Галина Гончарова – Маруся-3. Попасть не напасть (страница 44)
Попробуй воевать.
Так Саша и оказался в кадетском корпусе.
Муштра ему не нравилась. А вот стрелять, фехтовать, изучать стратегию и тактику, логику и риторику, историю и географию войн…
Замечательное было время!
Александр нашел свое призвание, но были и минусы. К примеру – происхождение. Не дворянин, увы… на ступеньку ниже многих. И службу он начнет с нижнего чина, и служить ему придется дольше, и по службе могут обойти.
Когда и кого это останавливало?
Александр сделал свой выбор, но чем дальше, тем отчетливее понимал, что без связей он высоко не поднимется. А хотелось-то стать генералом…
Храмов тогда еще не принимал особого участия в судьбе отпрыска. Здесь поддержать, там слово замолвить – да, но и сам он на тот момент мог не так, чтобы много.
И тут судьба преподнесла Александру неожиданный сюрприз.
Дарью.
Если быть точным – старого Матвеева.
Еще не старого на тот момент, вполне себе даже молодого, симпатичного мужчину, правда, старше Александра лет на двадцать, но маги живут дольше. Намного дольше.
У него было предложение.
Да, жизнь любит сдавать одни и те же карты и смотреть как по-разному или распоряжаются люди.
Александру предложили в жены Дарью и покровительство юрта в приданое.
Мужчина подумал, но сердце его было свободно, а честолюбие требовало карьерного роста. И он ответил согласием.
Ирина?
А вот тут вопрос.
Александр считал ее своей дочерью. Дарья говорила то же самое. Но Благовещенский был свято уверен, что у его жены была с кем-то связь. Была, осталась… надолго ли?
Этого он не знал.
Выбора все равно не было. Отказался бы он – нашелся бы другой, а несговорчивому офицерику подпортили бы карьеру. Даже не специально, мало ли гарнизонов, в которых с утра до вечера храбро воюют с комарами, а с вечера до утра с пустыми бутылками?
Хватает. И их состав отлично пополняется простонародьем. Благовещенскому хотелось на войну, хотелось действия, славы… он получал свой шанс.
Он его использовал в полной мере.
А почему сейчас так себя вел?
Оставим в стороне естественную злость любого обманутого мужчины. Поговорим просто про жену и Дочь.
Он убедил себя, что любит Дарью.
Он убедил себя, что Ирэна – его дочь.
Но сомнение всегда жило в его душе, в самой глубине, там, куда не было доступа никому. И – вырвалось.
Ему было больно и обидно.
Жена растоптала двадцать лет совместной жизни. Дочь… неужели нельзя было подойти к отцу и поговорить? Что он – зверь какой?
Обида переплеталась с обидой, наслаивалась и усиливалась. А тут еще и это.
Оказывается, у него есть сын. И между нами, я удивлялась сдержанности Благовещенского. Я бы за такое голову оторвала.
Попользовались, родили, и ни слова, ничего…
С другой стороны – не ходи по борделям.
С третьей стороны – это элитный бордель и дамы там профессионалки. Им платят как раз за отсутствие подобных случаев. Вот человек и был спокоен. И… я его зацепила.
А тут – все сразу.
Обидно же! Мне бы точно обидно было…
Наши переглядки оборвал спокойный голос "титанового колобка".
– Суть дела ясна. Давайте решать, что будет дальше.
Мы опомнились и переглянулись.
– А нам есть что решать? – уточнила я. – Андрей – Сергеевич. Храмов. Муж его признал, так было и так останется. Всех и все устраивает.
– Это мой сын!
– Вам никто не запретит с ним видеться. Равно как и вашим родственникам.
– Подачками и урывками?
– Все равно вас пошлют куда-нибудь – и вы его так и будете видеть, – не сдалась я. – Именно что подачками и урывками, как служба позволит. Ребенку нужен постоянный родитель, а не "приходящий папа".
– Это решаемый вопрос.
– А репутация моей сестры – это какой вопрос?
Ваня впервые заговорил, и его слова прозвучали, как удар грома. Я обернулась и улыбнулась брату.
– Ты прав, Ванечка.
– Сейчас вы увидели вместе отца и сына, то есть ваших сына и внука. Вы похожи, – Ваня говорил, обращаясь к Виктору Николаевичу. – Похожи настолько, что этим вопросом задастся любой человек, увидевший вас всех вместе. И что начнется? Чью репутацию уничтожит скандал? Вашу? Моей сестры?
– Это решаемо, – пожал плечами Виктор Николаевич.
– Да неужели?
– Ваша сестра должна выйти замуж за моего сына.
– Я не согласна.
– Неплохая идея.
Мы с Благовещенским произнесли эти слова дуэтом, и я встала с кресла.
– Я. Не. Согласна.
– Почему?
"Колобок" интересовался с чисто научной целью. И я понимала суть вопроса.
Приведите аргументы? И без глупостей вроде "любит – не любит", "плюнет – поцелует", здесь все люди взрослые, здесь вам не модный журнал с дамским романом о любви.
– Потому что мне это не нужно. У меня есть все. Дети. Деньги. Перспективы. Я сама себе хозяйка, у меня репутация вдовы, я могу жить спокойно и свободно, ни на кого не оглядываясь. Менять все это на сомнительное удовольствие брака? Во имя чего?
– Репутация?
– Мою репутацию и так душевно уничтожают Романов и Его Императорское Величество. Куда уж еще хуже?
– Возможно, еще дети?
Я покачала головой.