — сто двадцать. Умножь еще на пять — шестьсот рублей. Куда ты их размотала?
Ваня аж головой затряс, то ли от огромности суммы, то ли…
— Маш, а ты считать так хорошо умеешь?
— Ваня, я в доме купца жила. Значит так, мать, руки от моих вещей убрала раз и навсегда. Узнаю, что шарилась — уйду из дома. Не пропаду.
— Бросишь братьев и сестру…
— Найду, как их устроить. Но ты ни денег не получишь. Останешься одна, и лезь куда пожелаешь.
— Креста на тебе нет!
— Хм…
Крест вообще-то был. Но — Марии Горской.
Золотой, отличной работы, на изящной цепочке. Стоил он, наверное, как три таких домика.
— Есть. Ваня, вы в церковь когда ходите?
— По воскресеньям.
— Вот, сходим. Если мать меня до того не выгонит.
— Мария!
Я фыркнула и припечатала.
— Или если я сама не уйду. С деньгами.
Намек был понят. Мамаша убралась из комнаты, а я запихнула все обратно в саквояж. Хорошо, что там были именно Машины вещи. Дешевые, простые, штопаные… а то приличное платье, которое было на мне, больше всего сейчас напоминало половую тряпку.
— Маш… ты ведь не уйдешь? — Ваня коснулся моей руки.
Господи, как же его все достало?
Я похлопала парня по плечу.
— Вот, пристрою тебя на работу, Аринку замуж, Петрушу в обучение, а там и посмотрим.
Ваня понял шутку и улыбнулся.
— Хорошо, что ты приехала.
Я в этом уверена не была, но — ладно уж.
***
Ближе к вечеру мы с Ваней посетили Обжорный рынок.
Закупились там мясом, крупами, овощами…
Сейчас ранняя весна, так что посадки еще сделать не поздно. Устроим во дворе грядки, посадим зеленушку, посмотрим, какие есть кусты…
Теплицу я тут вряд ли устрою, но что-то попроще посадить…
Фасоль, свекла, тыква, та же морковка, а на репе вообще можно два урожая получить в год, если не хлопать ушами. Но это на хороших семенах.
Что тут с семенами — неясно, но вряд ли здесь Мичурины бегали.
Самой, что ли, заняться?
Хотя… вот я дура!
Я же маг земли!
Зем-ли!
Захочу — у меня огород шесть раз за лето отплодоносит! А уж селекция… да мне сам бог велел этим заниматься. Вот и дело нашлось…
Подождите!
Вы ко мне еще за семенами придете и в ножки поклонитесь.
Я ухмыльнулась, и направилась к дому.
— Ваня, ты подумай, может, нам еще кроликов и кур завести? И козу хорошо бы… парочку.
— Дед и бабушка коз держали, я точно помню…
— Сараи есть. А ухаживать младшие смогут, никуда не денутся. Я огород устрою, дом поправим… ты не против?
— Маша, это так хорошо звучит… мне даже страшно.
Я махнула рукой.
— Пошли. Я на ужин сегодня щи сварю. Плохо без горячего… а! Мне бы еще отметиться надо, что приехала…
— Сейчас сходим?